Читаем без скачивания Сквозь призму световых лет - Алан Дин Фостер

Уокеру пришлось предположить, что имплантированный ему транслятор функционирует должным образом. Если это так, то бессвязный ответ Скви точно так же непонятен и слушающим нийюанцам.

Украдкой взглянув на собравшихся, он, несмотря на то что был незнаком с местными способами выражения эмоций, пришёл к заключению, что его предположение верно. Поставленные в тупик ответом к'эрему, ниййюю быстро вернулись к более привычным занятиям, таким как болтовня и снятие проб с гастрономических изысков, которые ранее были сотворены подручными Уокера под его руководством. Пока hors d'oeuvres[9] не имели прямого соответствия в нийюанском лексиконе, представления о том, что небольшие кусочки какой-то еды вкушают перед основной трапезой, по всей видимости, было достаточно.

Скви не успела закончить свой путаный ответ, как почувствовала, что её отодвинул в сторону громадный Браук. Непостижимость сказанного ею затмила несложная для восприятия декламация туукали. Нечто среднее между декламацией и пением. Ещё одна древняя легенда его народа. Какие бы полупрозрачные обидные намёки она ни изрекала, они относились к представлению, устроенному гигантом.

Подведя итог своих малопонятных рассуждений, Скви обратила взоры к всё ещё шокированному Уокеру.

— Это поставит их на место, — довольно проворчала она. — Это — знак их собственных умственных способностей, который, несомненно, в моих устах стал констатацией очевидного. — Удовлетворённая, она выпустила несколько пузырьков из краешка трубочки, которая служила ей ртом.

— Да-а, ты им показала… — уверил её Уокер, воздержавшись от упоминания, что даже с помощью своих трансляторов, по всей вероятности, ни один из ниййюю не разобрал больше одного-двух слов из путаных размышлений к'эрему.

Потом пришло время браться за работу. Время оправдать доверие, оказанное ему Вийв-пим, и укрепить положение, своё и друзей, на этом первом камне, заложенном в дорогу к дому. Пока его нийюанские помощники проворно и быстро перемещались, чтобы точно отрегулировать оборудование, Марк глубоко вдохнул и шагнул навстречу публике. Широко распахнутые, проницательные глаза обратились к нему, как только Браук закончил декламировать последние строки своей занимательной, но бесконечной баллады, взмахнув одновременно всеми своими четырьмя верхними щупальцами. Конечно, размышлял Уокер, доставить удовольствие этим зрителям будет не сложнее, чем тем, более искушённым, которых он развлекал своим искусством на Серематене. Доказательством, как всегда, будет их реакция на результаты его труда.

Занятия кулинарией, решил Марк, были труднее занятий торговлей фьючерсами, но в конечном счёте удовлетворяли гораздо больше.

У него не было повода волноваться. С того момента, как он активировал и взял под свой контроль стабилизаторы и манипуляторы, публика, до сей поры невнимательная и порой откровенно невежливая, следила за каждым его движением с напряжённым вниманием.

А кто бы не следил? Кто бы ожидал, что масса тщательно приготовленных растительных и протеиновых компонентов будет взаимодействовать не благодаря кухонной технике, а словно продвигающаяся вперёд армия: более крупные силы — с тыла, поменьше — рассеявшись в авангарде и по флангам, подобно множеству съедобных разведчиков-скаутов? Кто бы ожидал, что разные нагревающие, поджаривающие и смешивающие приспособления будут сами собираться и выстраиваться не в аккуратную традиционную горизонтальную линию, а вертикально, в форме игрушечной крепости? И с этими кулинарными ингредиентами и составляющими меню, соответственно противостоящими друг другу, Уокер играл, как ребёнок играет с вынутыми из коробки солдатиками.

Лишённые души, но непримиримые овощи взяли штурмом замершие в ожидании ёмкости для приготовления пищи и были поглощены ими. Протеиновые компоненты подскакивали в воздух, чтобы быть захваченными ожидающими их цилиндрами. Реагируя лишь на указания Уокера, упорная провизия оказалась нарубленной, порезанной ломтиками, подрумяненной, мгновенно обжаренной, получив форму завитушек, тушенной на масле, истолчённой в пюре и фламбированной. Поправ все каноны благопристойности, через несколько минут после начала презентации кто-то из зрителей выпалил:

— Это же крепость! Чужестранец разыгрывает перед нами битву при Джалар-аад-биид…

Нарастающий прилив словесного одобрения донёсся до слуха Уокера, когда он силился сосредоточиться на работе. Изначально, растерявшись при мысли, как сделать презентацию своих гастрономических творений по-настоящему увлекательной, он ухватился за идею организовать своё подвижное кухонное оборудование в подобие древней крепости, которая традиционно охраняла северные подступы к Коджн-умму, а потом «атаковать» её ингредиентами, избранными для приготовления вечерней трапезы. По крайней мере, ему не надо было больше переживать, что кому-нибудь из присутствующих будет непонятно, что именно он делает. Благодаря одному восторженному зрителю все теперь понимали, что происходит.

