На горизонте чётко виднелись людские силуэты.
– Стражники, – пасмурно признал факт ястреб, вставая с пыльной дороги. – Пора уходить.
Птица взмыла в небо и стремительно набрала недосягаемую скорость, оставляя призрачный след за собой.
Глава №4: Рептилия.
Ожившее осязание донесло Михаилу о нахождении в холодной и сырой среде. Он не на шутку взволновался, боязно предположив, что вновь перенёсся в катакомбы, но затем расслабился, вспомнив о жаре, основном признаке сумрачного лабиринта. Здесь её мало того что не было, тут ангину подхватить проще некуда!
На веки Михаила опустился тёплый, солнечный свет, просочился сквозь них, сменив чёрный фон красным. Мальчик сделал вывод: он где-то на улице, отчего ему стало гораздо легче прежнего. Он хотя бы на свободе, а не в замкнутом пространстве.
Он распахнул глаза. Небо, маленькие тучки и кусочек утренней звезды, застенчиво выглядывающей из-за них. Но по краям картины много зелёного цвета… Михаил поднялся на ноги, и его спина ощутила колючий холод и щекотку скользящих по ней капель.
Это оказался глубокий и не слишком крутой, а потому широкий овраг, густо заросший высокой травой. Дно канавы походило на миниатюрное болотце, скрытое водной растительностью.
Странно… Голова мальчика не раскалывалась, нежели в предыдущем воскрешении, а наоборот была трезва как никогда. И ни грамма сонливости! Зрение, страдавшее ранее близорукостью, теперь уравновесилось так, что лучше и не вообразить. Мышцы не соглашались томиться в безделии, их переполняла титаническая сила, словно Михаила опоили допингом перед чемпионатом по тяжёлой атлетике.
Михаил предпринял попытку выбраться из оврага и, намереваясь разгрести плотную траву, вытянул вперёд руки. Но при их внешнем виде бедного Михаила чуть не сразил инфаркт. Ошеломлённый, он попятился назад и упал навзничь, словно отстраняясь от собственных рук, хотя человеческими руками это окрестить нельзя. Михаил лежал, погрузившись в воду наполовину, и глядел в небосвод, мысленно успокаивая взбешённые сердце и дыхание.
Миновало достаточно много времени, прежде чем он возмужал и опять посмотрел на свои… лапы. Как это ни печально, Михаил видел не мираж, а истину. Худые мальчишеские руки преобразовались в накаченные, мускулистые лапы со светло-зелёной чешуёй, отбрасывающей на свету блик полированного металла, а кое-где легонько проступали жилы. Туловище и ноги по аналогии были могучими контейнерами с физической силой, обтянутые красивой зелёной «этикеткой».
В голове кипятилось необъяснимое. Страх, разочарование, злоба, ещё что-нибудь… Целый коктейль эмоций! Способен ли он был испытывать всё сразу? Он не знал и не желал знать. Михаилу захотелось только одного – застрелиться. Его молодой мозг не привык укладывать в себе такие невероятные вещи и в таком их количестве. Паранормальные события сыпались градом без перебоя уже многие часы. Он будто стал героем видеоигры: выиграл уровень – прошёл на следующий, одолел и этот – пожалуйста, вот тебе другой. Михаил попробовал заплакать, чтобы сделалось легче, но излить слёзы не удавалось, как он ни моргал и ни нагонял на себя самое прескверное настроение. Но эти весьма нервные минуты изрядно истощили Михаила. Надеясь на обнявшую его усталость, он закрыл глаза и решил заснуть в прохладном бассейне.
Поспать не получилось, но Михаил всё же впал в дремоту, не теряя связную нить с восприятием окружающего. Короткое забытье полезно сказалось на рассудке, который более менее восстановил баланс.
Михаил поднялся. Страдание покинуло новоиспечённого монстра, это чувство так часто овладевало им, что попросту опротивело и даже вызывало тошноту, и потому он поскорее избавился от него ради своего же блага.
«Ладно, что есть, то есть. Всё равно ничего не изменишь, по крайней мере, если сидеть на месте и убиваться. Надо действовать,» – у Михаила точно груз с плеч свалился от посетивших его позитивных мыслей.
Ничего не оставалось, как продолжить изучение самого себя.
Угол обзора у монстра в результате мутации стал более развёрнутый, и Михаил краешком глаза уловил за спиной непонятный предмет. Загадка прояснилась, когда он повернул туда шею. Позади извивался длинный и толстый хвост! Михаил просто-напросто обалдел, так как не ждал стать обладателем этой несвойственной людям части тела. Но, к радости монстра, она поддавалась дрессировке без проблем, словно он родился вместе с ней.
Единственное, чего не осмотрел Михаил из-за отсутствия зеркала, это голова. Он обхватил её руками и заключил, что она сильно выступает вперёд.
Выйдя на середину ямы, он расшвырял мокрую и цепкую траву и, когда колыхание воды прекратилось, он столкнулся со своим клоном в отражении.
«То ли ящерица, то ли динозавр. А может и то, и другое. В общем, рептилия» – констатировал Михаил. На дне он отыскал также кристаллы, которые он украл из драконьего зала, и рваные лохмотья своей одежды. Сравнив их с собой, он изумлённо подумал:
«Да во мне под два метра ростом!»
Минут десять он пробыл в размышлениях.
«Где же я всё-таки нахожусь? В какой точке Земли?» – забредал в тупик ящер.
«Ты не на Земле, Михаил. Ты в другом мире и твой удел – остаться здесь,» – девичий голос Судьбы сопровождала жёсткость.
«Навсегда!?» – ужаснулась рептилия.
«Надолго. Даже очень надолго. Но не навсегда,» – внесла ясность собеседница. Утешающего в этом пророчестве было мало, но Михаилу и того оказалось достаточно. Он ведь только начинал путь и не мог вообразить всю его тернистость и гигантскую степень этого самого «надолго». И сейчас всё пока казалось ему вполне сносным.
«А вот это – твоя работа?» – и он глянул на чешуйчатые ладони.
«Не серчай на меня, Михаил. – Судьба прочитала злобу бывшего человека. – Ты мне ещё спасибо скажешь за мой подарок. Он тебе не раз жизнь спасёт. Да без него ты здесь и не приживёшься вовсе.»
Михаил был озадачен.
«Ну, и что мне делать дальше?» – потребовал наставлений Михаил.
«Борись за существование и будь осторожнее. До встречи!» – мило пропела она.
«Стой!» – как ни старался ящер звать в мыслях повелительницу, она не откликалась. Теперь он остался один.
«Ладно, в дорогу!» – он шумно выдохнул и принялся выбираться из оврага. Это предприятие обошлось ему в несколько секунд и в ноль затраченной энергии! Он подумал, что не так уж плохо быть рептилией.
Михаил увидел вокруг себя лес, и на ящера накатило какое-то доброе чувство. Он был удовлетворён местом своего расположения. «Во всяком случае, тут лучше, чем в зале, пускай и драгоценном,» – признал ящер. И он сообразил, чем именно лучше. Здесь не было ничего необычного и выходящего за рамки разумного. Лес как лес. Михаил частенько отправлялся в такой с отцом за грибами. Да и обстановка природы ближе лежала к его душе, он не любил и даже ненавидел пропахшие бензином и пылью города, а отдавал предпочтение сельской местности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
