— Да, — ответил я. — Авиадвигатели. Снеттертон сообщил мне об этом.
— А он сообщил вам, что другое судно Деллимера в течение четырех суток терлось возле «Мэри Диар» в дельте реки Рангун? Так вот, этих моторов уже нет. И за них получено наличными.
Прямолинейность такого обвинения меня потрясла.
— Откуда у вас эта уверенность? — спросил я его.
Он посмотрел на меня несколько нерешительно.
— Хорошо. Я скажу вам. Потому что Деллимер предложил мне пять тысяч фунтов за то, чтобы я пустил «Мэри» ко дну. Оплата пятифунтовиками.
Тишина в салоне стояла такая, что слышно было даже легкое пошлепывание воды под днищем яхты.
— Деллимер? Это вы серьезно? — спросил потом я.
— Да, Деллимер. — В его голосе звучали и злость и горечь одновременно. — Это случилось сразу после смерти Таггарда. Деллимер был тогда в отчаянии. Ему нужно было выкрутиться. На беду подвернулся я. Он знал мое прошлое. Вот он и решил купить меня.
Петч откинулся на спинку кресла и закурил сигарету, руки его дрожали.
Я налил ему еще рому.
— И все же я не понимаю, почему вы решили скрыть местонахождение «Мэри Диар»? Почему вы не рассказали властям?
Он повернулся в мою сторону.
— Потому что, если бы Гандерсен узнал, где судно, он отправился бы туда и уничтожил его.
Все это чепуха! Судно водоизмещением в шесть тысяч тонн так просто уничтожить невозможно. И я сказал об этом. Я посоветовал ему обратиться к властям, потребовать обследования судна — и дело с концом. Но он покачал головой.
— Я должен сам побывать на судне — с кем-нибудь вроде вас, кому я доверяю.
— Значит, вы не уверены в том, о чем рассказали мне сейчас, — насчет груза?
Сначала он ничего не ответил, молча сидел, склонившись над стаканом, и сосредоточенно курил. В тишине каюты я почти физически ощущал, до какой степени напряжены его нервы.
— Я прошу вас доставить меня на судно, — произнес он наконец. — Когда ваша яхта будет готова к плаванию?
— Не раньше конца месяца, — ответил Майк, и в его словах прозвучало для меня предостережение, что он не хотел ввязываться в эту авантюру.
— Хорошо. Пусть будет конец месяца. К тому времени я зайду.
— Вы прекрасно знаете, что я не могу принять ваше предложение, — возразил я. Майк кивком подтвердил мое решение. — Я считаю, что вам следует предоставить это дело властям.
— Нет. Я не могу этого сделать.
— Почему? — спросил я.
— Потому что не могу. — Он снова весь напрягся. — Потому, что я против компании. У меня запятнанное прошлое, и они обернут все это… Я уже однажды испытал это на себе. — В морщинах на его лбу выступили капельки пота. — А потом Хиггинс и команда. Все против меня. Ну как вы не понимаете, что мне самому надо побывать на судне?
— Нет, не понимаю, — ответил я. — Если вы отвергли Деллимера, вам не о чем беспокоиться. Почему вы скрываете, что судно на Минки? — Он не ответил на мой вопрос, и тогда я продолжил: — Что вам нужно на судне? Какой дьявол там запрятан, что вы так рветесь заполучить его?
— Ничего там нет. Ничего! — его голос дрожал.
— Нет есть! — сказал я. — Там есть что-то, что влечет вас вопреки…
— Нет там ничего! — закричал он на меня.
— Тогда почему вы не сообщите властям?! Чего вы боитесь?
Его кулак обрушился на крышку стола.
— Прекратите! Вопросы… вопросы… одни вопросы! Я сыт ими по горло, слышите?! — Он резко вскочил с кресла и стоял, пристально глядя на нас. Его всего трясло.
Я видел, что он был уже на грани того, чтобы открыться. Я видел, что он хотел что-то сказать. Но вместо этого он взял себя в руки.
— Значит, вы не возьмете меня с собой? — В его голосе звучало смирение.
