— Не может быть! — звонко хохотала спутница. — А в какой школе вы преподаете?..
Фоулн назвал.
Лицо девушки неуловимо изменилось. Кажется, она немного осунулась.
— Там работал Майк, — глуше произнесла она.
— Вы его знали?.. — резко повернулся к ней молодой преподаватель.
Девушка вздохнула.
— Мы были однокурсниками. В одной группе. Он встречался с моей подругой…
— Скажите, какое совпадение… — протянул тренер. — Жаль, что так произошло. Какая-то…непонятная смерть.
— Он должен был встретиться с девочкой из вашей школы. По какому-то делу. Самое странное: Джуди — это его подруга — заходила к нему, думала провести с ним вечер. Майк умчался, как ненормальный — по ее словам… Так, на ходу чмокнул в щечку, сказал, что вернется с шикарными новостями — и убежал. А нашли его в квартире…куда Джуди не помнила, чтобы он возвращался… Загадочная история! Джуди просидела весь вечер у соседки, все ждала…дверь так и не открывалась. С кем он встречался, не знаете?
— С Элли Попрушкайне, — ответил тренер, не задумываясь. — Он не пришел на встречу.
— Откуда вы знаете?
— Она сказала.
— О?.. — девушка чуть насмешливо вскинула брови. — А не в ее интересах врать?.. По какому делу они встречались?
— Не знаю, право, Сидни, — сконфуженно пожал плечами Лайнелл.
— И все поверили этой Элли, — немного неприязненно протянула студентка. — Кто она такая, что за особа?..
Фоулн поморщился.
— А почему бы ей не поверить?.. Бедняжка, на нее и так в те два дня слишком много свалилось. Сначала нашла в туалете изуродованную одноклассницу, потом — это недоразумение с мистером Ллоудом…
— А что это за случай с одноклассницей? — заинтересовалась Сидни.
Он рассказал.
— Она ее нашла? Эта ваша Элли просто кладезь загадок! По-моему, страшная личность…не хотела бы я иметь с нею дел! — Сидни передернула плечами, словно от холода. — Знаете, мистер, самые опасные преступники именно те, кого никак не заподозришь…
— Довольно! — отрезал Фоулн. — Вы несправедливы. Более того, вы пристрастны.
— Я не хотела вас обидеть… — смущенно выдохнула Сидни. — Просто Джуди и Майк… Джуди так убивалась… А она моя подруга…
— Элли не при чем здесь, — мягче ответил Фоулн, пожимая руку девушки, давая понять, что она прощена.
Дальнейшая беседа вертелась вокруг нейтральных тем: Франция, искусство, виноделие, история…
— Вы летите в Венгрию? — незадолго до посадки в Ла-Рошели, спросила Сидни.
— Да.
— Не знаю, почему…мне хочется пожелать вам удачи, — смущенно улыбнулась Сидни. — Мне было так легко с вами, так просто, как будто я знала вас уже много лет. Вы не берите в голову, со мной это иногда бывает.
Фоулн внимательно смотрел на нее.
Не было ощущения заигрывания.
А так…
Так…
Ведь у него то же самое ощущение!
Сны…
Маришка…
Маришка, повзрослевшая девчушка из снов, у которой почему-то волосы стали черными и вьющимися…
— Вам подошло бы имя Мария, — вырвалось у него. — Мне так кажется, — со смущенной улыбкой добавил он.
— О, нет! — смешливо замотала она головой. — Только не Мария! У меня с ним никаких хороших ассоциаций!.. Так могли бы звать глупую, забитую крестьянку, которая потратила всю свою жизнь в работе, ничего не увидев, кроме родной деревни…боже, такой жизни никому не пожелаю!.. А вот вам бы, знаете, какое имя подошло?.. Влад.
— Почему?..
Если бы Сидни ударила его сейчас по голове, шок не был бы более оглушительным, чем от этих ее слов.
— Не знаю… Это красивое имя. И подходит к вашей внешности… И потом, вы учитель. Это имя, кажется, просто должно быть у хорошего учителя!
— Такое имя было у Дракулы…у князя Тепеша, — хмыкнул Лайнелл, хотя ему совсем не было смешно.
— Что ж, вампиры тут тоже где-то поблизости, — загадочно хмыкнула Сидни в ответ, пристегивая ремни. Самолет уже снижался, заходя на посадочную полосу аэродрома Ла-Рошели. — Только, честное слово, это имя больше подошло бы не вурдалаку, а охотнику за нежитью!
Учитель сглотнул ком в горле.
День отгорал; впереди, над Венгрией, сгущалась мягкая, вкрадчивая тьма.
— Будьте осторожны! — загадочный взгляд темных глаз из-под кокетливого беретика набок, из-под капризной челки.
Вот и все.
Дыхание снов…
Еще три часа до места.
Можно подремать…
…- Лиза…
Они стояли на коленях напротив друг друга, так близко, что, вдохни один из них, их губы бы соприкоснулись.
Но между этими двумя не было той звенящей напряженной теплоты, которая возникает между влюбленными.
Глаза обоих горели яростью.
Только у него ярость зажгла внутренний огонь, а у нее — заполнила глазницы голубым потусторонним пламенем, холодным и слепым.
Рукава ее шелкового белого платья скользили прямо в грязь и гнилую солому сырого подвала.
— Черт тебя побери… Я не знаю, почему я даю тебе еще одну возможность…
— Потому что Хозяйка Попрушнеков не умеет проигрывать, — издевательски усмехнулся он ей в лицо. — Древний вампир ведет себя, как зарвавшаяся девчонка…
— Влад!..
Пощечина.
— Которая совсем потеряла голову от меня.
— От тебя?.. — низкий, неприятный смех. — Скажите, какое самомнение. Какие слова! От мальчишки, который был бы рад заключить меня в свои объятья, если бы не боялся их до смерти…если бы не был рабом своих глупейших принципов. Мальчишка…глупый, самоуверенный, самовлюбленный мальчишка…
— Если я не загоню тебя в гроб…
— …ты станешь моим!
— Черта с два, госпожа баронесса! Я загоню тебя в гроб! За ту охоту…
— …за то, что ты сходишь с ума по мне, и боишься это признать, глупец! Что ты дергаешься?.. Если бы я предложила тебе вечность…я же не предлагаю!
— Ты хочешь, чтобы я сам попросил тебя. Ты хочешь, чтобы я умолял…
— Это ты сказал, не я. Я не виновата, что ты мечтаешь умолять меня о вечности с тобой…
— Ты сумасшедшая… Избалованная аристократическая девочка…
— По крайней мере, хоть признал, что не шлюха, — хмыкнула Елизавета. И отстранилась.
— У тебя…у тебя волосы в грязи…пряди… — горло перехватило.
— Право?.. — насмешливая улыбка. — Спасибо, такое внимание…
— Да пошла ты к черту!
