Алиса прошла по гладким камням причала до батиската.
Он был похож на веретено, увенчанное зеленоватым куполом. Там, под куполом, Алиса и увидела своего друга. Он лежал в кресле, задрав ноги на пульт, и читал старинную книгу.
Пашка был так поглощен чтением, что не заметил, как Алиса спрыгнула на палубу батиската и присела, разглядывая длинную членистую руку манипулятора.
Все в порядке. Пока она гуляла по берегу, Пашка с роботом кончили ремонт. Так что Пашка имел полное право читать, сколько ему вздумается.
Алиса откинула колпак над каютой и спрыгнула внутрь.
Пашка даже бровью не повел.
Алиса поставила бутыль на штурманский столик и уселась во второе кресло.
— Что нового? — спросила она.
— По-моему, я сделал великое открытие, — сказал Пашка, продолжая читать.
— Я тоже, — сказала Алиса и подвинула бутыль ему под нос.
Пашка был невозмутим. Алисе стало обидно.
— Что за тайны! — сказала она.
Книга, которую с таким вниманием читал Пашка, была очень старой. Кожаный переплет обтрепался на углах, страницы пожелтели.
— Слушай, — сказал Пашка и перелистал назад несколько страниц. — Перевожу с английского: «…Я находился в своей каюте, намереваясь отойти ко сну, когда услышал отчаянный крик лейтенанта Робинсона. «Капитан! — кричал он. — Скорее!» В его голосе была такая настойчивость, что я решил — случилось несчастье. Стремглав я выскочил на палубу и остановился, пораженный зрелищем. Предрассветная темнота была озарена странным зеленоватым сиянием, которое исходило от громадного болида, что несся, прочерчивая ослепительный след, по синему небу. Еще мгновение — и примерно в миле от нас болид коснулся поверхности океана и, подняв гигантский столб воды, исчез в его пучине. Он был настолько раскален, что еще минуту мы наблюдали свечение воды, словно некто опустил в воду горящую лампу. Волна, поднятая этим небесным телом, вскоре достигла нашего фрегата и была так велика, что корабль лишь чудом не лег на борт. Когда все успокоилось, мы проследовали со всей осторожностью к месту падения болида и, осветив воду фонарями, увидели, что там плавает множество мертвой рыбы. Я разрешил матросам спустить шлюпку, и они набрали несколько бочек рыбы, что послужило славным подспорьем нашему столу. Но самое удивительное случилось, когда мы поднимали шлюпки на борт, намереваясь следовать далее. Мичман Джонс закричал, что видел нечто огромное слева по курсу «Рочестера». Несмотря на то что рассвет лишь наступал и видимость была ограниченной, нам удалось понять, что упавший в океан болид настиг в невероятных глубинах некое загадочное существо, неизвестное прежде натуралистам. Это существо, достигавшее длины ста или более футов…» — Тут Пашка перевел дух и сказал: — Сто футов — это тридцать метров, понимаешь?
— Понимаю, — сказала Алиса. — А что ты читаешь?
Пашка заложил пальцем страницу и открыл книгу на титульном листе. Там было написано по-английски: «Отчет о плавании фрегата Его Величества «Рочестер» в Тихом океане и Южных морях в 1816–1819 годах, написанный коммодором Стэнли Рейнольдсом. Издано в Лондоне в 1822 году».
— Поняла? Это я в библиотеке фермы взял. Там много книг, но в большинстве специальные. А несколько совсем старых. Я как увидел эту книгу на полке, меня что-то кольнуло. Ты веришь в предчувствия?
— Нет.
— Ты не права, Алиса. Если не было предчувствия, почему я эту книгу взял? Почему я ее открыл именно на этих страницах?
— Случайно, — сказала Алиса.
— Иногда я подозреваю, что ты лет на пятьдесят старше меня, — укоризненно произнес Пашка.
— Дочитывай, — сказала Алиса.
Бутыль стояла перед самым носом Пашки, но тот ее не видел — сейчас для него ничего, кроме книги, не существовало.
– «Это существо, достигавшее длины ста или более футов, — продолжал читать Пашка, — имело обтекаемое тело и длинную шею, которая заканчивалась небольшой головой, схожей с головой питона. Хвост чудовища скрывался в волнах. Так как одна из шлюпок еще не была поднята на борт, я приказал боцману и четырем матросам подгрести к чудовищу и осмотреть его подробно, соблюдая осторожность, ибо не исключено, что оно лишь оглушено. Вместе с матросами в шлюпку опустился судовой врач Р.Поткинс. Шлюпка не успела отойти от борта, как чудовище пришло в себя и, сильно ударив широким плоским хвостом по воде, скрылось в глубине. Полагаю, что мы наблюдали таинственного морского змея, о котором ходит столько слухов между моряками». — Пашка громко захлопнул книгу и воскликнул: — Теперь ты понимаешь?
— Что я должна понимать?
— А то, — сказал Пашка, — что известна широта и долгота этой встречи. Слушай: «После того как волнения этих минут остались позади, я приказал штурману произвести счисление места, где находился «Рочестер» в момент падения болида. Вышеописанное происшествие имело место в точке с координатами: 138 градусов 50 минут 22 секунды восточной долготы и 12 градусов 15 минут 54 секунды северной широты».
— Это очень интересно, — сказала Алиса.
На самом же деле она не вслушивалась в Пашкины слова. Она не могла дождаться, когда, наконец, этот романтик увидит, что перед его носом стоит самая настоящая бутылка, выброшенная на берег океаном.
— Тебе не интересно, — сказал Пашка. — Я по голосу слышу. Ты не поняла, что от нашего острова до той точки всего сто пятьдесят миль?
— Да?
— И сегодня же мы на нашем батискате отправимся туда. Нам все равно нужно провести ходовые испытания. Мы опустимся в той точке и отыщем громадный метеорит и логово морских змеев.
— Не слишком ли много сразу? — спросила Алиса. — Прошло двести пятьдесят лет.
— Морские змеи живут дольше. — Пашка сказал это так уверенно, словно всю жизнь дружил с морскими змеями. — Но если не хочешь, я проведу испытания без тебя. А ты отдыхай, загорай… может, отыщешь неизвестный науке подвид каракатиц.
— Или бутылку, которую выбросило на берег.
— Если бы ты увидела бутылку, выброшенную на берег, — заявил Пашка, — ты бы ее не заметила. Нужно иметь особый взгляд на вещи. Тайны и открытия покоряются лишь людям моего склада.
И в этот момент Пашка поднял глаза и увидел бутылку. Он посмотрел на нее совершенно равнодушно.
— Такие приземленные люди, как ты, — продолжал он, — увидят на берегу разбитый бурей фрегат с черным флагом на бизань-мачте и скажут…
Но что они скажут, так Алисе никогда и не удалось узнать. Потому что Пашка открыл рот, а закрыть его не смог. Он протянул руку, дотронулся до бутылки, отдернул пальцы и часто заморгал.
— Э, — произнес он наконец. — Э… Это что?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
