Эту идею я выложил своим «кулибиным». У нас всегда были хорошие отношения, но на этот раз, я думаю, их привлекла сама сложность и нестандартность задачи, бросившая вызов их таланту. И они, умудренные опытом мастера, которым было уже далеко за 40, на удивление легко поддержали меня, мальчишку. Мы решили в нерабочее время помозговать над чудо-машиной.
С чего начать? Решили с главного – c картофелерезки. Первое решение, которое пришло нам в голову, – это изготовить несколько десятков очень тонких ножей и натянуть их, как натягивают ленточки. У нас получилась такая гребенка из многих стальных, тонких, остро заточенных ножей. Но когда мы попробовали нарезать этой гребенкой картофель, у нас ровным счетом ничего не получилось. Один нож легко разрезал картофель на две половины, потому что половинкам есть куда расходиться, но когда эти ножи стоят рядом, то картофелина раздавливалась на мелкие кусочки. Поэкспериментировав с «гребенкой», мы стали думать еще упорнее, как это сделать, у нас появился еще больший азарт, еще большее желание создать машину.
Я увлекался все больше и больше. Первые опыты и первые неудачи разожгли в моем сердце настоящую страсть. Мы опробовали десятки способов нарезки, мы постоянно собирались, обсуждали, делали мозговые штурмы, и хотя никому из «кулибиных» я не платил зарплату, моя команда точно знала, что, если мы добьемся успеха, они заработают большие деньги.
В конце концов мне в голову пришла простая мысль: почему бы не съездить на сам «Колосс» и не посмотреть, как устроены западные машины. Ведь проще создавать машину, используя уже имеющийся опыт.
Недолго думая, я пришел на фабрику и прикинулся студентом, который делает курсовую работу в политехническом институте. Я объяснил, что мне очень важно посмотреть технологический процесс, иначе курсовая не получится. В то время в Советском Союзе не существовало понятия «коммерческой тайны», люди были очень отзывчивыми, открытыми и простыми. Мне с удовольствием показали всю фабрику. Надев белоснежный халат, я вместе с начальником производства подошел к заветной машине. Машина была огромна, как паровоз, она гудела, излучала жар, отовсюду текла вода, свистел сжатый воздух. Вкусно пахло жареным картофелем.
Более волнующих минут в жизни у меня не было. Мы столько сил отдали, чтобы узнать, как решить эту задачу, и вот, наконец, я получу ответ… Я предвкушал этот момент, потому что на эту задачу мы потратили не просто часы, а дни, недели упорного труда.
Решение оказалось простым до гениальности: вращалась огромная центрифуга, раскручивала картофель, и он прижимался к стенкам барабана, где стояли восемь тонких ножей. С каждым кругом с картофеля срезалось восемь тонких, прозрачных ломтиков. Так как скорость была огромна – несколько тысяч оборотов в минуту, производительность у этого простого и удивительного механизма была невообразимой: десять тонн чипсов в час. Я стоял и смотрел как завороженный.
Там же я узнал еще одну очень важную вещь: нужно вымывать из картофеля крахмал, иначе чипсы получатся жесткими и невкусными.
Короче говоря, хотя всю машину скопировать было невозможно, по крайней мере я теперь знал, как нам сделать картофелерезку. Окрыленный, я приехал домой и, собрав своих мужиков, выложил им все, что узнал. Они почесали свои «золотые» головы, и мы с утроенным рвением продолжили создание нашего первого механизма.
Нужно сказать, что в то время я параллельно занимался большим количеством дел. Учился на вечернем отделении института, работал на заводе, создавал наш первый кооператив со смешным амбициозным названием «Пландем», что расшифровывалось как «План. Делаем миллионы», занимался нашим чипсовым агрегатом. Вообще, я все в жизни делаю параллельно – это единственный способ сжать время.
И вот мы с дорогими моими единомышленниками начали творить чудо. Поверьте, друзья, создание нового оборудования, решение даже простых технических задач можно сравнить только с чудом.
Представьте, в вашей комнате нет ничего, есть только задача – сделать хрустящий картофель, создать оборудование, которое было бы простым в обращении, чтобы его мог использовать любой фермер. Вы не знаете, как оно будет выглядеть, сколько оно будет занимать места, круглым оно будет или квадратным – вы ничего не знаете.
Вы просто начинаете творить.
Момент творчества опьяняет, он является моментом концентрации вашего интеллекта, ваших знаний, вашего трудолюбия и вашего упорства. В этот момент совершенствуется ваш дух.
