волков.
— Мы ни причем! Мы никогда не стали бы уничтожать свои создания! — алгонианка поторопилась отклонить все потенциальные обвинения.
Слово «создания» миитэ восприняли тоже с долей ненависти, но рвать на части Белку прямо сейчас не стали.
— Или пиополи, — закончил мысль пугз.
— Это еще кто такие? — среди встреченных Семеновичем инопланетян, названные Рыжиком ни разу не фигурировали.
— Еще одни ученые Генерального Пакта. Если алгонианцы больше сосредоточены на технических разработках, то пиополи больше специализируются на биологических, — пояснил Рыжик.
— Да ничего подобного! В биотехе мы от пиополи не отстаем… — Белка осеклась, почувствовав на себе недобрые взгляды миитэ.
— И где этих поли-поли искать? Вы с ними контактировали по научной линии? — спросил у алгонианки Егор.
— Нет. Они вообще крайне скрытные. С ними только литарии поддерживают отношения, — ответила ему Белка.
— Они ни разу не появлялись на заседания совета Пакта. Голосовали всегда удаленно, — поддакнул ей Рыжик.
— И никто из Пакта их никогда не видел?! — не поверил их словам Семенович.
— Они зарегистрировали свое участие в Пакте через литариев. И никогда не посещали наше пространство, — произнесла Мижатка, — да и мы к ним не совались. По соглашению наша юрисдикция на их планету не распространяется. Они пожелали остаться вне нашей зоны влияния. Что экономически, что культурно.
— Угрюмые замкнутые отшельники? — уточнил Семенович.
— Типа того, — согласилась Мижатка.
— Но вы заметьте! Опять литарии! — вскочила со своего кресла Дылда, — знаете что? Я прошу нас временно освободить от работы! Нам надо расследовать кое-что посерьезнее, чем кражу с последующим нецелевым использованием ресурсов.
Удивительное дело — самыми злобными нарушителями закона в ГССР оказались пугзы. Причем перли они добытые минералы не ради личной выгоды, а из-за страсти к «мечтанию». Задумает какой-нибудь пушистый малыш улучшить систему кондиционирования к примеру. И что он делает? Идет на склад и просто берет нужные ему материалы. Егора это бесило до безобразия — а как же накладная? А почему не оформлен расход? То есть с точки зрения функциональности поступок пугзов однозначно пользу приносит. Но для грамотного планирования производства такой бардак был недопустим. С ним миитэ и боролись, проводя с розовыми кулибиными разъяснительные беседы.
— Свернем пару худых шей и узнаем, — Кубышка жестами показала, как они с подружками будут проводить расследование, — кто и зачем этот вирус создал.
— В принципе расследование уже идет. Зак мотается по системам Пакта, пытается связаться с уголовными элементами, для того, чтобы якобы закупить бактериологическое оружие. Это он делает, чтобы сформировать список нелегальных лабораторий, где могли произвести похожий вирус, — отчитался Егор.
— Закос в роли шпиона? — усмехнулась Мижатка, — поверь — мы трое с задачей справимся гораздо успешнее.
Егор с ней полностью был согласен. Миссия Зака была лишь запасным вариантом и давала закосу необходимую в шпионском деле практику. В ее успех Егор верил слабо. Но и миитэ, да еще сгоряча могли при проведении расследования в Пакте дров наломать. Уничтожение всех мужчин их расы кошмарным образом повлияло на их психику, и Егор бы не удивился, если бы зеленые тетки, пытаясь получить ответы на свои вопросы, живьем зажарят несколько десятков птицеящеров. И привлекут ненужное внимание к ГССР. Он честно и без обидняков высказал эту мысль.
— Есть еще одни вариант — мы вернемся на Ми и расскажем о вирусе нашим сестрам, — предложила Мижатка.
— У вас один вариант хуже другого, — не согласился с Мижаткой Семенович, — вот гляди — они могут вам банально не поверить. Ведь кто им про вирус будет рассказывать? Две каторжницы сбежавшие? Да конвоир, который пропал при невыясненных обстоятельствах. Такие себе источники информации. Вас, скорее всего, закатают обратно на Рудабу. Или вовсе уничтожат, чтобы народ не баламутили.
— Нам поверят! — с Мижатки слетел образ милой доброй селянки. Ее рык звучал как боевой клич.
— Нам нужны доказательства, — сказал Егор, — вот с ними-то вас воспримут всерьез.
— И где нам их искать?
— Понятное дело где — у пиополи. Они на звездной карте вообще есть? — спросил Семенович, — кто-нибудь вообще знает, где их планеты?
— Планета, — поправила его Мижатка, — они живут отшельниками в одной единственной системе.
На карте местожительство пиополи не было отмечено.
— Если с ними общаются литарии, то нам надо захватить одного из них! Желательно рангом повыше! — предложил Семенович.
— Ага, тебе я вижу мало было прошлого раза, — не оценил боевого настроя приятеля Егор, — тоже мне — профессиональный захватчик заложников!
— Я могу инкогнито вернуться на Ми и постараться узнать о том, где искать пиополи через знакомых, — внесла предложение Мижатка.
— Это уже более здравая идея. Так и сделаем, если я не смогу получить эти данные через своего информатора.
— А кто у тебя информатор? — Семенович не понял, кого имеет в виду Егор.
— О, я тебя как-нибудь с ней обязательно познакомлю. В высшей степени занимательная дама.
— К Мамаше опять полетишь? — с тревогой спросила у Егора Стрелка.
— Точно так. В последнее время я чего-то никак с ней расстаться не могу.
— Последний самородок отдашь?
— Нет. Попробую решить вопрос деньгами. Полечу на «Дерзком». Она его уже знает, так что при выходе из перехода уничтожить не должна. Хотя бы поздоровается сначала. А там я может и успею просьбу высказать. Короче так — не откладываем дело в длинный ящик. Я к Мамаше, а вы готовьтесь к экспедиции. К пиополи полетят…
— Мы! — в едином порыве встали со своих мест миитэ.
Останавливать их было бессмысленно. Да и опасно. Украдут корабль и сами займутся расследованием. И самосудом конечно же. Трех не на шутку разошедшихся зеленых теток надо держать под жестким контролем.
— Тогда и я тобой, — глядя полными любви и обожания на Мижатку, поднялся и Питер.
А вот это было плохой идеей. Каждый должен заниматься тем, что у него получается лучше всех. А Питер не был идеалом для диверсионно-разведывательной деятельности. Но Егора опередила Мижатка.
— Нет, тебе лучше остаться. Кто присмотрит за домом и фермами?
— Попрошу кого-нибудь, — насупился Питер.
— И министром на время тоже кого-нибудь побыть попросишь? — спросил Егор, — ты, брат, давай с этим завязывай. Мы должности не просто так распределяли. У каждого есть ответственность за свой фронт работ. И бросать его, когда вздумается нельзя.
— Дорогой, за меня можешь не переживать. Переживать стоит за тех, кто встанет у меня на пути.
— У нас, — Дылда и Кубышка встали за спиной у Мижатки.
Питер вспомнил, как его дама сердца за минуты покрошила казалось бы непобедимых механидов. И отступил, понимая, что в случае чего будет для Мижатки только обузой.
— С миитэ отправлюсь я…
— С чего вдруг? — перебила Егора Стрелка, — ты у нас кто?
