Пару секунд она с изумлением взирала на призрак, стоявший в дверях ее комнаты, затем вскочила и сердито поинтересовалась:
— Ты что это вытворяешь? Тебе нельзя вставать.
Прислонившись к дверному косяку, Алистер с улыбкой смотрел, как она идет к нему.
— Почему ты не навестила меня?
Но она взяла его за здоровую руку и повела обратно.
— О чем только думает Патрик? — бормотала она по дороге. — Зачем он позволил тебе встать?
— Он думает, что я сплю. Но ты не ответила на мой вопрос, Изабо.
— Ты просил меня присмотреть за твоей рукой, Алистер Кемпбелл, и я это сделала, а сейчас тебе лучше.
— Мне лучше? Когда Патрик столь грубо со мной обращается? Его руки не такие нежные, как у тебя.
Изабо молчала. Он не слишком твердо держался на ногах, и она ввела его в комнату. Но он ухитрился захлопнуть дверь ногой, после чего прижал Изабо к закрытой двери и склонился над ней, опершись здоровой рукой о стену.
Его действия не слишком ее тревожили, поскольку она знала, что в своем теперешнем состоянии Алистер относительно безопасен.
— Ты спасла мне жизнь, Изабо Макферсон. Благодарю тебя.
— А я и не знала об этом. По-моему, ты сам ее спас.
Ты слишком упрям, чтобы умереть. — Он улыбнулся.
— Хорошо, ты спасла мою руку, и в этом нет сомнений.
Лицо Алистера было так близко, что она различила золотые искорки в черноте его глаз. Безобиден или нет, однако ей хотелось, чтобы он немного отодвинулся. Все-таки Алистер, стоящий на ногах и глядящий на нее сверху вниз, более опасное зрелище, чем Алистер, за которым она ухаживала последние несколько дней. Он слишком высокий, ей не нравилось, как он маячит перед ней, а еще больше не нравился бешеный стук ее сердца.
Перестав улыбаться, он так настойчиво смотрел на нее, что Изабо покраснела и отвернулась.
— Ты когда-нибудь позволяла мужчине целовать тебя?
— Не твое дело, — по возможности безразлично ответила Изабо.
— Правда? А я думаю, что мое, поскольку я собираюсь тебя поцеловать.
Он начал ласково поглаживать ее по щеке, затем очень медленно склонил голову и прижался губами к ее рту. Она издала какой-то невнятный звук, видимо, протестуя, но протестовала она не слишком настойчиво. Окрыленный, Алистер провел языком по ее губам и, раздвинув их, завладел нежной теплотой ее рта. Она почувствовала, как он покачнулся, и обняла его обеими руками, но он нащупал стену, прислонился к ней и с улыбкой посмотрел на Изабо.
— Видишь, что ты со мной сделала?
Она молчала, не в силах ответить ему, только опустила голову и закрыла глаза.
— Ты меня околдовала, — прошептал Алистер.
Околдовала его? Она могла бы поклясться, что как раз наоборот. Сначала она ненавидела его больше всего на свете, боялась его угрожающих слов и мощного тела, а сейчас держит его в объятиях, чувствует себя такой же околдованной… и предательницей тоже.
Вздохнув, Изабо опустила руки.
— Теперь ложись в кровать, пока не упал.
— Мне нравится твое предложение, если ты останешься со мной.
Изабо молча отвела его к кровати, он без возражений лег, но едва она попыталась уйти, схватил ее за руку.
— Посиди со мной, Изабо. — Она покачала головой. — Мне было нелегко привести тебя сюда, я не позволю, чтобы ты вот так взяла и ушла.
Ответить Изабо не успела, потому что дверь открылась, и в комнату вошел Айен. Мгновенно охватив взглядом сцену, — рука брата, сжимающая руку Изабо, румянец на ее лице, опущенные глаза, — он понял, что явился не вовремя, помешал им в минуту близости, и нахмурился.
Высвободив свою руку, Изабо нерешительно посмотрела на Айена.
— Он встал с постели, а ему пока рано… ты должен приглядывать за ним, ты и Патрик. Теперь я оставляю вас, — пробормотала она и пошла к двери.
— Только ненадолго, — сказал ей вслед Алистер, — иначе я опять приду за тобой.
Вернувшись к себе, Изабо упала на кровать в полном смятении. Она справилась с болью и страхом, она справилась с горем и скорбью, но такого сильного волнения никогда еще не испытывала. Он спросил, позволяла ли она мужчине целовать ее. Разумеется, хотя и не так, без этого интимного слияния губ, которое заставило ее на несколько кратких мгновений ощутить себя частью его.
Невольно она вспомнила тот ужасный день на берегу Лох-Эйла, когда на нее вдруг напал английский солдат.
Он прижимал ее к земле, хватал за грудь, задрал юбку, пока ей не удалось вытащить из сапога кинжал и прекратить все это. Но он не открывал ей рот своими губами, он вообще не пытался ее целовать.
Изабо перевернулась на живот и закрыла лицо руками, борясь с тошнотой, которая возникала у нее каждый раз при воспоминании о той схватке на берегу озера, о тяжести насильника, о смывании его крови ледяной водой.
Алистер тоже прижимался к ней всем телом, но при этом ласково обнимал ее, она инстинктивно чувствовала, что он будет осторожным, нежным любовником. О чем она думает? Он же Кемпбелл, ее враг. Не прошло и недели с тех пор, как он убивал ее соратников. Изабо подумала о Мэри Кемпбелл, о ее оскорбительной попытке шантажировать. Может, старая леди заверила внука, что она, Изабо, охотно примет его ласки и согласна обменять свое тело на свободу? Не потому ли он и целовал ее?
Глава 9
Когда к Алистеру вернулись силы, Изабо с возрастающей тревогой стала замечать, что он все время следит за ней, и поняла его намерения: он снова искал с нею встречи наедине и рано или поздно этого добьется.
Ее тревога оказалась вполне обоснованной. Хотя она всячески его избегала, но вскоре, когда она шла после ужина в свою комнату, Алистер подкараулил ее на лестнице.
Он был бледен, видимо, прыгал через две ступеньки, чтобы догнать ее. Не слишком умно для человека, который должен лечиться. Он попытался схватить ее за руку, однако Изабо увернулась и, поднимаясь по лестнице, старательно придерживала обеими руками свои юбки.
— Почему ты всегда так быстро исчезаешь после трапезы? — спросил он, не обращая внимания на ее реакцию. — Тебе не по душе наше общество, Изабо?
Она даже не повернула головы и продолжала идти по ступеням.
— Я устала и хочу отдохнуть.
— Ты устала не больше, чем все остальные, Изабо Макферсон.
— Откуда ты знаешь? — возразила она, посмотрев на него. — Откуда тебе знать, как я себя чувствую?
Алистер шел рядом, и она поспешно отвернулась.
— Мы ведь не съедим тебя, если ты немного побудешь с нами.
Изабо молчала, ей хотелось поскорее укрыться в относительной безопасности своей комнаты. Но когда они достигли верхней площадки, он преградил ей дорогу.
— Изабо, посмотри на меня. — Она упрямо глядела себе под ноги. — Изабо?
