Читаем без скачивания Пылающая-весна-45-го (СИ) - Поселягин Владимир Геннадьевич

- Хорошо, товарищ гвардии капитан.

Семёнов при всех своих недостатках, а он чисто гражданским человеком был, форма как на корове седло, при это являлся педантичным уставником, так что меня не удивило как тот ко мне обращался. Да и командир я его. А пока эшелон действительно тормозил, я закончил работать с сетью. Потрепало меня серьёзно, но ничего критического, меддок за двое суток что я без сознания был, в автоматическом режиме большую часть проблем убрал, и самую главную, тяжёлую контузию, так что повоюем. Что по вещам, то свою форму с наградами и документами убрал в хранилище ещё когда начался бой, и на штаб вышли первые немцы с двумя танками, переоделся в сменку, так что на мне была простая офицерская форма и грязная порванная шинель. Ею меня и укрыли. Погон уже не было, сорвал кто-то.

Так вот, по повреждениям, синяки и гематомы - это ладно, они почти сошли, меддок их потихоньку убирал. Кстати, я настроил так что меддок работает, если активно идёт материал на ремонт. Это еда, если не поняли, а так как я эти двое суток не ел, то тот мог меня истощить до дистрофического состояния, так что меддок только критическое убрал - контузию. Рваная рана на плече, видимо гранатным осколком, осталась, только кровь остановил и воспаление. Поэтому я достал из кармана галифе, мне руку нужно было скрыть, хлебцы, и стал хрустеть ими. Материал нужен. Пяток и Семенову сунул, тот тоже захрустел. Также сильная жажда мучила, пришлось поделится фляжкой, что достал, но половину выдуть успел. Впрочем, вода ранее в вагоне была, полное ведро с плошкой, но за время пути всё давно выпили. Так что поставил задачу меддоку лечить рану на плече и барабанную перепонку. Остальное не особо беспокоило. Тут стоит отметить, что за прошедшее время я изучил шесть баз знаний, но они скорее по управлению опциями сети, нужные вещи, однако в реальной жизни не нужны, и вполне усиленно тренировался в иллюзиях, уже две могу использовать, но не более пары часов. Голова начинает болеть и сильные приступы голода, однако время постепенно увеличивается, и я опыта набирался. Ну и по меддоку. За этот месяц я со своим телом отлично поработал, залечил все травмы, полученные ранее. Колено перестало о себе давать знать. Жаль терять результаты работы. Но ничего, повторно излечусь. В памяти меддока сохранился макет идеального состояния моего тела, к нему и вернусь. Чёрт, да я себе ногу отрастить смогу. За пару месяцев. Конечно еды прорва уйдёт, но смогу. Это конечно не лечение в игровых машинах, до сих пор понять не могу как это делали и меддок в этом не помогал, в базе знаний по нему тоже ничего такого не было, видимо другие медицинские технологии.

Я с десяток печений съел, и три пластинки солёного сала, воды попил, так что постепенно приходил в норму. Тело получило строительного материала, оживало, а тут дёрнувшись, и лязгнув сцепками, эшелон встал. Как сообщил Семёнов, мы почти сутки в пути были. Любопытно, это куда это нас увезли? Не думаю, что далеко, тот же финансист сообщил, что бывало подолгу стояли на перекрёстках, воду заносили, парашу меняли, так что остаётся гадать где мы. Что по вагону, то тут порядка пятидесяти офицеров, многие ранены. Кто-то уже в группы по интересам разбежался, вот и у нас своя была, мы втроём из одного полка. Малышева я тоже покормил и напоил. Снаружи доносились крики, что приближались. Вот и у нас зашумели створки, уходя в сторону, и несколько хиви, кричали на русском, повторяя одни слова:

- Выходи! Строится!

- Мы последними, - сообщил я своим, застёгивая шинель на все пуговицы, так что задержались, пока другие пленные из нашего вагоны спрыгивали и помогали раненым спуститься, выстраиваясь в колонну перед вагоном. Хиви с дубинками бегали, работали ими, и выстраивали ровный квадрат.

- Прикройте меня, - велел я.

Парни начали спускаться. Семёнов помогал Малышеву, а я под требовательным взглядом хиви, что следил за мной от выхода, проверил два тела, живы или нет. Нет, эти офицеры умерли от ран. Они и помогли, достал два автомата, «ППШ», к каждому по три запасных диска, пять ручных гранат, и оставил под прикрытием тел, после чего быстро подойдя к краю вагона, и спрыгнул наружу, хрустя снегом ботинками на два размера больше, сапоги мои пропали. Тут хиви, пару раз пройдясь по моей спине дубинкой, загнал в квадрат пленных офицеров. К счастью в вагон наш никто не забрался, там уже появились обе иллюзии и вооружились автоматами, убирая запасные диски в подсумки. Гранаты тоже. А пока я стоял в квадрате из пленных, и немцы вещали, переводчики у каждого вагона сообщали, донося до нас нужную информацию, я прикинул. Тут место выгрузки, огороженное, три вышки с пулемётами, полсотни солдат, семь овчарок, офицеров столько же, ну и помощников немцев три десятка. Пленных чуть больше двух сотен, четыре вагона стояло на территории. А вот что за лагерь, чьи мрачные стены вдали, я опознал. Уже бывал тут, и даже дважды. В первый раз, когда освобождал сына Сталина Якова, и генерала Карбышева, во второй раз в сорок четвёртом, после перезагрузки игры, мимо летел, вот и уничтожил охрану, всю, и освободил пленных, дальше те растекались по окрестностям. Я их вооружил, так что бюргерам было весело. Грабили их только так. Да и не только грабили, натерпелись парни. Да тут в лагере ведь и не только наши были, немало иностранцев.

