Слова, над которыми полезно задуматься всякому переводчику.
ГЛАВА IX «Свод»
Из центра в Иерусалиме активность ордена по ступеням твердо установленной иерархии распространялась на всю Святую Землю. Главными должностными лицами поначалу были: магистр — государь могущественный, но подчиненный в большинстве случаев решению капитула, где сам он имел только один голос; сенешаль, ведавший снабжением и бытом Дома; маршал, ответственный за военную подготовку и дисциплину в монастыре и нередко во время войны его возглавлявший; и смотритель одежд, занимавшийся экипировкой братьев. Командоры трех провинций Востока — Иерусалима, Триполи и Антиохии — были подчинены только магистру и генеральному капитулу; каждый из них имел под своим началом собственного маршала и смотрителя одежд. За командорами Провинций шли шателены (управляющие замками) и командоры Домов; были еще командоры рыцарей, которые повиновались маршалу своего монастыря. Смотрители Домов, часто бывшие только сержантами, управляли сельскими владениями ордена. Легковооруженные отряды наемников из местных жителей (туркополов) подчинялись туркополье (turkopolier). Оруженосцы, также наемные, получали приказы от знаменосца.[207]
Как уже упоминалось ранее, наиболее гибкой структурой обладали десять или двенадцать (число их не было постоянно) провинций Запада: Франция, Англия с Шотландией и Ирландией, Фландрия, Овернь, Пуату, Аквитания, Прованс, Каталония, Арагон, Португалия, Апулия, Сицилия, Венгрия — всюду имелись магистры или командоры, но командоры нередко управляли одновременно несколькими провинциями, например, Провансом с Каталонией, или «Провансом и различными частями Испании». В документах мы находим также упоминания о командорах Западных Провинции и визитерах (смотрителях, контролерах), которые инспектировали Дома одной или нескольких провинций.
Монастырь Испании служил аналогом Заморскому Дому ордена, поскольку от Наварры до Мерсии, как и в Святой Земле, тамплиеры беспрерывно воевали. Но все другие провинции существовали лишь для того, чтобы оказывать обоим монастырям поддержку; исключение делалось только для некоторых прибрежных городов, таких, как Тулон, где командорство включалось в местную оборонную систему.[208]
Тамплиеры объединялись в капитулы двух видов. Обычный капитул, вроде суда чести, собирался раз в неделю «повсюду, где бы ни находились вместе четверо или более братьев», чтобы осуждать ошибки и решать вопросы каждодневного управления имуществом командорства. Генеральный капитул состоял из всей братии монастыря, великих бальи (высших судебных чинов) и командоров всех рангов. На генеральном капитуле обсуждали администрацию ордена, назначение должностных лиц. Это была и апелляционная курия для судебных дел, возвращенных обычными капитулами. Генеральный капитул одобрял решения, принятые советом магистра, своего рода тайным советом, где заседали великие бальи и избранные рыцари, принимавшие решения, касавшиеся внешней политики Дома. Также, по крайней мере раз в год, проводились генеральные капитулы провинций.
«Свод», или иерархически выстроенные статуты, как представляется, восходит к магистерству Бертрана де Бланфора. По времени они предшествуют потере Иерусалима в 1187 г., ибо содержат детали обязанностей командора города, паломничеств к Иордану, порядок распределения добычи, захваченной по ту сторону реки, и привилегий выделять охрану для Животворящего Креста Господня, реликвии ордена Храма, утраченной в битве при Хаттине в июле 1187 г. Поскольку маловероятно, чтобы подобный важный документ был составлен в смутное время, — после смерти Амальрика I в 1174 г., - его можно, по крайней мере предварительно, отнести к эпохе, когда орден Храма возглавлял Бертран де Бланфор.
«Свод» написан по-французски и заслуживает внимания из-за содержащихся в нем восхитительных подробностей нравов и военных обычаев тех времен, равно как и обычаев ордена Храма.
