Моя позиция такая: человек – герой, звезда, обладающая неограниченными возможностями, нужно только мобилизовать их, вытащить наружу, и своими делами, своими сверхусилиями заново создать самого себя.
11 часов 25 минут. «Кулибины» начинают работать. Я провожу с ними на заводе четыре часа. Мы обсуждаем технические решения, предстоящие трудности, список материалов, которые есть и которые могут понадобиться. Перекусываем там же, на ходу.
16 часов 00 минут. Запустив команду «кулибиных», прыгаю в машину, лечу в офис. Там телефон разрывается от звонков региональных дилеров, которые продают наши установки по производству чипсов. Все как один жалуются, что в установках выходит из строя важный узел в агрегате отмывки крахмала. Люди терпят убытки, люди злятся, наше оборудование рискует потерять репутацию. Надо срочно что-то делать.
Звоню на завод в Оренбург и с директором завода, совершенно гениальнейшим человеком Александром Антоновичем Давыдовым обсуждаем сложившуюся ситуацию.
16 часов 15 минут. Вызываю конструктора, который разрабатывал этот узел, достаем чертежи, разворачиваем, начинаем смотреть, что можно срочно изменить. Находим слабое место. Но это слабое место мы находим только на бумаге, в металле все совершенно по-другому. Опять непрерывные сигареты, непрерывный кофе, мозг работает, как часы.
16 часов 38 минут. Время заняться рекламой. Утвердив дизайн нового рекламного плаката, набрасываю план рекламной кампании на будущее. Выясняю тираж крупных газет – пора охватывать новые регионы.
17 часов 20 минут. Теперь – вопрос о кредите. Кредиты, кстати, тогда предоставляли только под 220-230 процентов. Представляете, что это такое для машиностроения, где оборот капитала как нигде долог! Надо съездить в банк, уважить людей, от которых зависит, обескровить наш бизнес или открыть зеленый свет.
20 часов 00 минут. Возвращаюсь из банка. Меня уже ждет новый кандидат в команду, пришедший на собеседование. Нужно поговорить с ним, у нас сейчас каждый человек на вес золота, и, принимая в нашу дружную семью нового человека, стараешься разглядеть в нем божью искру. В нашем деле без этого нельзя. За соискателя поручается кто-то из сотрудников, и вопрос решен – завтра он приступит к работе.
20 часов 30 минут. Совещание с информационной службой, которой делаю разнос за то, что отвратительно и неуважительно отвечают на звонки. В то время не было Интернета, и человеческий фактор играл огромную роль. У нас в офисе круглосуточно дежурили три телефонистки, которые принимали до 500-600 звонков в сутки, и все их фиксировали в обыкновенных тетрадках – компьютеров тогда у нас не было.
И вот так каждый день. Каждую секунду – новая задача, новые неприятности, новые испытания. Уже поздний вечер, но с работы никто не расходится.
21 час 30 минут. Еще раз связываюсь с Оренбургом, с Александром Антоновичем. Принимаем решение, что с новыми исправленными чертежами я с утра буду у него на заводе.
21 час 40 минут. Провожу последнее совещание. Решаем последние на этот день проблемы со снабжением – всех свободных людей, троих человек, отправляю в командировку. Каждый надевает пояса, распихивает в них пачки денег. Инфляция такая, что деньги приходится возить в прямом смысле слова килограммами. Кто-то летит в Минск за метизами, кто-то во Львов за электрооборудованием, кто-то в Пензу за проводами.
Договариваемся, что в Оренбург выезжаем с Сергеем Блиновым – у него тоже есть вопросы к производственникам по новым образцам.
22 часа 00 минут. Заскакиваю домой, переодеваюсь, беру бутерброды, прыгаем в машину и выезжаем в Оренбург. Нужно отметить, что тогда мы ездили на самых старых «Жигулях» шестой модели. Такие сейчас не производятся. Это не комфортабельная скоростная машина, а просто тарахтящая развалюха.
Кроме чертежей, нам нужно передать заводу крупную сумму денег, чтобы они могли закупить металл и комплектующие для увеличения производства машин по выпуску чипсов. Приходится брать охотничье ружье двенадцатого калибра – впереди 600 километров дороги через степи. Места глухие, очень опасные. Договариваемся с Сергеем, что машину ведем каждый по часу, и в таком режиме выдвигаемся в дорогу. Ночь, пурга, страшный ветер, мороз 25 градусов, и мы в маленькой железной коробчонке под названием «Жигули» пробираемся в этом кромешном аду.
Честно скажу, было страшно. В то время между Тольятти и Оренбургом было два участка дороги по 20-30 километров, где не было ни асфальта, ни бетона – просто разбитый грунт. По дороге – никакого освещения. Снег залепляет окна, мороз, и вот на одном из таких участков нас слегка заносит в кювет, мы буксуем – машина не двигается.
2 часа 00 минут. Наша «тарахтелка» лежит брюхом на снегу, задние колеса шлифуют землю. Застряли. Вокруг темнота, ни одной проезжающей машины. Достаем из багажника лопаты.
