не пытал, говорит — не помнит он. С предыдущим Хозяином не водил дружбы. Это я попался компанейский. Только вступил в должность, сразу столкнулся с Кощеем. Не понял кто это — от упыря не отличил по малолетней глупости. Быковать начал. Раскроил ему череп огненный. Обещал из башки его лампу себе в горницу сделать. Ну вот как то слово за слово и подружились мы. Скучал Кощей, а тут беседа наша ему и понравилась. Закончилась она для меня переломами всего молодого Лешего, но потом сам Кощей меня в источник с мертвой водой и запихнул и кости вправлял на место. Колдун и есть, черепушка проклятая.
— Ты, Алёша, больно нечисть наглая. Надоел ты мне. Но я всё жду, когда ты сам себя изведёшь. Глупый ты… — проскрипел мой сосед.
Вот теперь и Леший из другого леса знает, что я Алёша. Ну ладно все девки залётные, но нечисть поганая моего настоящего имени не должна знать. А лес большой у него. Если прибирать к лапам своим и его владения — это работы себе добавлять. Как будто мало её мне…
— Уважаемый, давай поговорим, дело есть, — я осторожно шаг в пролесок сделал. Замер. Натурой своей тёмной чую западню хитрую. Ногу убрал. — Поговорим отсель.
— Откель где ты, не слыхать, — нечисть скрипучая отвечает.
— Так подойдем друг к дружке, может, — ему предлагаю, топор убираю на пояс. Руки показываю.
— Ты мне, сосед, не дружка, — стоит как пень Леший другой и не сдвинется. А я слышу как будто шелест крыльев. Но ещё далеко. И хитрый такой, не птичий совсем. Это по чью же шкуру летит? А кто — догадался уже.
— Некогда мне лясы точить, — признался, — хотел по хорошему, да нельзя по хорошему с нечистью.
— Про супостата общего и без тебя знаю, — Леший сосед всё же сделал на встречу шаг, — да только что мне тот супостат? Мне что ты, что он — всё одно с кого башку рогатую с плеч сносить.
— А так ты думаешь, мой лес вражина займет, а твой стороной обойдет? Идут они на земли наши, нечисть вся объединяется. Богам тоже интересно стало, вниз поглядывают.
— Тут война людская больше, нам какое дело до неё? — сосед Леший всё скрипит.
— А ты как будто и не знаешь, что невольную нежить приведут и тут выпустят.
— Как выпустят, так они и домой улетят.
— Они к своим хозяевам колдовством привязаны.
— Леший… не отдам я тебе свой лес.
— Я с тебя сейчас твой лес не требую. Мне надо, чтобы крайние селения людские ты лесом окружил, до которых я не дотягиваюсь и чтобы лешаки твои против вражины выступили. Можешь даже сам ими командовать. Но тогда невиданное дело случится — мне тебя придётся звать к себе на перед битвой совещание.
— Мне ваша битва не нужна. Лес затихнет и переждёт. А там посмотрим, кто главным останется. Любому лесу завсегда нужен Хозяин. Нежить иноземная с нашим лесом не справится. Как хочешь, а Леший в лесу будет.
— Спалят твой лес. И тебя заодно. И живность всю в нём спалят, до последней букашки, — злился я, как будто уже за своё добро. Лес большой у соседа. Неужели не жаль ему?
— Сколько-то спалят, сколько-то останется. А как битва пройдёт, может, и твой лес к лапам приберу. Ты будешь или пленённый, или вовсе убит. Кому-то же надо принимать хозяйство.
— Ну тогда мне ничего не остаётся. Придётся убить тебя, — сказал ему и в подлесок шагнул. — Если думаешь, что побоюсь зайти на твою землю, зря надеешься. Я хороший Хозяин, твой лес меня как родного примет.
— Такой хороший, что ни один Лешак не завёлся, Лешачек нет, и Кикимора на весь лес одна, и то у Водяного в болоте живёт. А лес твой изо дня в день сохнет да деревья падают, ветви ломаются.
Кручина меня жгёт внутри… По одной ведовке. Как переживу, так и лес оправится. Вслух ответил соседу Лешему:
— Ты моё не считай. Я уж сам разберусь, кто мне в лесу нужен, кто нет, — я сделал ещё шаг. Опять почуял неладное. Да и Леший-сосед как-то посмеивался. Выжидал.
Но слышал я и другое. Предвестник близко. Машет своими крыльями так, что смрадом могильным повеяло.
Колдовство то было соседа Лешего аль нет, а паутиной крепкой, нитью с хороший кулак толщиной упала на меня сверху сеть. Вот как падала сверху, с дерева, видел я, и как Лешаки из кустов повыскакивали. И как все они побежали ко мне, доставая ножи и топоры. За пару мгновений решится всё. А с неба услышал я будто свист. Прилетела тварь окаянная да что-то сверху мне бросила. Рассекая воздух, оно падало.
Глава 18. Кто в лесу Хозяин?
За пару мгновений решится всё. Пару мгновений, но мне хватит их. Сеть я сразу разрубил топором, одним взмахом по нескольким нитям над головой. В прореху быстро руку вытянул и то, что сверху падало, поймал.
Приятно в руку лёг новый топор, из топорища цепи выскочили и обмотались мне вокруг моей руки, не стесняя движения, почти до локтя. Ишь, хитро как придумано, как чудно! Сжимать рукоять не надо пальцами. Можно руке отдых давать, и опять же, не уронишь его. А как ежели запустить захочу? Цепи зашевелились, ослабились. Слушают команду мысленную. Хитра вещица, заколдованная.
“Понравился, Алёшенька, подарок мой?” — как будто на ухо прошептала. Вот колдунья окаянная, ведь не хуже мужа будет в колдовстве. Если уже не обскакала его. — “А справишься с таким подарком моим?”
— Отчего же не справиться, справлюсь, — шепнул себе, разрезая то, что от паутины осталось. Уже и первый Лешак под руку поднырнул. Вот и его разрубил я с головы до пят. Подарок Мары как по маслу прошёл. У смерти хорошо оружие.
Остальные отпрянули, да без ума, первый ступор прошёл, снова кинулись. А двумя топорами сподручно как! Давно хотел я себе сразу два топора. Разве что обе руки всегда заняты. Ну так плечами, ногами распихиваю. А рублю с двух рук. Быстро умаялся. Лесная погань всё никак не закончится.
Так их всех порублю, а пригодились бы. Нехорошо Лешаков на труху переводить. Они нам в битве нужны будут с пришлыми.
Надо Лешего их быстрей изловить.
— Тварь поганая, не поможешь мне? — в небо кричу, знаю, здесь ешё, ждёт поди, чтоб передать мои Маре благодарности.
— Я предвестник, не боевой петух, мне без надобности спускаться к вам.
— Ну а что тогда машешь крыльями? Так то
