Читаем без скачивания Целитель 4 - Роман Романович

Сидел он в… Кажется, это называется кимоно. Считай, спортивная одежда. Что на нем смотрелось максимально органично. Волосы мужчина сегодня собрал в хвост. Не дождавшись моего ответа, Владимир Геннадьевич разлил чай и пододвинул ко мне чашку.

Я попробовал. Необычно так.

— Так что? — спросил он.

— Я не понимаю вашего вопроса, но на всякий случай отвечу сразу — я уже женат. На работе. Всё остальное меня не интересует.

Надеюсь, ответил достаточно твердо, чтобы отбить у него желание прощупывать тему женитьбы.

— Хорошо, — сказал он, помедлив и отхлебнув чаю. — А что насчёт клятв? Ты в них разбираешься?

— Разбираюсь. Признаюсь, меня удивило, откуда вы о них знаете. Не думал, что в этом времени о них известно.

— Плюсы бытия аристократов. Мы тщательно храним хроники и собираем архивы, — ответил он буднично.

— Владимир Геннадьевич, — перешёл я к главному. — А скажите, что вы хотите-то?

— Арина разве не сказала? Мои желания просты. Если ты знаешь что-то, чего не знаем мы, то… — развёл он руками, — было бы интересно обменяться знаниями. Разумеется, в рамках равноценного обмена.

— Что, так просто?

— А надо сложно? — приподнял он бровь, и я понял, у кого дочка этот жест подрезала.

— Допустим… — ответил я медленно. — Тогда возникает вопрос, а что вы можете, да и готовы предложить?

Вопрос совсем не дерзкий. Кровь позволяет делать много чего, но этот список вовсе не бесконечен. Как бы так не вышло, что и предложить нечего. Причем как мне, так и им.

— Как понимаю, — ответил мужчина, — тебя по какой-то причине интересует восстановление формы и быстрое наращивание силы. Предлагаю в рамках этого и вести общение. Я дам добро Арине, она будет говорить с тобой открыто. Как насчёт… — он сделал паузу, — совместного проекта? Проще всего точки интересов будет найти в ходе совместной работы.

— Это… разумное предложение.

Любая боевая техника стоит на нескольких вещах. Первая — это контроль и талант. Вторая — свойства. Иногда ещё роль играет оружие.

Если взять какую-нибудь технику «росчерка», когда через меч как бы удлиняется и разрубает противника на расстоянии, для этого надо… Во-первых, преобразованное оружие. Для чего нужно пропускать Кровь через него. Во-вторых, укрепление оружия, то есть мастерство затвердевания или кристаллизации. В-третьих, придача оружию свойств проводимости. В-четвертых, той энергии, которую пропустишь через оружие, тоже нужно придать конкретные свойства.

Вот и получается, что знание, которым можно обменяться в данном вопросе, — это методология развития контроля, навыков затвердевания и кристаллизации, список свойств и методы их тренировки.

Проблема же в том, что я это всё умею. Как и мужчина напротив меня, уверен, тоже умеет. Не конкретно то же самое, но что-то схожее.

Найти что-то, чего не знаешь и что может дополнить твоё мастерство — задача нетривиальная. Поэтому тут Владимир Геннадьевич прав. Проще всего разобраться в ходе общей работы.

— Если вы готовы доверить мне свою дочь, — добавил я.

— Полностью — только если в жены возьмешь, — мгновенно отреагировал он, нагловато и насмешливо улыбнувшись.

— Сдался ей муж трудоголик, — парировал я. — Арина сказала, у неё соревнования скоро. Давайте тогда к ним и будем готовиться. А там видно будет, есть чем нам обменяться или нет.

— Хорошо, — согласился он. — А что насчёт клятв?

— Ну, если вам так интересно, — теперь уже я улыбнулся, позволив себе немного наглости, — то расскажу. В качестве аванса. Суть в том, что Источник — это структура упорядочивания. Вы знаете, что новички Вдыхают всё подряд, зачастую — всякую дрянь. Поэтому задача адепта, грубо говоря, навести порядок. Как здесь, — коснулся я лба, — так и здесь, — указал на область сердца. — В жизни тоже должен быть порядок. Как локально, так и в перспективе. Вам ведь известно, что качество Вдоха падает при сильных эмоциях?

— Разумеется, — кивнул мужчина.

— Тогда мне не надо объяснять важность внутренней подготовки и самодисциплины. Клятвы — это следующий шаг. Только вот секрет в том, что лучше всего они работают, когда внедряешь их в Источник.