Работаем как сумасшедшие, потому что долго на улице находиться невозможно. Страшный мороз и сильный, кинжальный ветер пронизывает все тело, мы по колено в снегу, тонкие ботинки мгновенно промокли и быстро превращаются в ледяные колодки.
2 часа 25 минут. Откопали машину. Сергей садится за руль – у него больше водительского опыта, а я пытаюсь его толкать. Именно пытаюсь, потому что ботинки скользят по льду, и мои усилия настолько незначительны, что машина только слегка раскачивается. Затем Сереже приходит гениальная идея – взять автомобильные тряпочные коврики и подложить под задние колеса и тем самым увеличить трение. Набросали этих тряпок под колеса, и я снова пытаюсь толкать автомобиль, насколько это возможно. И вот потихоньку-потихоньку мы выползаем на дорогу. Радости нашей не было предела, потому что действительно было жутковато. Насколько хватит бензина – непонятно, проедет ли кто-то мимо – тоже непонятно. Здесь, в степи, просто можно замерзнуть.
Вспоминая наши поступки с высоты прожитых лет, не перестаю удивляться, какими же мы были бесшабашными, бесстрашными. Хотя само время было такое. Постоянно дефолты, кризисы, заказные убийства. Никто не знал, что будет завтра.
Но это сегодня я думаю об этом. А тогда мы выполняли задачу, и никто даже не заикался о какой-то опасности – просто шел и делал свое дело.
6 часов утра. В Оренбург приезжаем вовремя. При заводе есть гостиница – один номер с душем. Ночью мы толком не спали. По очереди дремали на переднем сиденье, но, учитывая мои габариты и небольшой размер автомобиля, мне пришлось сидеть в три погибели, и тело, конечно же, налилось свинцовой усталостью, мышцы затекли, суставы не работают. Но я не обращаю на это внимания. Быстро моемся, бреемся, приводим себя в порядок.
7 часов 45 минут. С чертежами в руках идем на совещание. По ходу отдаем коробки с деньгами в бухгалтерию. Наши партнеры – совершенно удивительные профессионалы, поэтому вопрос не занимает много времени.
12 часов 00 минут. Александр Антонович покормил нас вкусным обедом, наговорил много добрых слов. Действительно, есть люди, которых помнишь всю жизнь и всю жизнь ими восхищаешься. Более толкового, порядочного, жизнерадостного директора завода я просто не встречал. Задачу мы выполнили, недоработку в агрегате по отмывке крахмала нашли и исправили, с закупками металла и комплектующих определились, новые производственные планы обсудили – завод вполне успевает подготовиться к запуску хлебопекарен.
13 часов 00 минут. Выезжаем обратно в Тольятти. Перед нами те же 600 километров пути, но настроение праздничное.
Во-первых, мы не погибли ночью, во-вторых, мы очень быстро и эффективно выполнили все поставленные задачи, в-третьих, нас накормили вкусным обедом, ну а самое главное – мы едем днем. Пурга улеглась, яркое солнце, морозный день, навстречу попадаются машины, в общем, жизнь прекрасна! Мы радуемся, смеемся, рассказываем анекдоты. Никакого чувства опасности, никакого напряжения, просто зимняя, сверкающая на солнце дорога! Как мало, кажется, нужно человеку для счастья!
Ночная трасса сквозь пургу, смертельная опасность, борьба за выживание, и дневная, ровная, солнечная дорога. Все-таки именно перепад состояний, а не безоблачная, спокойная жизнь делает человека по-настоящему счастливым.
15 часов 00 минут. Чтобы перекусить и чуть-чуть отдохнуть, сворачиваем по проселочной дороге в сторону лесополосы, останавливаемся, выходим, распрямляем плечи. Мороз весело пощипывает щеки. Перекусывая бутербродами, поспорили, кто из нас лучше стреляет. Достали ружье, патроны, поставили пластиковую бутылку на двадцать шагов, и минут пятнадцать-двадцать палили в свое удовольствие. Мне повезло, я с пяти выстрелов попал четыре раза, а Сергей – три. Мое настроение приподнялось еще больше, прыгаем в машину и едем дальше. Как мало все-таки нужно человеку для счастья!
22 часа 30 минут. Приезжаю домой. Ночь. Больше полутора суток на ногах. Валюсь в кровать.
А в семь утра я уже на работе.
Работая в таком напряженном ритме, я получил отличную закалку и великолепную школу. Честно говоря, меня удивляет, как работал мой мозг в таком сумасшедшем режиме. Чтобы переключиться со сложной инженерной задачи на не менее сложную задачу по маркетингу, рекламе или сбыту, в обычных условиях требуется довольно много времени. Чтобы принять правильное решение в том или ином направлении, нужно усвоить и проанализировать очень много специальной информации. Но человеческие возможности действительно безграничны. И чем жестче сроки, чем жестче задачи, тем быстрее мозг – этот удивительный инструмент природы раскрывает свой глубинный, скрытый потенциал.