Неясное волнение охватило публику, и представление со съедобными действующими лицами подошло к драматическому финалу, к кульминационному моменту. Тот факт, что концовка вылилась в головокружительный, потрясающе мощный штурм крепости тщательно отобранными местными пряностями, вызвал у зала, как предположил Уокер, взрыв некоего нийюанского подобия бурных аплодисментов — гудяще-свистяще-ухающие звуки.

В заключение порции готовых блюд были розданы гостям помощниками Марка, которые повиновались его указаниям. Он расслабился только тогда, когда стало ясно, что всем удалось оценить вкус пищи так же, как перед тем зрелищно-драматическую часть, в которую превратилось её приготовление. Отовсюду звучали комплименты. А когда трапеза стала близиться к концу, Уокер оказался увлечённым в водоворот толпы сановников, жаждущих отблагодарить его, погладив по голове и верхней части тела. Он уже знал, что ниййюю были очень раскрепощённым, открыто проявляющим свои эмоции народом. К счастью, их приветственные и необычные ласки были практически невесомы и тяготили его значительно меньше, чем, скажем, прикосновения Браука, поэтому Марк не возражал.

Вийв-пим тоже подошла к нему, чтобы похвалить за усилия. Её золотистые глаза сияли ещё ярче, чем обычно, подумал Уокер. Единственный кусок ткани наподобие шифона, из которого состояло её одеяние, ниспадал складками, создавая ощущение струящегося потока золотых частиц. Однако Уокер в который раз напомнил себе, что, невзирая на внешнюю эстетическую привлекательность, эта фигура принадлежит инопланетянке.

— Сегодня вечером все оправдать моё решение привозить тебя на Нийю. — Коснувшись его щеки, кончики двух длинных пальцев её правой руки соскользнули к плечу, потом к груди… и, пройдя обратно по тому же пути, отдёрнулись. — Этой ночью меня уже много раз похвалили за сделанный выбор. Результат очень хорош для меня. И для тебя тоже.

Вертя по сторонам головой на длинной изящной шее, она указала на стайку фигур, окружавших Кинуву-дих-вроджа, премьера Коджн-умма. Там же был и Салуу-хир-лек, генерал, ответственный за защиту Джалар-аад-биид. В той мере, в какой Уокер был способен интерпретировать на расстоянии выражение их лиц, обе важные персоны казались довольными и оживлённо беседовали.

Потом он увидел, что они смотрят не друг на друга, а вниз и почти не обращают внимания на него. Заинтересовавшись, Уокер определил местоположение объекта, приковавшего их пристальное внимание. Между ними на задних лапах стоял пёс. Он танцевал по кругу, размахивая передними лапами в воздухе и уморительно свесив язык.

Джордж не нуждался в сложном оборудовании или специальных навыках, чтобы занять чьё-то внимание и развлечь, как отметил проницательный Уокер. Не то чтобы он возражал. Этой ночью почести были столь изобильны, что можно было поделиться со всеми. Тем временем множество настойчивых и требующих внимания гостей, приглашённых к обеду, столпилось вокруг него, страстно желая познакомиться и поговорить с чужеземным мастером, искушённым в гастрономическом искусстве, и Марк совершенно потерял из виду своего маленького друга.

Стоявший в сторонке Браук опустил одно из щупалец и безо всякого усилия приподнял Скви, которая была намного меньше его, до уровня, откуда она могла смотреть поверх голов бродившей повсюду только что отобедавшей толпы. К'эрему проинспектировала довольную массу ниййюю с типичным для неё высокомерием:

— Посмотри на всех них. Предположительно продвинутые виды, устроившие возню вокруг чего-то столь простого, как еда.

Браук бросился на защиту Уокера:

— Это не простое дело. Оно требует великого мастерства.

— Да, полагаю, базовых знаний физики. Однако в конечном счёте результатом стало всего лишь насыщение. Наш общий двуногий друг сотворил всего лишь пищу, а не маленькое солнце. Тем не менее я надеюсь, что его представление улучшит нашу репутацию среди лиц, принявших нас здесь. Конечно, это хорошо. И в то же время оно увеличит срок нашего пребывания среди принявших нас лиц. А это вовсе не так здорово.