Только главное, всё же, совсем не в этом. Оценивать своё отношение к проблеме занимательное, но абсолютно бесполезное занятие. Гораздо важнее найти из неё правильный выход. А такое возможно лишь при оптимистическом подходе к ситуации. Иначе результаты будут фатальными.
Купер не являлся сторонником психологических теорий, и взаимоотношения оптимистов с пессимистами его совсем не трогали. И всё же, от этих размышлений, на душе парня стало намного легче и, окончательно успокоившись, он принялся, с интересом, разглядывать неизвестное судно, мысленно оценивая до него расстояние.
Рифы, на которых завис плот, находились в метрах ста от берега. И хоть для Дэна эта дистанция была просто смешной, заходить в воду он, всё же, опасался. Воспоминания о назойливой акуле ещё беспокоили. Но реальная необходимость, подогревавшаяся огромным любопытством, оказалась сильнее, и парень, набравшись смелости, поплыл.
Подобравшись к брошенному плоту, Купер обнаружил, что одна из его секций повреждена. Борт был изрезан чем-то острым и рваные лоскуты материала беспомощно болтались на воде. Похоже, судну сильно досталось от рифов. Хорошо, что хоть это повреждение не помешало ему оставаться на плаву.
Отметив этот положительный аспект, парень ухватился за поручень и, с нетерпением, заглянул за полог.
Внутри плота было безжизненно тихо. Что случилось с экипажем оставалось загадкой, но, судя по оставленным тут вещам, команда в спешке покинула судно.
“Если корабль бесхозный, значит теперь он наш”, - оглядев трофей, с удовлетворением рассудил Дэн.
Но снять трофейный корабль с рифов оказалось не простой задачей. Тяжёлое плавсредство, напоминавшее большой шатёр, крепко сидело на подводных камнях и, после нескольких неудачных попыток его стащить, Куперу пришлось сменить стратегию.
Нырнув под плот, он нащупал, упиравшийся в резиновое дно, каменистый выступ, и, с силой оттолкнувшись от него, приподнял борт. Плот, наконец, соскочил с рифа и, словно наслаждаясь свободой, вальяжно развернулся, открыв взору другой бок.
Дэн оторопел. На борту резинового судна красовалась надпись DanСan. Это был тот самый плот, на котором уплыл рыжий Гарри.
Обалдевший от такой невероятной новости, Купер минуты две приходил в себя, тупо разглядывая буквы. Мысли путались, невнятно пытаясь выстроить логическую цепочку событий. Резко всплыли воспоминания о пережившей катастрофе: падение самолета, бегство куратора, многодневное дрейфование в открытом океане. И теперь эта ошеломляющая находка.
- Рыжего, всё-таки, спасли, - наконец, сложилось в голове.
Логическая цепь замкнулась, и, с трудом, переваривая происходящее, Дэн, медленно забрался на борт.
- Почему куратор сбежал, оставив погибать остальных? - не покидала горькая мысль. - Ведь в этом огромном шатре могло поместиться человек десять, не меньше. И спаслись бы все.
Предательство рыжего не поддавалось объяснению, но, внимательно оглядевшись вокруг, Купер всё понял.
По всему плоту были разбросаны обёртки и упаковки от съеденных продуктов из комплекта аварийного запаса. Толстяк, видимо, испугался, что еды на всех не хватит, и решил избавиться от конкурентов.
- Что ж, своя рубашка ближе к телу, - с досадой, подумал Дэн, представляя, как толстяка спасает вертолет.
Но, кроме мусора, оставленного Уинстоном, на борту нашлось и кое-что интересное. Тут валялась аптечка, нож со шнуровкой, вполне себе рабочий фонарь и целая бухта веревки. Здесь даже набор для ловли рыбы имелся, правда леска, почему-то, оказалась без крючков.
Всё это хозяйство, было вытряхнуто из аварийного НЗ, контейнер которого лежал ту же, рядом со спасательным жилетом толстяка.
Оглядывая брошенное имущество, Купер хмыкнул: - Неплохая добыча для команды.
Вдруг, среди всего этого клада, он заметил какую-то тряпку очень знакомой расцветки. Развернув её, Дэн призадумался. Тряпкой оказалась бразильская туника Уинстона.