Чертим эскизы, спорим, обсуждаем. К сожалению, я тогда много курил, и все наши обсуждения проходили в рабочих курилках. Как только наступал перерыв на обед, вместо того чтобы бежать в столовую, мы собирались тесным кружком единомышленников, закуривали, раскладывали промасленные бумаги, брали тупые карандаши и начинали чертить и спорить. Каждый предлагает свою идею, свою версию, она тут же разбивается в пух и прах каким-нибудь метким замечанием, появляется новая, и так до бесконечности.
В итоге в вашем помещении появляется машина – сначала это просто набор железяк. Но постепенно, шаг за шагом, она вырастает, как вырастает гриб в лесу. А момент испытания – это всегда особый момент в жизни любого творца. Будет работать или не будет? Правильно мы все решили или нет?
Никогда не забуду первое испытание нашей картофелерезки. Запустив ее, мы как дети, как любопытные школьники собрались вокруг и стояли завороженные, с широко раскрытыми глазами. Двигатель загудел, через редуктор все это передается на турбину, которая должна раскрутить наши картофелины со скоростью несколько тысяч оборотов в минуту. И вот Маяк Маркович Розов с трепетом высыпает первое ведро картошки в гудящую, прыгающую, трясущуюся машину.
Прошли доли секунды. О том, что все эти ломтики будут вылетать из центрифуги, естественно, никто и не думал. И вдруг на нас словно золотой дождь, словно нефтяной фонтан, обрушились тысячи тонких, прилипающих, пропитанных водой и крахмалом ломтиков картошки! Как мы смеялись! Как радовались нашей победе!
Мы, грязные, в крахмале, в картофеле, мокрые, жали друг другу руки, обнимались, хлопали друг друга по плечу. Мы решили задачу! Такие моменты я считаю самыми счастливыми, самыми выдающимися в нашей жизни.
Итак, первую задачу мы решили. Но тут же перед нами выстроилась длинная цепочка других, не менее важных задачек. Как сделать, чтобы крахмал вымывался? Чтобы картофель подсушивался? Чтобы прожаривался в кипящем масле равномерно? Как сделать, чтобы масло с чипсов стекало, как фасовать, как запаивать пакетики?
Бесконечное число задач. И каждую должен решать механизм: простой или сложный, но этот механизм состоит из десятка-сотни деталей. Его нужно придумать, разработать, его нужно создать.
Но трудности делают настоящих предпринимателей только сильней, только еще больше разжигают их желание добиться успеха.
Мы очень долго возились с отмыванием крахмала, предлагались разные чертежи, разные подходы, но в какой-то момент я предложил пойти по принципу стиральной машины. Мы сделали опытный образец и сразу добились хороших результатов – крахмал вымывался очень быстро.
Шаг за шагом мы решали одну задачу за другой, но пришел день, когда я понял: денег не хватает. Тренерским трудом я зарабатывал очень прилично, но этого заработка было явно недостаточно, чтобы покупать материалы и оплачивать работу людей.
Да, я и тройка «кулибиных» работали бесплатно, за идею, за будущую прибыль, за перспективу. Но чем сложнее становилась машина, тем больше требовалось привлекать сторонних мастеров. А это уже деньги.
И вот мы остановились. Денег нет! Материалы купить не на что, подрядчикам оплатить нечем. Наверное, кого-то это очень сильно расстроило бы, только не меня. Я всегда знал, что из любого положения есть достойный выход. Самое главное – направить на решение задачи весь свой интеллектуальный потенциал, весь свой дух, все время, которое у тебя есть, даже когда ты спишь. И выход обязательно найдется.
Я отчетливо помню тот зимний вечер, когда я нашел выход из своего первого финансового кризиса. Где взять деньги, где взять стартовый капитал? Решение словно снизошло свыше: нужно напечатать книгу – учебник по карате. В то время на карате был настоящий бум. Все, в прямом смысле слова, ринулись в спортивные залы, все мечтали быть похожими на Брюса Ли и Чака Норриса. Но литературы не было, учителей – тоже. А я накопил достаточно приличный методический опыт и имел ответы на многие вопросы.
Книгу мы с нашими тренерами писали моим излюбленным способом – заперлись на выходные в квартире и не вышли оттуда, пока не закончили последнюю главу. Получилась книга-сенсация. Это была первая книга с осмысленной методикой, на голову превосходящая неграмотные переводные брошюры. Я отредактировал главы, подготовил макет, присовокупил к тексту иллюстрации и все это добро отнес в типографию.
