Он явно не намеревался ограничиться полумерами. Это был настоящий поцелуй, or которого восемнадцатилетняя, влюбленная девушка могла бы прямо-таки лишиться чувств. Но Кине это уже не грозило. Кроме того, у нее теперь был Николас. Джеймс, конечно, был опытен и с толком использовал этот опыт. Но Кина вопреки его ожиданиям не воспылала ответной страстью. Уязвленный такой холодностью, Джеймс забылся и впился в ее губы уже не страстно, а просто грубо, и Кина была вынуждена оттолкнуть его.
Джеймс отстранился, тяжело дыша. Он был на грани срыва. Вцепившись Кине в плечи, он спросил с яростью: — Значит, ты не намерена уступить ни на дюйм?
— А ты рассчитывал, что я упаду в обморок от счастья? — сердито поинтересовалась Кина. — Мне уже давно не восемнадцать.
— О Боже, я знаю, — пробормотал Джеймс, переводя взгляд на ее высокую пышную грудь. — Я всегда хотел тебя, даже девять лет назад.
— Хотел, это верно, — согласилась Кина. — Но одно только желание, без более глубоких чувств, придающих ему смысл, — это пустышка.
Джеймс слегка ослабил хватку.
— Я не очень-то разбираюсь в глубоких чувствах, — негромко произнес он. — Я люблю женщин. Люблю разнообразие. А чувства меня не интересуют. Ничуть.
— Меня тоже, — сказала Кина, и это, казалось, вывело Джеймса из себя, словно он до сих пор надеялся получить любовь, не желая отдавать за нее ни капли.
— Возможно, ты еще передумаешь, — прошептал он и снова наклонился к ней. — Давай попробуем еще раз.
Кина позволила ему поцеловать себя, но сокрушительная страсть, некогда владевшая ею, сейчас напоминала о себе лишь едва заметной дрожью воспоминания, пробежавшей по ее телу и исчезнувшей спустя мгновение. Это неожиданно рассердило Кину, и она прижалась к Джеймсу крепче, пытаясь вернуть былые волнующие ощущения. Джеймс пылко сжал ее в объятиях, но сумел пробудить в Кине лишь горечь невозвратимой утраты.
Наконец Джеймс оторвался от нее. В глазах его плясали огоньки.
— Недурно, — пробормотал он. — Надо будет продолжить.
Кина решила пока что не разрушать его иллюзий и улыбнулась, чуть пожав плечами. Это могло означать все что угодно.
— Мне пора домой, — сказала она.
— Ужинаем завтра вместе, как договорились? — спросил Джеймс, и на какое-то мгновение в его голосе действительно послышалось что-то новое. — Как жаль, что приходится сегодня ехать на эту встречу в Атланту!
— Завтра наступит скоро, — утешила его Кина. Она хотела, чтобы он несколько дней помучился, строя планы, чтобы его надежды расцвели пышным цветом, и тогда... Однако Кина начала понимать, что под маской, которую носит Джеймс, скрывается человек, а не бесчувственный автомат, и ей стало любопытно узнать, что же это за человек. Хотя Нику это вряд ли понравится. Кина подумала об этом еще до того, как помахала Джеймсу рукой на прощание и повернула лошадь обратно к дому.
В последнее время в ее жизни появилось столько проблем! Кина вздохнула. Николас внезапно оказался раздражительным и мрачным тираном, а Джеймс стал превращаться в весьма симпатичного человека...
Николас был для Кины загадкой. Раньше он никогда особенно ею не интересовался, не считая того, что помогал ей реализовывать свои таланты и оберегал ее от всевозможных опасностей. Но в том, что касается Джеймса, он почему-то повел себя крайне неблагоразумно. Чего он добивается? Во всяком случае, не ее тела, смущенно подумала она... иначе он не отказался бы от ее весьма недвусмысленного предложения вчера вечером. Его отказ уязвил Кину сильнее, чем ей показалось вначале. Возможно, она действительно волновала его как женщина, но не до такой степени, чтобы он потерял голову. Ведь у него не было никаких особых причин сдерживаться, тем более что Кина сама сделала шаг навстречу. Какую игру он ведет? Может быть, он всего лишь пытается защитить ее от Джеймса? К тому моменту, когда Кина добралась до дома, она успела от души пожалеть, что вообще приехала в Джорджию. О, если бы отец был жив! Он бы выслушал ее и дал хороший совет. Кине сейчас отчаянно его не хватало. С другой стороны, ссоры с Николасом помогли ей, по крайней мере на время, забыть о своем горе. Трудно грустить, когда тебя то и дело вынуждают кипеть от злости!
Войдя в дом, Кина обнаружила, что Николас меряет шагами холл. Заметив ее, он резко повернулся.
— А, вот и ты, — проворчал он. — Ну входи.
Кина высокомерно вздернула подбородок и гневно уставилась в его широкую спину, удаляющуюся в сторону кабинета.
— Николас...
— У нас мало времени, — бросил он, оборачиваясь. Лицо его было таким мрачным, что Кина невольно кинулась в кабинет следом за ним.
— Что случилось? — спросила она.
Николас засунул руки в карманы. Он стоял спиной к окну, и в массивной тени, которую он отбрасывал, Кине почудилось что-то зловещее.
— Это не так-то легко объяснить, — тихо проговорил он. — Видишь ли, Кина, в твоем офисе случился пожар. Почти все, что ты сделала для осеннего сезона, погибло.
Глава 5
Кина оцепенела. Она тупо уставилась на Николаса и переспросила:
— Пожар?
— Вот именно. Не хочешь присесть?
Кина покачала головой. Взгляд ее испуганно заметался.
— Но я еще не успела выполнить заказы! — воскликнула она. — Швеи еще работают над последними фасонами летнего сезона, а для осенне-зимнего мы только что получили ткань и уже подготовили образцы для мелких магазинов!
— Не паникуй! — прикрикнул на нее Николас. — Главное — успокойся. Сколько времени понадобится, чтобы восстановить модели весенней коллекций?
Кину начала бить дрожь. Она сделала неуверенный жест:
— Я... я точно не знаю... Там были... ну, кое-какие новшества.
Николас подошел к ней и усадил ее на диван. Опустившись перед ней на колени, он положил ее голову к себе на плечо и принялся ласково поглаживать.
— Я здесь, — тихо проговорил он. — Успокойся. Я с тобой. Тебе нечего бояться.
Горячие соленые слезы брызнули из ее крепко зажмуренных глаз и потекли к уголкам рта. Погибло столько трудов! Сколько из этих моделей ей удастся вспомнить и восстановить? Почему, ну почему она не перенесла альбом весенних мод к себе на квартиру? Почему она оставила его в офисе? И как быть с многочисленными заказами на осенний сезон, ткань для которых они только что приобрели? Погибло столько дорогого материала! А заказы мелких магазинов на лето, над которыми только-только успели завершить работу? Где они? Неужели тоже погибли?
Кина прижалась к Николасу, ища утешения.
— Почему? — простонала она. — Как это случи лось?
