меня не обращали ни малейшего внимания. Его же завалили приветствиями и расспросами.
Я стояла молча и внимательно слушала разговор. Если судить по произношению, то речь столичного щеголя довольно сильно отличалась от речи местных аристократов. Здесь тянули фразы, говорили не спеша, обстоятельно, тщательно продумывая каждое слово и «обкатывая» во рту каждую фразу. Столичные же персоны говорили полностью наоборот: быстро, восторженно, не вдумываясь в то, что произносят. Главное — сказать. Осознать сказанное можно и потом.
— Какое интересное сочетание цветов в вашей ранае, ринна, — внезапно задумчиво произнес незнакомый шатен в годах, стоявший ближе всех к лорду.
Ранаей здесь называли то, что на Земле именовали аурой. Те самые цвета, которые якобы видны посвященным, и по которым можно узнать многое о человеке, в том числе и его прошлое.
Лорд мгновенно напрягся. Остальные затихли и перевели на меня откровенно недоуменные взгляды. Мол, это что за букашка здесь появилась? Зачем она здесь, тем более возле такого влиятельного человека? И как ее раная внезапно могла кого-то заинтересовать?
Между тем шатен просительно протянул ко мне руку.
— Вы позволите, ринна?
Позволю что? Руку дать надо?
Я протянула свою, все еще слабо понимая, что происходит.
Шатен взял ее, чуть сжал пальцы на две-три секунды, затем отпустил и удовлетворенно улыбнулся.
— Значит, я не ошибся. Благодарю, ринна.
Все еще с трудом понимая, что творится вокруг, я хотела было вежливо ответить, но лорд совершенно по-хамски схватил меня за ту же руку и быстро потащил подальше от толпы. Брови сдвинуты к переносице, в глазах полыхает огонь, губы сжаты. Да что происходит?!
— Кто вас учил доверять каждому незнакомцу, ринна?! — выплюнул взъяренный лорд, когда мы буквально пролетели приличное расстояние и остановились у окна. Вернее, меня вынужденно «остановили». — А если бы он наслал на вас проклятие одним прикосновением?! Вы вообще думаете, что творите?!
Ах, вот в чем дело. По крайней мере, официально. Лорд якобы пытается заботиться о моем здоровье. Хотя на самом деле он напрягся еще до прикосновения, когда услышал вопрос о цветах в моей ранае. И теперь старательно разыгрывает из себя благородного защитника всяких глупеньких ринн.
Нет, я, конечно, подыграю ему в этом здесь и сейчас. Но вопрос все же остается: что такого напрягло лорда? Почему он сейчас психовал? Да и кто этот тип, узнать тоже не помешает.
— Я уже говорила, что прибыла издалека, — максимально спокойно ответила я. — Там, где я жила, никто не опасался, что на него нашлют проклятие через прикосновение. Такое было попросту невозможно. Этот незнакомец действительно сильный маг?
— Неважно, — раздраженно мотнул головой все еще злой лорд, — кем бы он ни был, вы с ним не знакомы. А значит, вам с самого начала следует его опасаться!
Ага. То есть от ответа мы уходим. Ну-ну. Все интересней и интересней. Что же творится вокруг?
Глава 23
Прием проходил в просторной светлой зале, которую ярко освещали больше десятка крупных магических шаров под потолком. Сама комната буквально тонула в цветах, причем натуральных, видимо, привезенных из столицы. Они были развешаны на стенах, на потолке, по углам, стояли в кадках на полу. Маги подумали о посетителях и благоразумно убрали излишек запаха. И потому в помещении можно было находиться без страха за свой организм.
Было устроено что-то вроде фуршета, на который собрался едва ли не весь цвет столицы. Судя по смеху, улыбкам и царившему веселью, теперь в этот регион не ссылали. Теперь появиться здесь готовы были многие. И опять же, теперь местные аристократы, даже самые богатые по местным меркам, сразу станут отверженными для этих титулованных богатеев.
— Я слышала, что отсюда нельзя уехать. Беглеца поймают и выдворят назад, — заметила я негромко, внимательно наблюдая за хозяевами. Они не выглядели обреченными или недовольными.
— Раньше — может быть, — равнодушно пожал печами уже полностью успокоившийся лорд. — Теперь здесь все будет иначе.
Это-то и пугает. Причем до дрожи. Просто так подобные изменения не происходят.
— А местных почему не позвали? — задала я провокационный вопрос.
Надо же понять, как сам лорд относится к произошедшим изменениям.
В ответ — предсказуемо насмешливый взгляд. И фраза сноба:
— Не думаю, что они вписались бы в это общество.
Да что вы. То есть вот как вы заговорили. Невероятно интересно послушать. И задуматься о некоторых вещах. Получается, что я вам нужна благодаря своему редкому дару, именно поэтому вы привели меня сегодня на прием. А остальные, хоть и на порядок богаче меня, но не именитые, не известные, не владеют никакими дарами, а потому не заслуживают чести быть приглашенными. Интересно, какую же роль им отвели в измененном регионе? Этаких бедных родственников, которых иногда можно подкормить? Или кого похуже, вроде прислуги и наемных рабочих?
— То есть расслоение общества уже началось, — сделала я логичный вывод. И в очередной раз наткнулась на странный взгляд со стороны своего нанимателя. — Что? Я опять что-то не так сказала? Почему вы так смотрите?
— Мне кажется, ринна, вам лучше в разговоре с другими аристократами постоянно носить маску этакой глупышки, — задумчиво ответил лорд. — Иначе начнутся ненужные вопросы, поползут слухи.
Эм… Меня пытаются запугать? Сам лорд? Правда? Интересно, с чего бы…
— И чем мне грозят многочисленные слухи о моей скромной персоне? Ну, кроме невозможности закупить провизию? — иронично поинтересовалась я.
— Вы слишком много думаете о еде, ринна. А иногда стоит позаботиться и о репутации, — нравоучительно произнес лорд. — Смею напомнить вам, что женщине вашего возраста пора выходить замуж, заводить семью, растить детей.
Я недоуменно похлопала глазами. Это что, мне сейчас уверенным тоном предрекли участь старой девы из-за привычки говорить, что думаю? Нет, он правда думает, что меня пугает такая перспектива?!
— Не все люди мечтают о семье, муже и детях, — сообщила я истину, которую многие в мое время отлично успели усвоить на Земле, и которая здесь, высказанная «с трибуны», несомненно, произвела бы эффект разорвавшейся бомбы.
— Не советую, ринна, говорить здесь нечто подобное, — тоном учителя произнес лорд. — Вы можете снискать славу чудачки. А это, знаете ли, чревато.
У меня зачесались кулаки. Словарный запас в кои-то веки мне отказывал, доводы не приводились, наоборот, хотелось банально подраться. Ну и заодно разбить в кровь кое-чье холеное лицо. Может, даже нос на сторону свернуть. Меня жутко бесила такая топорная попытка ограничить мою свободу. Да еще и где? На краю
