- Я сегодня стажирую нового лейтенанта, - сказал Кос. – Не мог бы кто-нибудь другой…
- Простите, - перебил его турист, - это довольно срочно.
- И поэтому, я передаю Вас нашему лучшему ‘джеку, - сказал Фаскин, выскальзывая из-за стола. – Вы в надежных руках, мистер Колкин. – Фаскин просочился сквозь толпу в зале и выскочил за дверь до того, как Кос сообразил спросить, на что, собственно, жаловался мистер Колкин.
Кос сделал глубокий вдох и устроился на стуле за столом.
- Сержант Борка, прошу Вас вести протокол.
Борка, ворча, развернул листок бумаги и достал из кармана карандаш.
- В чем собственно проблема, сэр? Вы не похожи на местного, если позволите мне такое замечание.
- Я не местный, - сказал Колкин. – Мы… в смысле, я и моя жена… Она ушла, ноя…
- Давайте помедленнее, - сказал Кос. – Ваша жена ушла от Вас?
- Почему все мне это… Нет, она… Она мертва, - продолжил турист.
- Мне очень жаль, сэр.
- Мне тоже, - сказал Колкин. – Йертруда была мне… Простите. – Торговец достал яркий фиолетовый платок из кармана, высморкался и промокнул слезы в уголках глаз. – Она была всем для меня. Но это не все. Я не называл это препятствованием торговле, но я подумал, что это может быть связано… Вы ведь тот ‘джек из театра.
- Да, сэр. Я уже переоделся. Итак, Ваша жена… она умерла в театре? Я не вижу аспекта препятствования торговле, о котором говорил капи…
Неожиданный, оглушающий вопль баньши пронзил спертый воздух зала. Через секунду к нему добавились крики ужаса от набившихся в помещении гражданских лиц. Звук исходил от серебристо-белого привидения появившегося посреди толпы, в форме изуродованной женщины. Воджеки, равно как и подозреваемые, в ужасе разбегались от нее во всех направлениях. Где-то послышался крик стражника – «Искатель! У нас здесь Искатель!»
- Она нашла меня! – закричал Венвел Колкин и пригнулся, чтобы спрятаться за столом, прижавшись кБорке.
- Я так полагаю, что это бывшая миссис Колкин? – спросил Кос. Турист кивнул, разбрызгивая струящийся пот. – Думаю, мне все понятно. Борка присмотри за ним. Мистер Колкин, прошу Вас, оставайтесь на месте. Мне нужно будет задать Вам пару вопросов после этого.
- После чего? – вскрикнул Колкин.
Кос проигнорировал его и повернулся к кричащему призраку, парящему примерно в центре зала, окруженного зеваками и растерявшимися стражниками. Кос был к нему ближе остальных офицеров, что автоматически делало привидение его проблемой. «Если птица садится на твое плечо …» - пробормотал он.
Искатели были не самыми распространенными привидениями в Равнике, городе, полном призраками в прямом и переносном смысле. При этом, их вполне можно было отнести к одним из самых опасных представителям своего вида. В отличие от обычных душ умерших горожан, бродивших какое-то время после своей смерти по улицам, искатели были воплощением ярости и мести, воплощенным в сверхъестественной форме – это были души, погибшие грубой насильственной смертью раньше отведенного срока.
Это был несомненно один из самых жестоких видов приведений. Призрачный кошмар, когда-то бывший Йертрудой Колкин, продолжал орать, пока звук его крика не сформировался в единое слово - «Вееееееенвееееллллллл!»
- Мистер Колкин, если я выясню, что Вы ответственны за смерть Вашей жены… - сказал Кос маневрируя между столом, скрывающим торговца и приближающимся искателем.
- Нет, я был… Она пропала, а потом я обнаружил, что она уже была…
- Кос! – крикнул Борка. – Что ты делаешь?
- Ты что, Борка, никогда раньше не сталкивался с искателями? – сказал Кос.
- Как-то не приходилось, - сказал сержант.
- Смотри и учись, - ответил Кос. Он открыл плоский кармашек на своем поясе и вынул из него небольшое стальное зеркальце. Вопящее привидение уже почти настигло его.