- Своя рубашка ближе к телу, - неожиданно напомнила о себе недавняя мысль.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Стоп. Здесь что-то не сходится, - засомневался Купер, косясь то на тунику, то на спасательный жилет. - Такое чувство, что толстяк никуда не собирался. Жилет ещё можно было понять, но свою единственную рубашку он вряд ли бы бросил.
Пытаясь объяснить эту нелогичность, Дэн, вспомнил о повреждении плота. Осмотрев ещё раз разодранную секцию, он обратил внимание на одну особенность: порезы были ровные, словно от лезвия. Камни, даже самые острые, таких не оставляют.
И тут, рядом с повреждениями Купер разглядел какие-то странные бурые пятнышки.
- Что это, кровь что ли? - изумлённо произнёс Дэн, аккуратно подцепив ногтем одно из них.
Парня неприятно осенило: - Акула!
Это было похоже на правду. Судя по всему, рыжий действительно стал жертвой нападения хищника. Слишком явными казались признаки. Но в этом происшествии было и что-то, до боли, знакомое.
- Уж не та ли это акула, которая преследовала нас? - сопоставив факты, поразился Дэн. - Ведь, тогда становится понятным её необъяснимое поведение. И тот оборванный крючок на плавнике. Получается, Роллинз был прав - акула нас стерегла, дожидаясь, пока опять проголодается.
Парень поёжился, с беспокойством, поглядывая в воду. Вновь увидеть зловещий плавник совсем не хотелось.
А, за бортом царило спокойствие. Солнце, в компании с теплым ветерком, потешалось над водной гладью, игриво прикасаясь к её поверхности, и от этих прикосновений она, словно мурашками, покрывалось зыбкой рябью. Сквозь кристально чистую толщу отчетливо проглядывалось скалистое дно. Но ни акулы, ни любой другой, даже самой маленькой, рыбки поблизости не было. Вода казалась пустой безжизненной массой. Ничего живого.
Вспомнив о местной аномалии, Купер задумался. Его, вдруг, охватило какое-то нехорошее предчувствие, и он решил, не теряя времени, отправиться обратно в лагерь.
Плот рыжего куратора действительно был ошеломляющей находкой и Дэн, с гордым удовлетворением, представлял, как удивятся ребята, узнав об этой новости.
Только вот доставить плот до лагеря оказалось проблемой. Управлять одному таким большим судном было просто не реально. Единственным вариантом оставалось спрятать находку в бухте, и вернутся за ней позже, с подмогой.
С помощью веревки дотянуть плот до берега получилось на много быстрее и спустя какое-то время, резиновый борт коснулся прибрежных скал. Надёжно привязав судно за торчащие камни, Купер основательно экипировался и, прихватив с собой НЗ, вскарабкался на берег.
Время уже приближалось к вечеру. Солнце, принимая слегка желтоватый оттенок, медленно направлялось к горизонту, и, глядя на его остывающий диск, Дэн забеспокоился. Нужно было спешить, чтобы до темноты вернуться в лагерь. Иначе придется брести в потёмках через непредсказуемую скользкую чащу, кишащую всякими мерзкими тварями. Проводить ночь среди пауков Куперу очень не хотелось и, оглянувшись в сторону плота, запоминая его местонахождение, он спешно зашагал в лес.
Дорога домой всегда кажется короче, а с хорошим настроением она становится просто незаметной.
Ощущая эмоциональный подъем, Купер проворно пробирался через заросли, ловко орудуя трофейным ножом и лавируя между бесконечной сетью паутины. После утреннего утомительного похода, путь домой казался легкой туристической прогулкой. Дэн даже успел по дороге срезать пару экзотических фруктов, чтоб, как говорится, прийти к столу не с пустыми руками.
Парень был доволен собой: разведка острова прошла успешно. Необитаемый остров почти изучен, а разведчик возвращался обратно с ценными трофеями и потрясающими новостями.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Тропический лес уже не казался таким непроходимым и таинственным, и, чувствуя, что до лагеря осталось совсем немного, Купер, с уверенностью, преодолевал эту естественную полосу препятствий.
В конце концов, джунгли сдались и, сквозь расступающуюся растительность, показался долгожданный белоснежный пляж.
