Читаем без скачивания Рейволюция. Роман в стиле техно - Илья Стогоff

Джулиан «Либератор» (британская звезда): Я приехал в Петербург в 1993 и охренел. Тут происходило то же самое, что у нас в Лондоне. Черт! – тут было даже круче. Я ехал, ожидая увидеть что угодно: медведей на улицах, ну, просто, что угодно… а увидел расцвет электронной культуры. Фантастика.

Самое поразительное, что люди в Петербурге тогда очень тонко чувствовали музыку. Попросту говоря, они во все врубались. Местные диджеи, кстати, тогда уже неплохо играли. То есть, конечно, не очень круто сводили, но, в общем, понимали, что и как надо делать. Ну, и я, когда приехал, тоже кое-что им показал.

Больше всего меня поразили Обводы. Настоящий сквот. Такой же, как в Лондоне. Такой же крутой. Там были настоящие подпольные вечеринки. В России в то время был настоящий кризис, но в смысле электронной музыки петербургские парни были чуть ли не впереди планеты. Ну уж точно шагали в ногу.

DJ Костя Лавски (Константин Петров): Слово «концепция» в последнее время вообще пропало. Попробуй сегодня объясни кому-нибудь, что у тебя именно концептуальная вечеринка. Сейчас ведь «концепция» – просто прийти всем в одежде в горошек… или, блядь, во всем белом. Ничего интересного в смысле вечеринок давно не осталось, понимаешь? А десять лет назад было много совсем разных мероприятий в совершенно неприспособленных местах, а клубов не было вообще. Потому что когда появились стабильно работающие клубы, то веселье от этого просто умерло. Ты знал, что если не успел сегодня, то можешь прийти завтра. А можешь через месяц. Все равно ничего не изменится. Но в начале 1990-х до этого было далеко. Вечеринки тогда делали кто где мог: в сквотах, во дворцах, в домах культуры, в кинотеатрах… Каждый раз люди знали: это только сегодня! Завтра ничего, что ты видишь, уже не будет! Ни здесь, нигде, понимаешь? Поэтому все куролесили по полной. Вот это и был рейв! Все только начиналось, и все было нереально прекрасным.

13. Вечеринки нон-стоп (лето 1992)

Братья Хаасы устраивали танцы в своей мастерской на Фонтанке. Одинг с Назаровым устраивали танцы у себя. К лету 1992 сквоты начали закрываться, но танцевать всем хотелось только сильнее. И парни решили взять это на себя, ведь ничего сложного в этом не было: оторви задницу от дивана и все получится само.

У Дениса Одинга был приятель, дядя которого работал в Мариинском театре. Дяде было предложено: хотите нажить? Давайте, дядя, в доле проведем вечеринку. Вы даете денег, а мы предоставляем все остальное.

Идея состояла в том, чтобы провести танцы в городке аттракционов. Люди смогут и потанцевать и покататься на смешных маленьких электромобильчиках. Дядя воодушевился. Из заначки были вынуты скопленные на черный день две тысячи долларов.

Вечеринка прошла с размахом, но что-то там не срослось с бюджетом, и потраченные деньги вернуть не удалось. Никто не расстроился. Кроме дяди.

В другой раз с предложением замутить что-нибудь денежное обратились бандиты. На бандитские деньги вечеринка была проведена прямо в громадном бассейне.

Ну и здорово же там было! Со дна к небесам устремлялись потоки лазерного света. От восторга посетители пробовали заняться сексом прямо в воде. Все смеялись и не обращали внимания.

В разгар веселья на дне бассейна заметили утонувшего клиента. Выглядел он совсем, как живой. Молодой человек в плавочках лежал на четырехметровой глубине, смотрел сквозь воду пьяными глазами и не шевелился.

Вызвали «скорую». Кто-то нырнул поглубже и подцепил утопленника за ногу. Тело вытащили и увезли. Вечеринка была продолжена, и веселились все до обеда следующего дня.

Правда, вернуть бабки опять не удалось. Бандиты покачали лобастыми башками, решили, что шоу-бизнес не для них и больше не беспокоили.

Провести party в агонизирующем Петербурге 1992 года стоило копейки. Для вечеринки «Экстази» здание Государственного цирка арендовали на всю ночь за каких-то $100. Причем здоровенный плакат со словом «Экстази» циркачи изготовили за свой счет и сами вывесили на фасаде. Тогда никто еще не знал, что означает это слово.

Следующую вечеринку устроили на деньги, вырученные от продажи старого BMW. У кого-то из приятелей без дела пылился драндулет престижной марки. Машину отогнали на рынок, вдули первому же подошедшему автолюбителю и… вы бы знали, как весело были потрачены эти деньги!

Тем летом Одинг и Назаров познакомились с братьями Хаасами с Фонтанки. Остаток сезона обе команды соревновались: а вот кто устроит вечеринку круче?