Магистр имеет право на четырех верховых животных — лошадей или мулов, кроме того, — одного туркомана или декстрария,{32} т. е. отборного боевого коня. Его сопровождают один брат-капеллан и один писец с двумя оседланными лошадьми и одним вьючным животным для перевозки вещей и походного алтаря, перед которым служат мессу. Слуга из благородных (оруженосец) на коне несет щит и копье магистра.
И когда последний прослужит ему некоторое время, он (магистр) сможет сделать его братом-рыцарем, но пусть он этого не делает слишком часто.
В число личных слуг магистра входят: кузнец, знающий арабский язык писец, повар, два мальчика на побегушках, один сержант с двумя верховыми лошадьми, один туркопол, или всадник из местных жителей, выполняющий обязанности гонца.[209]
Магистр должен иметь двух братьев-рыцарей в качестве компаньонов, которые должны быть столь достойными мужами, что не могли бы быть исключены из какого-либо совета, в котором будет пять или шесть братьев.
Все вместе они являются близкими советниками магистра и контролерами его публичных или частных действий.
Как и Людовик Святой, тамплиеры больше ценили мужа благоразумного, нежели отважного. В их рядах проявление храбрости было необходимо, но устав предназначает похвалы рыцарям мудрым и доброй жизни.
Компаньоны магистра получают «ту же меру ячменя (для своих лошадей), что и магистр <…> и когда идет война, и братья совершают переходы, то довольствие должно быть общим и не должно возрасти или уменьшиться иначе, как по решению капитула. И то же самое касается масла и вина».
В начале «Свода» обнаруживается — даже в том, что касается магистра — постоянная забота о равном дележе, исключении всякого расточительства, не скупясь, однако, ни на питании рыцарей и гонцов, ни на корме вьючных животных, столь необходимых для службы в ордене Храма.
Далее составитель «Свода» рассматривает навыки доброго управления имуществом Дома и то, как упорядочить расходы, продолжая жить на широкую ногу, с рыцарской заботой об учтивости и щедрости.
Магистр может одалживать богатства Дома до тысячи золотых монет с согласия части достойных мужей Дома. И если магистр захочет одолжить большие богатства, он должен это сделать по совету большей части достойных мужей. Магистр может дать сто золотых монет или коня достойному мужу, другу Дома, а также может подарить золотой или серебряный кубок, или разноцветную одежду, или другие красивые драгоценности стоимостью по меньшей мере в сто золотых монет, к пользе Дома <…> Он может дарить всякое вооружение, за исключением меча, железного наконечника копья или боевого кинжала — их дарить нельзя.
Тамплиерам нравится делать подарки, об этом будет говориться и в дальнейшем. Стоимость даров должна быть пропорциональна рангу дарителя, начиная с красивых драгоценностей до мелких вещей, которые братья имеют право дарить друг другу: маленький английский нож, фонарь или что-нибудь, сделанное ими самими, что ничего не стоило Дому. Говорят даже о собаках и кошках, которых могут подарить знакомым вне ордена Храма.
Личная власть магистра в отношении внешней орденской политики ограничена, как и личная власть других высших администраторов ордена — великих бальи.
Магистр не может ни уступить землю, ни отчуждать ее, ни взять на себя содержание замка какой-либо области, кроме как по совету со своим капитулом. (Он не должен также) ни начинать войну, ни заключать перемирие ни на земле, ни в замке, служащем резиденцией орденской сеньории, без согласия монастыря. Но если бы оказалось, что перемирие нарушено, магистр может его продлить по совету братьев, находящихся в этой стране.
Магистр не может поставить командоров во главе королевств, по крайней мере, пускай он это делает по совету капитула. А что касается прочих командоров земель и других бальи, то ввиду нехватки земель назначение их, согласно мнению капитула или без оного, остается на усмотрение магистра <…>
Когда магистр отлучается из Иерусалимского королевства, он оставляет заместителем командора Святой Земли или кого-либо иного.
Но тот, кто пребывает на его месте, не получает никакой власти, кроме как созывать совет, если что-то случается во время отсутствия магистра, и собирать капитул, и раздавать доспехи <…>
