План не давал ожидаемых плодов, собаки обступили Вику вокруг и продолжали лаять, то и дело перебегая с места на место. Вожак громче всех солировал в этом диком беспорядочном хоре своим басовитым голосом, но и держался при этом все время перед ней. С силой Виктория заставляла себя не смотреть ему в глаза, чтобы не спровоцировать, а пес, будто хотел испытать её на прочность и сдвигался в ту сторону, куда она отворачивалась.
Минуты казались бесконечностью и, казалось, что уже нет никакого выхода из этого ужаса и, что собаки совершенно не собираются выдыхаться и терять интерес, только ещё больше заводятся, подбадривая друг друга. Вика закрыла на мгновение глаза и крепко прижала к себе дрожащий пушистый комок под курткой, на коже чувствовались проколы от тонких кошачьих когтей.
В это же мгновение раздался странный шелестящий звук, грохот со звоном и собачий лай прервался громким визгом и скулежом. Вика испуганно открыла глаза и обернулась в сторону шума, тот час же непроизвольно отпрыгнула от увиденного.
Пёс завертелся, заскулил и замотал головой. Собачий хор сломался и осекся, псы растеряно задергались, а когда вожак вдруг рванул с места в лес, припустили за ним, разрозненно потявкивая.
Андрей распрямился и что-то убрал в карман кожаной куртки, быстро обернулся к Вике и взяв её за плечи, чуть приобнял, отводя в сторону.
— Отойди, а то и нас зацепит сейчас, — взволнованным голосом проговорил он.
— Что? — Вика толком не могла выговорить ни слова, только глядела на него распахнутыми глазами и послушно позволяла себя немного отвести.
Андрей остановил ее и осмотрел:
— Цела? Не покусали?
Она замотала головой, на всякий случай тоже осмотрев себя. Из травм чувствовались только следы от когтей на груди и плече, куда Марыся пыталась заползти в последний момент.
— Сейчас, постой.
Андрей отошел в сторону и Вика теперь увидела лежащий на земле уже знакомый велосипед. Он поднял его и подкатил к стоящей на обочине Виктории.
— Все в порядке?
— Да, — выдавила из себя Вика, затем слегка кашлянула. В горле немного запершило.
— Пойдем, я на них из перцового баллончика брызнул, надышимся еще, — он покатил рядом с собой велосипед одной рукой, а второй потянул за собой Вику за локоть.
Вика послушно начала двигаться, на последок обернувшись вокруг. От собак и след простыл, они все куда-то убежали. Как же вовремя он появился.
— Спасибо! — искренне прошептала она, горло пересохло полностью.
— Не гуляй здесь больше, — строго проговорил Андрей. — Они здесь постоянно ошиваются, только на машине по этой дороге.
— А ты? — Вика вопросительно глянула на велосипед, — тебя они не трогают?
— Пока не трогали, — Андрей тоже оглянулся назад, — хотя теперь тот здоровый, возможно, отъест мне ногу при следующей встрече. Я ему репутацию подпортил на глазах стаи.
— Прости, я не хотела, — Вику захлестнуло чувство вины, отчего-то такое сильное, будто это она специально вызвала неприятности, чтобы навредить Андрею.
— За что? — тот не понял этих неуместных извинений. Голос звучал раздраженно, что опять-таки вызывало в ней странные порывы бесконечно извиняться, что-то делать и заглаживать свою вину. Сердце быстро застучало, едва успев перед этим замедлиться.
— С тобой точно все нормально? — уточнил он, остановившись. Видимо для него всё выглядело не слишком адекватно.
Ну конечно нет, хотелось сказать Вике, я просто сошла с ума и продолжаю движение в сторону безумия и это уже не в первый раз. Прости, что триггером становишься снова ты, слишком добрый и страшный почти незнакомец по имени Андрей.
Но вслух она произнесла:
— Нормально, — прозвучав немного истерично. Ее начинало трясти.
— Что у тебя там? — Андрей заметил неестественный бугор на груди.
Вика молча немного расстегнула куртку, и из прорези показались чёрные пушистые уши. Марыся вывернула голову, чтобы вдохнуть, наконец, свежего воздуха и уставилась тёмными глазищами на Андрея.
