А сегодня, что еще хуже, полчаса слушала его рассказ об их борьбе с Летбриджем. История, которая совершенно не доставляла ей удовольствия. Зато его братья должны благодарить ее за вмешательство в схватку, которая могла стоить ему жизни. Даже Айен выразил свою благодарность, и Алистер чуть не засмеялся, увидев изумление на лице Изабо.
Но он совсем не так собирался провести эту ночь, их брачную ночь. Он хотел остаться наедине с женой, наверху, в своей комнате. Но сначала нужно уладить одно важное дело.
— Ты закончила? — Изабо кивнула. — Тогда идем.
Пожелав спокойной ночи Патрику и братьям, Алистер повел ее в комнату бабушки.
Мэри Кемпбелл уже знала. Конечно, Дженни сообщила ей новости. Сразу после того, как попросила одежду. Макферсон в Данлосси. Совсем не то, чего она ждала. Во всяком случае, не от Алистера с его ненавистью к якобитам. Он хотел эту девушку, очень хотел, и кто бы стал его винить? Девушка красивая. Она даже сама поощряла его, надеясь, что Сьюзен оставит его в покое, уедет домой. Она так и поступила, узнав, что Алистер гоняется за девочкой по всей стране. Но женитьба? Брак?
Мэри Кемпбелл вздохнула и повернулась к открывшейся двери.
Когда они вошли, Алистер держал Изабо за руку и не отпустил, даже склонившись над креслом.
— Полагаю, вы уже знаете новости от Дженни, — улыбнулся Алистер и поцеловал бабушку в щеку. — И я могу не устраивать представление.
Мэри Кемпбелл посмотрела на Изабо. Выразительные серые глаза выдавали настороженность старой леди.
— Зачем ты отрезала свои волосы? — спросила она.
— Не по своей воле, — ответила Изабо, невольно поднимая руку к голове. — Он… в форте… Это сделал он.
Алистер сжал ей руку.
— С Изабо не слишком хорошо обращались в Форт-Огастесе, бабушка. Остриженные волосы — меньшее из зол.
Взгляд Мэри Кемпбелл смягчился.
— Ладно, прости меня. Это все Сьюзен. Я подозревала, она что-то замышляет, а узнала от нее самой на прошлой неделе.
— Сьюзен? Что вы имеете в виду?
— Она говорила с офицером, рассказала ему о твоей гостье… об Изабо, — поправилась старая леди.
— Сьюзен выдала Изабо капитану Херстону? — воскликнул Алистер. — Господи! Чтоб ноги ее тут не было!
Он в ярости бросил руку Изабо, подошел к камину, пытаясь овладеть собой, пнул ногой выпавшее сосновое полено. Но Мэри Кемпбелл смотрела на Изабо, — Подойди сюда, дитя. Подойди и сядь рядом.
Изабо придвинула низкую скамеечку, на которой сидела в последний раз, когда старая леди позвала ее к себе.
Она была потрясена. Неужели ревность Сьюзен оказалась настолько сильна, чтобы передать ее в руки тех людей? Неужели кто-то настолько ее презирал?
— Сьюзен Фэрфакс — дура. Сомневаюсь, чтобы она ведала, что творит.
Изабо слабо улыбнулась, благодарная Мэри Кемпбелл за эти слова.
— Да. Возможно, она думала, что они после краткой беседы о вреде мятежа проводят меня домой.
— Черта с два. — Алистер повернулся к ней. — Все она прекрасно знала. Наверное, ждала, что они тебя повесят, и была рада.
Но, увидев, какое действие произвели его слова на Изабо, он упал перед ней на колени.
— Прости, любовь моя, забудь ее, забудь все это! — Он поцеловал ей руки и повернулся к бабушке. — Уверен, вы нас извините, если вспомните, что это наша брачная ночь.
Мэри Кемпбелл улыбнулась. Ее тронуло, какими любящими глазами внук смотрел на эту девушку.
— Тогда поцелуйте меня и уходите. Оба, — прибавила она, заметив, что Изабо колеблется. — Надеюсь, твой. муж позволит тебе иногда приходить сюда и читать мне.
— Позволит, — улыбаясь, заверила ее Изабо. — Я позабочусь об этом.
Она повернулась к Алистеру.
— А теперь идем, — сказал он, беря ее за руку.
Она кивнула и, не оглянувшись, последовала за ним.
В комнате, отгороженные ото всех дубовой дверью, Изабо и Алистер смотрели друг на друга. Он думал, что она выглядит еще прекраснее при свете камина и свечей.
— Когда ты меня прогнала, — медленно сказал он, — мое будущее показалось мрачным и пустым. — Он подошел к ней, положил руки ей на плечи. — Я чуть не проклял день, когда встретил тебя. Словно ты вошла в мою жизнь, чтобы сказать: здесь все, чего ты хотел, Алистер Кемпбелл, но ты не можешь это иметь. Сладкая пытка.
Но сейчас ты моя. Даже не верится.
Она потерлась щекой о руку мужа.
— Ты должен был знать, что я не имела в виду, чтобы ты покинул меня. Тебе следовало поспорить со мной.
— Спорить с тобой? — засмеялся он.
— Да. Алистер, — вздохнула она, — ты в самом деле ушел бы от меня навсегда? Ушел бы?
— Нет. Я бы укротил свою гордость и вернулся. А если бы ты продолжала сопротивляться, я бы тебя похитил, запер в этой комнате и держал только для себя. Ты часть меня, Изабо.
Закрыв глаза, она прижалась к его груди и почувствовала биение его сердца и силу рук, обнимающих ее.
— И ты часть меня, — прошептала она. — Всегда.
— Всегда, — согласился он, прикоснувшись губами к ее волосам.
