И не ошибся же, в общем-то… А не потому, что сам слишком совестливый и правильный, верящий в какие-то недобитые идеалы, над чем в той же Алине потешался.
Осознание, которое только усилило раздражение, кстати. Да и соседка его продолжала полыхать, пусть и молчала пока. Фиг знает, может, опасалась его от такой дороги в темноте отрывать, жить хотела.
— И где это мы? — Алина нарушила молчание только тогда, когда они в незнакомый двор, да еще и сразу в гараж заехали.
Автоматические ворота, вероятно, открывались с пульта, который у Дреда в машине имелся.
Вообще, несмотря на злость, душившую ее последний час с небольшим, не могла не признать, что до жути предусмотрительный он мужик. Сразу видно: на случай не надеялся и заранее готовился ко всему, даже вот к такому… Она бы не удивилась, обнаружив тут еще каски и пистолет для сигнальных ракет, да и запас каких-то продуктов на месяц, скажем. Дред точно понимал в планировании и подготовке перевалочных пунктов для того, чтоб залечь на дно.
— Там, где можно пересидеть и заняться поисками самостоятельно, — если бы речь шла о ком-то другом, сказала бы, что мужчина буркнул в ответ.
Касательно Дреда такое слово употребить не выходило, да и ответил он с невозмутимой миной вроде, но Алина физически улавливала, что под этой коркой у него внутри бурлит и кипит просто.
Похоже, оба дошли до своего предела. У нее тонкие волоски на коже дыбом стояли от того раздражения, что сосед излучал. Слишком ситуация напряженная, а он еще и нормально отвечать на вопросы не хочет, протащил ее по городу в ночь и темноту черт знает куда… Устала так, что и про голод не вспоминала, голова раскалываться начала… Так что Алину тоже подкидывало по полному праву!
И, быть может, именно потому, она решилась на то, что в обычном состоянии точно не вычудила бы!
— Так, мы здесь вдвоем! — сердито подчеркнула очевидное. — И нам, черт тебя побери, надо научиться вза-и-мо-действовать! — натурально вспылила, по частям выделяя. Абсурдно и нелогично, опасно даже… Но здравый смысл сейчас ушел в астрал, видимо. — Я устала от твоих недомолвок и наездов, от постоянных намеков и подколов. Есть, что говорить — говори, елки-палки! А нечего — так не делай вид, что знаешь все недоступные мне тайны мироздания! И, будь добр, прекрати играть в молчанку! — она уже просто сорвалась, банально кричать начала.
Истерика набирала обороты, телепало внутри.
И даже предостерегающий блеск яростного огня, вспыхнувший в светло-ледяных глазах, не мог сбавить обороты.
— Если я спрашиваю, где мы, я хочу узнать нормальный ответ! Можно с координатами! А если уточняю, кто звонил, то хочу услышать имя и пояснение! Ясно тебе?! Ты что, никогда не работал в команде, Дред?! Для тебя это что, сложно?!
Наверное, не стоило вот так… прямо. И тем более не следовало кричать на такого человека. Но иногда ситуация добивает всякую выдержку. И не у одной Алины, кажется, сорвало клапан…
— Взаимодействовать, говоришь?! — рявкнул вдруг Дред, нависнув над ней впритык. И когда успел машину обойти только, зажав ее между авто и стеной гаража? Места тут точно не хватало. — Ну давай учиться взаимодействовать, напарник, мля! — схватив ее за плечи, мужчина, казалось, боролся с искренним желанием Алину встряхнуть, чтоб мозги на место вставить.
А потом вдруг резко наклонился и… алчно, сильно, яростно впился в ее искривлённые гневом губы!..
Глава 18
Это было каким-то гребаным сумасшествием! Вспышка, уничтожившая остатки трепыхающегося разума вкупе с логикой. Дмитрий будто на полном ходу врезался в ограждение автострады и, пробив то, вылетел к черту!.. И только тут осознал: то был «мост» над обрывом… Долбаный трамплин с ускорением для его и так неадекватного сознания!..
Попали оба капитально. И даже он еще дна у этой пропасти не видит… Хотя, какое дно, твою налево?! Только же твердь под ногами обрушилась с грохотом…
И все, на хрен! Свободное падение!