- Это концентрационный лагерь Заксенхаузен, - сообщил я тем, кто рядом стоял, а те передали остальным. - Товарищи офицеры, внимание, как поднимется стрельба, падаем и пережидаем, потом бежим к убитым немцам и вооружаемся. После этого растекаемся по городу и к своим. Все слышали? Готовьтесь.

Глава 8.

«Солдат – это профессия, боец - черта характера, а воин - состояние души».

Сам я с парнями стоял, поддерживал Малышева, а то его шатало, готов упасть был. Тут и появились обе иллюзии в открытых створках вагона и начали действовать. Вообще, я осмотрелся и прикинул, я-то сбегу откуда угодно, но вот этим свежим пленным стоит дать шанс, бежать отсюда, с приёмника, куда проще. Уничтожить часовых на трёх вышках, там пулемёты, раскидать гранаты группам немцев, они цепью окружали площадку, лаяли злые псы, и дальше вести прицельный огонь, а там уже можно валить. Станция эта в городе Ораниенбург, рядом с Берлином. Наши войска не так и далеко, доберёмся. Так что я успел прикинуть цели, кого валить первыми, кого вторыми. Солдаты на вышках были у пулемётов, направив стволы на пленных, поэтому, одна из иллюзий быстро сменяя цели, расстреляла их, в секунду. Потратив по патрону на цель. Немцы даже выстрелить не успели, и дальности автомата вполне хватило. Второй раскидывал гранаты, все десять ушли, потом под грохот разрывов, и тревогу в концлагере, сирена звучала, стал из автомата расстреливать немцев, хиви, собак. В общем, всю вражескую силу. Многие пленные уже попадали, закрывая головы руками, но не все, некоторые бежали к немцам. Кто успел добежать, кто нет, но таких меньше. Иллюзии стреляли по тем немцам, что били по пленным, так что особо им пострелять не дали. В принципе, оба, опустошив по диску, все цели накрыли, иллюзии закончили работу, быстро снаряжая «ППШ», вставляя новые диски.

- Ходу! - скомандовал я, и пленные, вскакивая, разбегались.

Мы с Семеновым подхватили Малышева, тот совсем сомлел, и побежали по путям, откуда эшелон пришёл. Не весь, его явно отцепили и эти четыре вагона завели сюда, на пути к концлагерю. Паровоз с другой стороны состава был. Причём дальше забор, и над путями ворота, перекрыли выход. Иллюзии не стояли на месте, обогнали мою группу, и вынесли ворота, просто выбив совместно плечами, дальше стали работать по станции, расстреливая всех, кого видели, хоть в военной форме, хоть в гражданской одежде. К счастью, сама станция была пуста, кроме одного пассажирского поезда военных эшелонов не наблюдалось. Одна из иллюзий рывком добежала до ближайшего грузовика, пристрелив водилу, что под машиной прятался. Запрыгнув в кабину, и запустив движок, стал сдавать назад. Тут вторая иллюзия закинула нас троих в кузов, и перебежала к кабине, заняв место пассажира, а к нам бежала толпа пленных, видя, что тут выход. Мы, трогаясь с места, принимали людей, помогая забраться, тридцать человек смогли взять, остальные уже сами, некуда было, разбегались по станции, мы подчистили пути. Хотя грузовиков хватало у складов и пакгаузов, быстро подумав, я отправил иллюзии, и они захватили пяток машин, плюс три легковушки, так что пленные загрузились, и мы колонной, гнали дальше. Обе иллюзии в передовой легковушке, в виде тарана сносили всё на пути, чуть позже сменив очередную машину, три других расстреляны были, на «Ганомаг». Один за руль, другой за спаренные зенитные пулемёты, с помощью них и вышло покинуть город чисто, без потерь, и уйти по дороге подальше, чуть позже свернув в сторону передовой. Сам я за руль «Опеля» сел и вывозил своих, тут же в кабине в тесноте Малышев и Семёнов сидели, нужно прорваться к нашим. Думаю, я смогу реабилитироваться, всё же бежал, и сохранил знамя полка. А что, оно в хранилище. Чуть позже мы ушли с дороги на просёлочную и бронетранспортёр прокладывал путь впереди по грязи и снегу, подтаяло немного, пока не въехали под прикрытие леса. Впрочем, прикрыть нас от авиации там нечем, листвы-то нет, но встали наконец. Многим нужна передышка, и главное, позаботься о раненых, а то некоторые, вроде Малышева, и не перевязаны толком.