— Опять ты! — сказал он кошке. А потом Вике, — это многое объясняет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Это Марыся, — объяснилась Вика, будто от этого Андрею станет всё сразу понятно.
— Да я вижу! Опять сбежала? — Вика кивнула в ответ, — в лесу её искала?
— Да, — ответила Вика, подумала сказать про заброшенный дом, но в последний момент изменила свое решение.
— В прошлый раз я её по подвалам искал. Идем, Эдуардовна там скоро, наверное, уже полицию вызовет. Дурная у неё кошка.
— Мне кажется, она милая, — Вика плотней прижала к себе Марысю, но та не собиралась пока никуда убегать, лишь удобней устроилась и крутила головой, оглядываясь по сторонам.
— Милая, но проблем с ней много. — Поставил точку Андрей и возобновил движение.
Вика потянулась за ним, под ногами шуршали мелкие камешки гравия, до дома оставалось совсем немного, еще один поворот и его будет видно. Дрожь в теле усиливалась, переходя в какую-то нездоровую трясучку, будто ее подключили к электрическому току.
Андрей был слишком наблюдательным, потому что когда он ушел немного вперед, то сразу же остановился и снял с себя кожаную куртку. Затем, когда Вика догнала его, накинул ей на плечи.
— Ты так трясешься, сейчас кошку укачает, — объяснил он свой поступок, а Вика внутренне усмехнулась. — Это адреналиновый откат, — уточнил Андрей. — ничего страшного.
— Спасибо, — Вика поежилась под тяжелой курткой из натуральной кожи, но стало немного теплей. Может и дрожь уймется, а то начинала раздражать.
Неловкий разговор на этом закончился. Андрей больше не желал обсуждать происшествие, видимо был не из тех, кому нужно проговаривать и переваривать всё словами. Вике же было сложно произносить длинные фразы из-за дрожи, поэтому до самого конца дороги они шли молча.
Медленно поглаживая кошку по пушистой головке, Вика украдкой поглядывала на своего спутника и спасителя. Он шёл, держа велосипед за руль и явно погруженный в свои мысли. Становилось заметно прохладно, но похоже это не сильно беспокоило его. Темно-серая футболка обтягивала широкие крепкие плечи, но из-под короткого рукава по коже тянулся неясный в сумерках след. То ли вереница пятен, то ли рисунок едва видной татуировки. Так как Вика была почти на голову ниже довольно высокого Андрея, то его плечо было у неё почти на уровне лица. Она смущенно отводила взгляд от его руки, но затем возвращала назад, силясь рассмотреть украдкой, что это.
На дорогу ушло больше десяти минут, может пятнадцать. Уже начинало заметно темнеть, в домах впереди загорался свет в окнах. Чем ближе они подходили, тем больше на Вику накатывало странное необъяснимое чувство, но прежде чем она смогла его сформулировать для самой себя, у подъезда на скамейке показалась Ангелина Эдуардовна.
Увидев её, Андрей быстро глянул на Вику:
— Дальше с ней сама, мне некогда, — он перехватил руль, — куртку потом занесёшь, когда освободишься.
— Хорошо, — только и произнесла она и зашагала быстрей, потому что бабушка увидела свою кошку в объятьях спасительницы и уже, радостно всплеснув руками, начала что-то неразборчиво говорить из благодарностей.
Пока хозяйка забирала Марысю и рассыпалась в похвалах Вики и вперемешку с упреками животному, Андрей незаметно проскользнул в подъезд. Вика лишь успела быстро оглянуться на его исчезающую спину.
Освободиться удалось только после обещания, что обязательно зайдет на чай, к которому Ангелина Эдуардовна испечет пирог специально для Вики. Но все это в другой раз, потому что все устали о хотят домой. А Марыся так вообще еще не кормлена, а уже ужин прошел.
Когда двери лифта закрылись, и Вика осталась в нем одна, она плотней закуталась в кожаную куртку. Жесткую, тяжелую и пахнущую так знакомо и приятно. У папы была кожаная куртка. Этот запах нёс в себе что-то сильное, стабильное и успокаивающее, из глубокого детства и темных закоулков подсознания. Но при этом необъяснимо волнующее, пугающее своей недосказанностью. Будто тёмный секрет, который Вика давно забыла и не хотела вспоминать.