Миг, в котором завис перед тем, как рухнуть в эту треклятую «пропасть» и разбиться в месиво из здравого смысла и дикой нужды покорить, сделать эту девчонку своей с какого-то ляда!.. А она же точно еще не просекла, как глобально влипла. Да и он не то чтобы все варианты в секунду просчитал, что капец, как плохо. Сорвался.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Точка невозврата, в которой перестаешь даже свое дыхание и мысли контролировать! Полный аут…
Черт знает, почему именно сейчас все ограничения смело?! Что в ее претензиях было такого, что подорвало выдержку Дмитрия до основ? Ничего особого же.
Однако, видимо, накопилось за эти месяцы его подвешенного статуса столько напряга в голове, что, замешавшись на непонятной и пока не разобранной на атомы тяге к Алине, на фиг снесло осевые столбы! Плохо.
К пункту управления его мозгом теперь дорвалась иная сторона… Та, которую так управление ценило: примитивное и дикое, изначальное нечто, что цивилизации не под силу оказалось из его генов вытравить; то, благодаря чему Дмитрий так идеально в роль вживался, становясь Дредом и исполняя самые сложные и морально спорные задачи, вопреки здравому смыслу. Нет, не считал себя сверхчеловеком или монстром каким-то, просто реально оценивал свою базу и сильные стороны. И эти самые основные инстинкты в нем явно бурлили интенсивней, чем в той же команде прикрытия, которой часто и на зачистку ничего не оставлял, самостоятельно выполняя всю работу…
Не то чтобы ребята очень злились из-за этого.
Открыто признавали — с Дмитрием не равняются даже. И их счастье, что он в свое время выбрал сторону закона, а не на иной бок этой границы перешел. Потому как против его ледяной безбашенности, инстинктов и умений, натренированных и закаленных годами упорной работы над собой самим и в самых лучших подразделениях, мало кто мог выстоять. Пусть и отрядом.
Да и он себя куда больше одиночкой ощущал, чем частью команды.
Собственно, Дима и доверять Алине, ее версии истории нападения на участок стал именно благодаря этим своим инстинктам: как ни бесился бы Женька и то самое управление, а не ошибались его чуйка и интуиция. Иначе на хрена были все его тренировки и попадания по жизни?! Вот Дмитрий и уловил, что девчонка не врет, и к нападению не имеет никакого отношения.
Однако же сейчас его это и в сто двадцать пятую очередь не интересовало! Он о том, что вокруг происходит, почти забыл! Как и про то, что имел нормальные такие планы с ее помощью себе новые козыри в раскладе вытащить…
Просто конкретно прессануло так, будто в жизни еще не обладал женщиной, подрывая череп давлением, а пах взрывая нуждой. Снова-таки, возвращаясь к инстинктам… И надо вот эту, конкретную, орущую на него, под себя подмять и своей сделать.
Новый фетиш обнаружился, бл*? Или это от того, что пока ни одной бабе и в голову не приходило на него голос поднимать? Зацепило новыми извращенными ощущениями, Дима?!
Какая-то непривычно горячая, иссушающая потребность: ее в свои руки заграбастать. Придавить своим телом, хоть и на этом капоте распластав. Снять все вопросы однозначно, чтоб больше вообще никаких разногласий и прений, лишь четкое понимание — он здесь главный — у нее в голове и теле выжечь. По мышцам и венам пустить, как наркоту, подчиняющую волю Алины…
Одна только до беса насущная проблема: самому как в этом не захлебнуться?! А ответа нет…
Потому как стоило на ее губы накинуться — и он сам весь полыхнул пожарищем, ощущая, как кости моментом превращаются в уголь.
Выгребет? Появились сомнения… Но и не до них сейчас.
Буквально пожирал ее рот, языком сходу между возмущенными губами ввинтившись. Прижал ее к себе так, что тиски держат слабее, распластал по себе! И… блин, реально не ощутив сопротивления, кстати, только логический ступор, в чем-то на его собственный подходящий, надавил на плечи, заставляя ее откинуться назад…
А дальше какой-то бешеный, безумный туман! Заволокло глаза, голову, грудную клетку… И Алину, по ходу, также капитально в оборот взяло, потому что девчонка вдруг на него с неменьшей яростностью накинулась, но не отбиваясь, а кусая, притягивая губы Димы!
