— Нам надо выяснить, что хочет Меррав от моей семьи, — отец нарушил мои терзания. — Думаю, что бывший Наставник появился вновь не просто так…
— Не волнуйся, Дэн, я возьму это дело на себя. У меня есть кое-какие информаторы. Думаю, что через несколько дней мы все узнаем.
— Алехандро, главное, чтобы не было поздно, — обеспокоенно заметил папуля. — В опасности не только Лена, а и мои дети.
— Могу предложить себя в качестве охранника близнецов, — неожиданно выдал испанец. — Инфу все равно будут добывать другие…
— Нет! — хором взвыли мы с Ванькой. — Как он пойдет с нами в институт? Днем?
— Я прекрасно живу днем, — заметил Алехандро.
— Мило, но нам уже не по пять лет, чтобы с нами возились, — угрюмо заметил Ванька.
— И мы не такие крутые или звезды, чтобы ходить с охраной, — тихо ответила я и прибавила, рассуждая. — Думаю, что надо оставить все как есть. В наш институт поступил не только Славентий…
— Кто? — требовательно спросил Алехандро.
— Мигель. Мы познакомились с ним случайно. Именно его я тогда увидела в ночном клубе. Он напугал меня, — пролепетала я.
Лицо Алехандро помрачнело.
— Он тебе ничего не сделал?
— Нее-е-ет, — проблеяла я, испуганная неприкрытой яростью звучавшей в голосе вампира.
— Плохо дело! — выдал Алехандро.
— Почему? — изумился отец.
— В дело вступил сам Инквизитор.
— Мигель — инквизитор?! — фыркнула я. — Он больше похож на школьника.
— Внешность обманчива, Василек, — мягко ответил Алехандро. — Он живет с 1458 года. Мигель Лакостас — самое жестокое создание Лилит. Он входил в тайные рады Святой Инквизиции. Хуже всего, что я не смогу быть рядом с Васильком и Ваней, даже если буду дымкой. Мигель вычислит меня или это без труда сделает Святослав.
— Офигеть! — присвистнул Ванька.
— Выходит, что Лилит послала своего слугу разузнать что-то о нас или еще хуже — выполнить план Меррава раньше его самого, — тихо отозвался отец и еще больше помрачнел.
— А мы до сих пор не знаем, что им нужно, — прошептала мама и горестно опустила голову.
Я тоже была впечатлена, можно сказать раздавлена, и теперь испуганно сжалась в своем кресле.
— А тебе, сколько лет, Алехандро? — не унимался братец.
Похоже, его нисколько не пугала вся эта вампирская хрень. Я осуждающе посмотрела на Ваньку.
— Мне чуть больше чем Мигелю, — тихо ответил вампир, а его голос был печален.
— Да что вы заладили со своим возрастом, — возмутилась я. — Ванька уймись! Или я тебя успокою сама!
— Ой, какая умная! Между прочим! Эти вампы все к тебе липнут! — огрызнулся Иван.
— Все, мелкий, ты сам напросился! — заорала я и по своему обыкновению рванула к братцу.
Сегодня был явно не мой день. Я неудачно споткнулась об ковер и с визгом повалилась прямо на Алехандро. Сильные руки вовремя схватили меня и на секунду задержали в крепких объятиях.
— Спасибо, — прошептала я. — Ты меня опять спас.
— Никогда не устану это делать, — его мягкий голос обволакивал, а его губы были в опасной близости от моих губ.
Я моментально остыла. Даже пропало желание драться с братом. Боже, что я делаю! Веду себя как ребенок. Смутившись, я рывком вывернулась из рук вампира и, буркнув что-то невразумительное, убежала из гостиной. Что тут поделаешь… Идиотка…
XIV
На следующее утро я проснулась на удивление бодрой и выспавшейся. Никаких ночных кошмаров, страхов и уныния. Меня наконец-то посетило чувство умиротворения и покоя. Создалось ощущение, что все кусочки пазла встали на свои места, открывая мне настоящую картину окружающего мира. Сегодня суббота! А это значит, что никаких тебе занятий в институте и целых два дня свободы. В зеркале меня встретило свежее лицо, ясные глаза, уходившие в фиолетовый тон, и лохматая шевелюра. При одной только мысли об Алехандро мое сердце начинало учащенно биться. Все время, которое пробыла в душе, а затем одевалась в своей комнате, я ловила себя на том, что с моего лица не сползала дурацкая улыбка. Конечно, в нашем положении лыбиться до ушей было полным идиотизмом, только я ничего не могла с собой поделать. Странное ощущение счастья заполонило меня. Боже, что же ты сделал со мной, Алехандро?
Сперва я заглянула в спальню к брату. Ванька все еще мирно спал, свернувшись в клубок, а из-под одеяла выглядывали лишь голые пятки. Я не смогла удержаться от соблазна — пощекотала их и получила лишь только бурчание. Усилив свои старания, я все-таки разбудила брата. Ванька был зол, как черт, и за щекотку я получила чувствительный удар подушкой по голове. Затем братишка еще побухтел, развернулся ко мне спиной и крепко уснул. Будить братца еще раз мне не позволила совесть. Похихикав над Ванькой, я покинула его комнату и отправилась на кухню в поисках съестного.
Отец неторопливо поглощал бутерброды, что-что пристально изучал в своем ноутбке и пил кофе. Аромат натурального напитка, без всяких добавок, консервантов и прочей химии, которую теперь добавляют в пачки производители, был настолько аппетитным и заразительным, что я тут же решила и себе сделать кофе.
— Привет, папуля, — я радостно поздоровалась с отцом. — Вчера поздно легли? Как спалось?
Папа оторвал взгляд с монитора компьютера и с огромным удивлением посмотрел на меня. Он закрыл ноут. В его голубых глазах промелькнуло удивление. Конечно, о да, папуля удивлялся моему раннему подъему, хорошему настроению и улыбке до ушей. Не скажу, что я постоянно хожу мрачная, но в последнее время — это уж точно.
— И тебе доброе утро, милая, — ровным голосом отозвался папуля. — Спалось настолько, насколько возможно спать в данной ситуации. Иван все еще спит?
— Да, — ответила я и тут же полюбопытствовала, заливая кипяток в чашку с кофейным порошком. — Долго еще сидели?
— После твоего оригинального ухода, я сразу же отправил спать Ивана и маму. Мы еще некоторое время посидели с Алехандро. После он ушел.
— Мама тоже еще спит? — спросил я, усаживаясь напротив отца.
— Нет. Мама уже давно уехала по делам редакции.
— В субботу? — удивилась я и с жадностью отхлебнула кофе.
— Да, — утвердительно кивнул отец. — Дела… Их никуда не денешь. Я тоже после завтрака убегаю. Скорее всего, мы с мамой вернемся домой только к вечеру. Не смотря ни на что, жизнь продолжается.
Я состроила расстроенную мордочку, опустила лицо в чашку и, глянув на отца исподлобья, пробурчала:
— Я думала, что мы проведем выходной день в кругу семьи. Может, сходим куда-нибудь?
— Завтра, милая. Хорошо? — отец несколько заискивающе заглядывал в мои глаза.