— Нет, — сказал я.
Теперь, видимо смирившись с неудачей, он весь обмяк и стоял, уставившись на стол. Я снова усадил его и налил еще рому. Он остался поужинать с нами. Он успокоился, но говорил уже неохотно. Из него мне больше ничего не удалось выудить. Уходя, он оставил мне свой адрес. Оказалось, он снял комнату в Лондоне. Петч обещал зайти в конце месяца в надежде, что, может быть, мы изменим свое решение. Я видел, как он пересек двор верфи и медленно зашагал прочь сквозь вечерний мрак вдоль вынутых из воды лодок.
— Несчастный, — бросил мне вслед Майк, когда я тоже вышел на улицу. — Ты думаешь, Деллимер действительно предложил ему пять тысяч за преднамеренную гибель судна?
— Кто знает. — Я не знал, что и думать.
«Морская ведьма» была готова к плаванию даже раньше, чем мы предполагали. Во вторник 27 апреля мы вышли в первый рейс. Пройдя на моторе до Солента, мы свернули затем на запад и пошли под всеми парусами, наполняемыми легким северным ветерком. Хотя все эти дни я не видел Петча, но я не мог не думать о том, что именно этот ветерок нес нашу яхту к тому самому злополучному месту архипелага Минки. Сутки плавания — и мы достигли бы Минки, ибо трудно было ожидать лучшего прогноза: континентальная погода с зоной высокого давления над Азорскими островами. С нами снова был старый друг Майка аквалангист Айан Бэрд, и втроем мы сумели бы не только обследовать трюмы «Мэри Диар», исследовать груз, но и успели бы вернуться к началу расследования. Но из-за охватившего меня непонятного чувства страха я изменил курс на Уорбэрроу Бей.
По иронии судьбы, все четыре дня условия для подводных работ были идеальными. За четыре дня мы обнаружили и отметили буями место затонувшей баржи, прорезали вход в машинное отделение, и расчистили пространство для подъема главного двигателя…
За тот же срок, если бы у меня хватило решимости, мы обследовали бы все трюмы «Мэри Диар». И эта мысль не давала мне покоя.
Глава II
Было уже почти одиннадцать, когда я наконец добрался до здания суда. Я опоздал, и коридор, ведущий в зал заседаний, был пуст. Я предъявил повестку, и служащий повел меня в зал. Когда мы подошли к маленькой двери, она открылась, и из нее вышел Снеттертон.
— А, мистер Сэндс! — воскликнул он, увидев меня. — Пришли посмотреть на представление?
— Меня вызвали в качестве свидетеля, — ответил я.
— Да, да, конечно. Очень жаль отрывать вас от дела. Я слышал, вы начали спасательные работы в Уорбэрроу Бей. — Он замолчал на мгновение, затем сказал: — Мы серьезно считаем вас причастным к происшествию с «Мэри Диар». Это интересный случай, в высшей степени интересный… — И он заспешил по коридору.
Сопровождавший меня служащий открыл дверь зала. Слегка ошеломленный, я остановился. Народу пришло больше, чем можно было ожидать. Помещение было переполнено, только на галерее для зрителей пустовало несколько кресел. Свидетели сидели на местах, обычно занимаемых присяжными. Присяжных вызвали и сейчас, но нужды в них пока не было, и они растворились среди присутствующих. Петча я заметил сразу. Он сидел внизу, в самом центре. Он был бледен, но подтянут, как человек, сознающий ответственность происходящего и готовый встретить свою судьбу. Справа и чуть позади него — матросы его судна, сбившиеся вокруг возвышающейся глыбы Хиггинса. В своей новой городской одежде они чувствовали себя неуклюже и потому выглядели несколько экзотично. Фрэзер, капитан подобравшего нас пакетбота, тоже был здесь, а рядом с ним сидела Джанет Таггард. Она наградила меня мимолетной и какой-то болезненной улыбкой, и я подумал, какого черта им понадобилось тащить ее сюда, да еще в качестве свидетельницы.
