Только когда на карту были поставлены их чувства и будущее, он представлял собой опасность…
Захватив все необходимое для пикника, они углубились в город, пока не оказались рядом с парком Сетлерз. Джулиана остановилась у цветника и вдохнула воздух, напоенный сладкими ароматами. Здесь росли экзотические цветы с сочными трепещущими лепестками невероятных расцветок. Она никогда не видела подобной красоты. Джулиана улыбнулась в немом восхищений, затем обернулась к Айану.
Его мужественное лицо выражало лишь спокойное удовлетворение.
– Они прекрасны, – прошептала она.
– Да, я наслышан об этом. Я знал, что тебе понравится. Джулиана была поражена до глубины души, и в то же время волна тепла поднялась в ее груди.
– Так ты специально привел меня сюда?
Она была тронута. Внутри ее нарастало странное чувство, заставлявшее сердце биться быстрее. Джеффри никогда бы не сделал для нее ничего подобного.
– Я сделал это для нас, – уточнил виконт.
Его доброта, терпение, дружба – не этого она ожидала от их совместного путешествия. И снова – в который раз – ее взволновала мысль о том, что, возможно, он изменился. И сказать по правде, очень изменился. Помимо неожиданных проявлений его заботы, Джулиана также наслаждалась спокойствием и внутренней силой, которые исходили от него. Лорд Акстон выглядел как человек, живущий в ладу с самим собой, уверенный, что находится на своем месте в этом мире и пользуется успехом у женщин. И хотя она не собиралась за него замуж, его чары не могли не действовать на нее.
Она посмотрела на его губы. Поцелуй, который он ей подарил в самом начале их путешествия, всплыл в ее памяти…
Пронзительный и вместе с тем пленительный взгляд его голубых глаз скользнул по ее лицу, и взор этот был настолько пристальный и глубокий, что напоминал физическую ласку. Джулиана смотрела на него, не в силах отвернуться. У нее перехватило дыхание, сердце неровно билось. Он стоял ближе, чем позволяли приличия, так близко, что она чувствовала запах рома, соли и мужчины, но все-таки дальше, чем ей сейчас хотелось бы.
– Никто не знает, когда ему представится шанс исследовать что-то новое. Мы не можем дать такой возможности ускользнуть, – пробормотал Айан.
Он произнес это со странным намеком в голосе, словно притяжение между ними и было этой ускользающей возможностью… Неужели он это имел в виду? Или какая-то безрассудная часть ее самой, которую она не понимала, истолковала его слова таким образом?
– Нет, нельзя упускать этот шанс, – прошептала она в ответ, нарушив напряженную тишину. – Прекрасная мысль.
Легкий ветер ерошил его блестящие волнистые волосы цвета воронова крыла, разметав их по воротнику, словно упрекая в том, что он пренебрегает ножницами. Но ему шли длинные волосы, они придавали ему сходство с современным пиратом. Неожиданно для самой себя Джулиана вдруг почувствовала страстное желание ощутить прикосновение его губ. Она знала, что это неразумно, но ничего не могла с собой поделать.
Разочарование, словно острый нож, пронзило ее, когда он отвернулся, чтобы поднять корзинку с провизией.
– Проголодалась? – с непроницаемым видом спросил он, но в его низком голосе слышалась насмешка.
Джулиана давно уже не была наивной девочкой и сразу распознавала заигрывания. Но она никак не могла понять, что за игру ведет Айан, и это приводило ее в замешательство. Ее охватывало смутное беспокойство, что, не отвечая на ухаживания Айана, она упускает что-то очень важное для себя.
Она тряхнула головой. Несомненно, это самая нелепая мысль, которая когда-либо посещала ее.
– Уже полдень, и мы должны поесть, – произнес он наконец не терпящим возражения тоном.
– Давай выберем место, где нам сесть.
Несмотря на то, что по его лицу по-прежнему нельзя было ничего прочесть, леди Арчер догадалась, что это не тот ответ, которого он ждал.
Она снова взяла его под руку, и Айан повел ее по кирпичной дорожке в сторону небольших прудов, выложенных камнями. Между прудами раскинулась поросшая травой площадка, подходящая для пикника.
Осторожно ступив на каменную лестницу, он повернулся к ней, протянул руку и обхватил ее за талию, когда она чуть не поскользнулась на мокрых ступеньках. Его прикосновение жгло сквозь тонкую ткань платья, как будто он касался обнаженной кожи. Она смутилась. Отчего-то это простое прикосновение напомнило ей, какие у него широкие мощные плечи и сильные руки.
Проклятие, хватит думать об этом. Это абсолютно бессмысленно.
Птицы парили в небе, в то время как Айан выбирал местечко поукромнее, подальше от двух англичанок с детьми. Густая листва и тропические цветы скрывали их от посторонних глаз, кружа голову своими ароматами. Джулиана чувствовала себя так, словно они оказались в своем собственном Эдеме. Даже в раю не было так красиво, безмятежно и роскошно.
Какое чудесное местечко для поцелуев, легкого прикосновения рук, вздохов, идущих от самого сердца… и нежного слияния душ и тел.
При этой мысли щеки вспыхнули, но она не могла отогнать видение парочки, занимающейся любовью среди этого цветущего, благоухающего сада. Джулиана ощутила жаркую пульсацию внизу живота.
Нельзя допускать такие порочные фантазии. Заниматься любовью в общественном парке, где постелью служила бы только трава, в окружении еле уловимых звуков и экзотических запахов… Совершенно скандальная мысль, но и соблазнительная одновременно. Жаркая волна прокатилась по животу к бедрам и средоточию желания между ними.
Водоворот сладострастных грез закружил ее еще сильнее. Она закрыла глаза, и лавина непристойных картин обрушилась на нее. В воображении возник образ любовника, нежно ласкающего ее, в то время как знойный, благоухающий воздух окутывал их. Этим любовником был Айан.
Айан? Боже правый, о чем она думает?
Она так не думает, нет, но ее тело уже жило отдельной жизнью. Жар внизу живота неожиданно превратился в тянущую боль.
Джулиана неохотно открыла глаза и увидела, что Айан сидит напротив и сосредоточенно смотрит на нее. В его взгляде читался немой вопрос.
– Ты вся горишь. Ты хорошо себя чувствуешь?
Вежливые слова слетели с его губ, но его голос… Он словно предлагал ей поделиться своими мыслями, которые он и без того прекрасно знал, потому что сам думал о том же. Боль внизу живота стала невыносимой.
– Слишком влажно, – заметила она, обмахиваясь веером.
Пожалуйста, пусть он не заметит, Как сгустился воздух между ними.
Потому что, если он сейчас ее поцелует, ее натянутые до предела нервы не выдержат натиска этого странного желания, и их губы сольются в поцелуе, растопив остатки здравого смысла.