Я взял паузу, оценивая реакцию, и та не заставила себя ждать. Как-то так разом Владимир Геннадьевич подобрался, заинтересовался.

— А можно поподробнее?

— Конечно. Сразу скажу, как в вашем случае это будет работать — не знаю. Знакомый мне тип клятв завязан на помощь людям. Что с нас, целителей, взять, — улыбнулся я. — У военных несколько другой подход. Так что тут вам самим придётся разбираться. Но это позже обсудим. Технология же сводится к следующему…

Скрывать нюансы я не стал. Это то знание, которое не жаль и передать.

* * *

Домой я снова вернулся поздно. Но довольным.

Одно дело договоренности с Ариной, пусть и юной наследницей, другое — с главой боевого крыла. Сильно я старался не обольщаться, но, как ни крути, я в столице всего ничего, а уже обзавелся полезными связями.

Выполнение плана идет куда быстрее, чем ожидалось.

Но и расслабляться ещё рано. Тут, наоборот, надо сжать булки и работать в три раза усерднее, чтобы взять максимум.

Пока есть возможность.

* * *

В следующие дни я со всей отдачей погрузился в тему Изменения тела.

Случайность или нет, но все звезды сошлись, и эта тема на меня со всех сторон навалилась. С Аристархом Павловичем просчитывали, как именно его тело Изменять. Со Степан Денисовичем изучали колясочников и парализованных. В субботу на тренировке был сдвоенный урок. К нам с Ариной заглянул сам Владимир Геннадьевич. Который скомандовал дочери зачитать лекцию на тему первичных трансформаций. Что девушка и сделала. Я высказал свои мысли. Мужчина дополнил. Потом было изучение организма подопытной, в смысле, барыни. Возражений со стороны мастера не последовало, в конце он и вовсе свалил.

Тут надо сказать, что опыт Аристарха Павловича был направлен на общее понимание человеческого организма. Опыт мечников — на боевые качества, направленные против людей. Что понятно. Мой же опыт в противостоянии нежити. А это несколько другое. Нужно делать акцент на пробивную силу, чтобы рубить крепких тварей, и на собственную защиту, чтобы выживать, когда влетаешь в облако эманаций смерти. Кузнецовым же это не надо, потому что их противники — люди, как бы прискорбно это ни звучало. Куда важнее та же скорость, чем сила.

Где-то на стыке всех этих интересов мне требовалось найти лучшие решения для своих целей. Ну и Арине помочь в соревнованиях победить.

Возникал закономерный вопрос, почему её отец не мог сам дочку вывести на новый уровень. О чем я и спросил прямо. На что мне был дан простой ответ — он так не умел.

В смысле, не умел проводить тонкие манипуляции с чужим телом. Я, когда услышал, немного подзавис. Ну да, точно. Как-то запамятовал, что это целители имели богатую практику работы с другими. Мечникам же такое было не нужно. А тратить десяток лет на тренировки не особо нужного аспекта — это не самое рациональное, пожалуй. В смысле, оно бы было рационально, но мечники, как ни странно, упражняются с мечами, а не целительством занимаются.

Стало понятнее, почему Арину так заинтересовал парень, способный с ней поработать.

Возникал и другой вопрос — почему бы не обратиться к кому-то более опытному. На что я получил ещё один простой ответ. Толковых специалистов — нет. Каждая аристократическая семья сама решает вопрос. А учитывая, что объяснение любой техники — это попытка рассказать, что такое мороженое, человеку, который его не пробовал, то проблема, получается, довольно серьезная.

Вот и соревновалась молодежь в том, кто быстрее семейное наследие освоит. Я же со своими знаниями мог вклиниться в этот процесс и значительно его ускорить.

Но надо признать, Владимир Геннадьевич был готов пожертвовать своей дочерью. Уверен, он счёл риск приемлемым, но даже так риск есть риск. И доверять дочь незнакомому человеку — это такое. Достаточно смелое решение.

Посмотрим, что из этого выйдет.

* * *

В воскресенье у меня был выходной.

Встал рано, позавтракал, размялся да отправился за покупками. Быстро пробежался по заранее намеченным магазинам. Прикупил одежды, продуктов, всякой мелочи в дом. Обрастаю постепенно имуществом.

К одиннадцати, как и договаривались, отправился к Аристарху Павловичу. Приоделся в этот раз. В смысле, пришёл в чистом и новом, а не как тогда, после возвращения из командировки, весь помятый и подкопченный. Приятное впечатление я хотел произвести на жену наставника. А то как-то неудобно, что столько неудобств доставил. Затаит обиду,