Миха Ворон устраивал «Кристалл-party» прямо на льду во Дворце спорта. Братья Хаасы и «Новые композиторы» проводили вечеринки в городском планетарии. Кто-то танцевал в Михайловском замке. Кто-то – в рушащихся советских кинотеатрах. В Артиллерийском музее прошла «Канонада-party», во время которой на техно-музыку накладывалось пение реального военного хора в аксельбантах. Все казалось возможно. Вернее, все наконец стало возможно.

Никто из них не помнит ни единого летнего дня 1992 года – только ночи! Вечеринки длились бесконечно. Круглые сутки играла музыка техно. От этой музыки круглые сутки превращались в квадратные сутки, а потом в овальные сутки, а потом снова в круглые сутки и конца этой прекрасной музыке не было все лето. И казалось, будто так будет всю жизнь.

Михаил Воронцов (промоутер, диджей): Расставшись с Хаасами, я занялся собственным проектом: вечерниками в городском планетарии.

DJ Костя Лавски (Константин Петров): Я был на самой первой вечеринке в планетарии. Это был 1991 год. DJ Янис из Риги играл там хаус. На тот момент, в принципе, любая хаус-музыка звучала для нас как шикарный подарок. Еще играли ребята из творческого объединения «Новые композиторы», потому что они эти вечеринки и организовывали. Там было очень простое освещение, но нам нравилось. Вообще всё это казалось еще очень свежим и необычным. Не вечеринка на квартире, а почти официальное мероприятие. И главное, эти первые несколько вечеринок еще успели пройти в очень узком кругу. Публика – узкий круг посвященных в тему. Ни бандитов, ни гопников быть не могло, потому что об этих вечеринках еще почти никто не знал. Обстановка получалась очень богемная. Художники, иностранцы… Всего человек триста.

DJ Re-Disco (Денис Медведев, участник группы «2ва Самолета»): «Новые композиторы» умудрились внушить руководству планетария, будто они группа молодых ученых и работают над новым звучанием. Космическое сознание и все в таком духе… Они сказали, что будут проводить научно-технические вечера, а устроили первую массовую дискотеку, билеты на которую стоили больше десяти рублей. Неожиданно собралась толпа народу, стали продавать билеты по 10 рублей. Немало по тем временам! Туда-сюда таскали ящики шампанского, а народ прямо в зале курил косяки. Администрация в панике бродила по планетарию и спрашивала:

– А чем это пахнут ваши папиросы?

Им отвечали:

– Где? Вот эти? Ничем не пахнут! Вам наверное показалось!

И давай хихикать. Это был полный хаос, который воспринимался как реальное начало новой эры. Только длилась эта эра недолго, потому что скоро на дискотеки стали ходить совсем другие ребята.

Михаил Воронцов (промоутер, диджей): В то время в планетарии работал наш знакомый Саша Потапов. В его обязанности входило зажигать звезды – в смысле включать макет звездного неба. Я познакомился с ним на курсах английского языка еще до всякой Фонтанки. С ним и с группой «Новые композиторы». Они, кстати, тоже чем-то занимались там в планетарии. И вот Саша Потапов всем предлагал что-нибудь там устроить. Потому что декорации были действительно роскошные: не хуже, чем в московском павильоне «Космос». И с какого-то момента я стал устраивать в планетарии ежемесячные вечеринки. Мы делали их с осени 1992 по весну 1993. То есть в самые нелегкие времена: постоянные стычки с бандитами… Сперва тамбовские на нас наезжали, потом они же нас и защищали… В общем – ужас!

Свобода ведь тогда появилась у всех – и у бандитов тоже. В том году даже милиционеры боялись ходить с оружием, потому что за пистолет могли запросто убить. Кстати, рядом с планетарием одного милиционера как раз и убили. Просто, чтобы забрать табельное.

DJ Костя Лавски (Константин Петров): В планетарии получались иногда очень странные вечеринки. Как будто они были специально заточены под пацанов. Там были тусы, когда «ребята с нашего двора» чувствовали себя королями ситуации. Очень скоро это был уже полностью их клуб – во всех смыслах. Допустим, я приходил играть, и на мне была куртка «Адидас». Так на входе охранники могли издеваться надо мной и не пускать в клуб, потому что я одет в спортивную одежду.

Михаил Воронцов (промоутер, диджей): Еще я пробовал устраивать вечеринки в помещении ленинградского Рок-клуба. Я тогда познакомился с парнем по фамилии Тарнавский и с его компанией. У них был собственный очень качественный аппарат. И мы вместе стали устраивать вечеринки. Но эти вечеринки нельзя сказать, чтобы были очень уж успешные. Просто тогда был действительно самый разгар бандитизма. Я помню, одни бандиты назначили стрелку другим бандитам ровно напротив входа в Рок-клуб. Они встретились в час ночи и устроили реальную пальбу. Как в кино: одна бригада стреляла в другую. В ход шло все: помповые ружья, пистолеты… Пули рикошетили от стен и машин. А случайные прохожие лежали в лужах и боялись поднять головы.