Одним резким движением пальца он ослабил узел на галстуке и расстегнул воротничок рубашки. Глаза совсем почернели и мрачно горели под пушистыми ресницами. Ноздри раздулись от ярости, которой она никогда раньше не видела. Он был в гневе.
Прижав ее к полкам с папками, он потянулся, чтобы запереть дверь, потом швырнул портфель и оба плаща в ящик с надписью «использованные бумаги». Обеими руками пригладил свои мокрые, торчащие во все стороны волосы и потряс головой, как бы стараясь прогнать наваждение.
Боясь шевельнуться, Мелани откашлялась.
— О, Слоун. как ты себя чувствуешь?..
— Сними это… все сними. Раздевайся, — твердо приказал он, тяжело дыша.
— У тебя снова подскочила температура… Должно быть, из-за прогулки под дождем… Тебе лучше пойти домой, Слоун…
Мелани попятилась к двери. Слоун прищурился и пнул ногой ящик для использованных бумаг, тем самым преградив ей путь.
Вцепившись в свой портфель, Мелани задрожала. Ей никогда в жизни не приходилось быть жертвой не на шутку разъяренного мужчины. Когда Слоун приблизился к ней на шаг и снова приказал: «Раздевайся!», у нее душа ушла в пятки.
— И не подумаю, — сказала она. Слоун нагнулся и стал снимать с нее лодочки, как вдруг увидел внутри стельки, увеличивающие рост. Он положил стельки к себе в карман пиджака и уставился на ее грудь.
Холодная белозубая улыбка Слоуна, направленная на нее, напоминала ей оскал волка, схватившего добычу. Голодного волка, мысленно поправила себя Мелани.
С трудом проглотив слюну, она приподняла рукав и взглянула на часики.
— Мы опаздываем. Дэверо хочет, чтобы отчет на его столе…
— К черту Дэверо, — сдержанно сказал Слоун, отобрал у нее портфель и бросил его в корзину.
Напустив на себя храбрый вид, Мелани строго изрекла:
— Слоун, ты…
— Стесняешься, милая? — спросил он вкрадчиво, осторожно снимая с нее пиджак. — Ну, давай, помоги мне. — Он расстегнул блузку и вытащил ее из юбки. Просунув руки под материю, он обхватил Мелани за талию и скользнул пальцами по лифчику, норовя дотронуться до мягкой плоти ее груди. — Ты маленькая женщина, не так ли, М.С. Инганфорде? Маленькая, стройная блондинка…
При этих словах его большая рука с безошибочной точностью властно легла ей на грудь. Задохнувшись, Мелани подалась к нему, и взволнованное лицо Слоуна потемнело. Быстрым движением он сбросил с себя пиджак, снова притянул ее к своему упругому телу и начал ласкать окаменевшую Мелани. Дойдя до ягодиц, он стал нежно поглаживать их, словно хотел убедиться, все ли так, как он запечатлел навеки в своей памяти.
— Иди ко мне, — глухо пробормотал он, уткнувшись подбородком в ее макушку.
— Это тебе ничего не даст, Рейвентрол, — с трудом прохрипела Мелани.
— Это мы еще посмотрим, — резко выдохнул Слоун, медленно расстегивая кружевной лифчик. Наконец теплая, мягкая грудь уютно легла в его ладонь.
Тщетно хотела Мелани хоть немного отодвинуться: ее бедра тесно сплелись с его, а большая рука заскользила под юбкой вверх и вниз по поверхности кружевного пояса с резинками, поддерживающего чулки. Мелани оставалось только пожалеть, что уже нельзя повернуть время назад и надеть специально сшитое белье и колготки.
Дрожа всем телом, Стоун прошептал:
— Господи, ты такая мягкая, Мелани. Сама женственность, сама гибкость! Ты пахнешь как цветы, ты заставляешь мужчину хотеть…
— Слоун! Ты нездоров. В твоем состоянии…
— К чертям мое состояние! — Он стал жадно целовать ее, не желая больше ждать ни минуты.
В крепких объятиях Слоуна тело Мелани горело, сердце билось с бешеной скоростью, а он тем временем покрывал поцелуями ее шею и родимое пятно в форме клубнички.
— Господи, Мел, что ты со мной делаешь… — прошептал он, покусывая мочку изящного ушка. — На свете нет такой вкусной женщины, как ты… И никогда не будет, — уверенно добавил он. — Только с тобой мне хорошо, с тобой одной.
Легко приподняв ее, он уткнулся пылающим лицом в ее грудь так, будто наконец обрел все, что хотел… будто хотел навсегда напиться ароматом любимого тела.
Сопротивляться, отталкивать его было бесполезно, да и зачем? Для Мелани ход времени остановился. Забыв обо всем на свете, она стала дрожащими пальцами ласкать его затылок.
— Обними меня, Мел, обними крепче, — пробормотал Слоун, отчаянно осыпая ее грудь поцелуями.
Мелани вся съежилась, когда он зубами начал теребить ее сосок.
— Слоун… — тихо простонала она, охваченная огнем страстного желания.
Слоун. Ее суженый. Ее кровь и плоть, ее сердце, ее вторая половина. Мелани отбросила предосторожность и полетела навстречу наслаждению, которое он предлагал страстными поцелуями.
И вот настал миг блаженства — раскалываясь и возникая заново, на Мелани нахлынули видения — сверкающие бриллианты и огненное пламя, загорелая грудь Слоуна и расплавленная сталь его губ.
Мелани хотела трогать его, доставлять ему удовольствие — ее ладони скользнули вниз по его мускулистой спине, затем спустились к ягодицам, легкими движениями пробуя их упругость. Она целиком растворилась в нем, черпая в его огромной, безграничной любви поддержку и защиту.
Через некоторое время — или прошла целая вечность? — Слоун совсем немного отодвинулся, покрывая поцелуями взмокший лоб. Улыбаясь, он провел рукой по ее спине. Было видно, что он едва сдерживается, несмотря на неопровержимое свидетельство его страсти.
— Ты создана для меня, Инганфорде, — прошептал он, обнюхивая ее веки, нос, облизывая вспухшие, мягкие губы. — Это просто вопрос времени. Тебе уже никуда от меня не деться.
С этими словами Слоун снова прижал ее к себе так, что стало трудно дышать. Каждой клеточкой своего тела Мелани чувствовала, как сильно он ее хочет.
Стараясь вернуться к реальности, она медленно прижалась щекой к голому плечу Слоуна и искоса посмотрела на него. Галстук развязан, верхняя пуговица на рубашке оторвана, вторая болтается на нитке, волосы в беспорядке, зато на лице сияет довольная улыбка.
— Так будет, когда настанет время нашего полного слияния, любимая, — прошептал он глубоким, проникновенным голосом. — А потом будет еще лучше, я в этом уверен.
Кончики ее пальцев, лежащих на широких плечах, задрожали, но Мелани усилием воли удалось унять дрожь. Она откашлялась, лихорадочно собираясь с мыслями, но в голове вертелся только один неразрешимый вопрос: где найти силы, чтобы заставить себя оторваться от Рейвентрола?
— Что же нам теперь делать, Слоун? — в растерянности спросила она.
— Ничего особенного, просто надо покончить со всем, что нам мешает, любовь моя, — все так же улыбаясь, ответил он и легонько шлепнул ее пониже спины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