- Все, Йертруда, - сказал Кос как можно более спокойным голосом. В этот момент заполненный людьми зал замер, наблюдая за тем, что собирался предпринять сумасшедший ‘джек. Если бы он дал им повод для паники, началась бы давка. - Еще чуть поближе. Нужно, чтобы тебе было хорошо видно… смотри! – На последнем слове, Кос взмахнул зеркалом прямо перед полупрозрачным лицом разгневанного призрака. Две точки синего света, горящие в пустых черных глазницах, вспыхнули, узнав образ в зеркале, и постоянные вопли сменились тихими стонами, а затем едва слышным шипением.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Да, это ты, Йертруда, - мягко произнес Кос. Искреннее сопереживание искореженному существу звучало в каждом его слове. Важно было произносить имя женщины, чтобы напомнить ей, кем она была. – Мне жаль. Ты уже ничего не сможешь с этим поделать, Йертруда. Ты не хочешь никому вреда. Тебе нужно все отпустить. Знай, что ты будешь отмщена. Йертруда, клянусь тебе, мы сделаем все возможное, чтобы найти того, кто сделал это с тобой.
Привидение замерцало в неуверенности. «Уйти», - прошептала она, наконец. Ее голос Кос слышал не столько ушами, сколько в своей голове.
- Да, уходи! – заорал торговец из своего укрытия. – Хватит за мной…
- Нет, мистер Колкин, прошу Вас,не…
- ВЕЕЕЕЕНВЕЕЕЕЛЛЛЛЛЛ!
Ярость искателя взрывной волной ударила в окружающую толпу незримой сокрушительной силой, сбившую с ног даже Коса.
- Вот черт! – разозлился Кос. – Борка, уведи его отсюда! Сейчас же!
Психическое состояние призрака Йертруды стремительно ухудшалось. Меньше всего Косу хотелось, чтобы этот идиот, муж Йертруды, вмешался еще раз, подлив еще больше масла в огонь.
Кос засунул зеркальце назад в карман на поясе. Этот фокус мог сыграть лишь один раз, а теперь, когда ярость искателя достигла своего апогея, решить проблему мирным путем ему уже вряд ли удастся. Заземлители тоже были уже бесполезны, так как искатели были способны противостоять их улавливающему воздействию. Теперь оставалось только одно. Кос снял с пояса жезл и провернул его рукоятку, пока она не щелкнула дважды. Мана хлынула по внутренним волокнам оружия, и Кос почувствовал, как нагревается сталь жезла в его руке.
- Мне очень жаль, миссис Колкин, - сказал он, прицеливаясь в самый центр орущего призрака и концентрируя всю свою волю на оружии.
- Врази, - произнес Кос.
Смертельный заряд маны, накопленной в серебряном жезле, вырвался с яркой золотистой вспышкой и поразил привидение. Энергия словно поглотила призрак изнутри, подобно тому, как сгорает бумажная кукла над пламенем свечи. Всего за пару секунд фантом погибшей женщины сгорел и превратился в облако черного дыма, повисшего в спертом воздухе душного помещения.
Конклав Селезнии утверждал, что предназначение душ умерших состояло в том, что бы объединиться в священной песни с коллективным сознанием дриад. Голгари захватывали призраков умерших и использовали некротическую энергию для создания с их помощью оживших мертвецов. Использование призраков в других гильдиях варьировалось по большей части между этими двумя догмами. Но Борос – гильдия, в которой Лига воджеков была лишь малой ее частью – была единственной гильдией, регулярно уничтожавшей призраков, сжигая их с лица Равники. Кос иногда задумывался, сколько бы он заплатил за то, чтобы полностью стереть остатки своей души, после того, как он сам умрет. В его возрасте, это могло произойти в любой момент.
- Не на что тут смотреть, - сказал Кос ошеломленной толпе, в ступоре стоящей вокруг него. – Все под контролем. Эти слова было достаточной искрой для последующего взрыва громких дискуссий среди собравшихся преступников, подозреваемых, свидетелей и воджеков, размышляющих о том, что именно сейчас произошло, может ли такое произойти снова, и был ли призрак кем-то, кого они знают.
Кос нашел Борку и Колкина, прячущихся на дальнем краю стола, за которым он их оставил. Лейтенант предложил Колкину руку, помог ему подняться и указал на стул.
- Ну что ж, мистер Колкин, почему бы Вам не начать все с самого начала?
* * * * *
