— Ну ничего, я с ним поквиталась,— продолжала между тем Уна.— Я пошла прямиком в полицию и рассказала про нелегальный товар. Так что едва корабль вошел в гавань, как его тщательно обыскали. Трюм оказался битком набит статуями, украденными из храма в Камбодже. Люди Лестера Лю были арестованы, но сам он сбежал. Вылетел в Шанхай прежде, чем полиция смогла его допросить. А в день отъезда прислал мне записку. Всего несколько слов. «Когда я вернусь, я найду тебя».
— Не хочу сыпать соль на раны, но зря ты не рассказала нам все раньше,— упрекнула подругу Ди-Ди.
— Я надеялась, что ничего рассказывать и не понадобится,— призналась Уна.— Я думала, он обо мне напрочь позабыл. Не то чтобы я серьезно подорвала его бизнес. С тех пор как он улетел в Шанхай, он процветает и богатеет. Да половина Чайнатауна оказалась здесь только благодаря ему.
— Может, он и впрямь про тебя позабыл? — оптимистично предположила Лус.
Уна нахмурилась.
— Ты погоди. Сперва взгляни вот на это.— Она ненадолго вышла и, вернувшись, поставила перед Лус прямоугольную картонную коробку.— Лестер Лю мне вот что прислал. Да загляни внутрь, не бойся.
Лус опасливо приподняла крышку — как если бы ожидала увидеть внутри скорпиона или отрезанное ухо. А вместо того вытащила дракона. Бронзовую статуэтку Фу-цзяня, китайского дракона, хранителя потаенных сокровищниц. Именно он стал символом для свирепой преступной банды, взявшей себе его имя. Кто-то шумно охнул. Возможно что и я.
— Узнаете? — осведомилась Уна.
Все мы видели этого дракона прежде. Несколькими месяцами раньше я обнаружила его в сумочке, принадлежавшей похищенной девочке по имени Мици Миллиган. Древняя статуэтка оказалась ключевой уликой, что вывела нас к логову банды «Фу-цзянь». Сидония Галацина прятала там жертв похищения, надеясь заманить Кики на верную смерть. Той же ночью полиция совершила налет на тайное убежище, а дракон таинственным образом исчез.
— Вы понимаете, что это значит? — Уну била мелкая дрожь.
— Это значит, что Лестер Лю осознает: ты входишь в состав группы, которая нанесла непоправимый урон его контрабандной деятельности,— отметила я,— Ты, Уна, здорово влипла.
— Это точно,— согласилась она.— Почему и взять не могу в толк, с какой стати ему приглашать меня на ужин.
— Что?! — воскликнула Лус.
— Всех вас он тоже пригласил.
— Что?! — в свою очередь поразилась Кики.
— Дракона доставили по почте как раз тогда, когда ты исчезла,— принялась оправдываться Уна.— Я хотела сперва переговорить с тобой, но к тому времени, как ты вернулась, мы уже были слишком заняты: охотились на белок да прочесывали туннели в поисках чужаков.
— Ты хочешь сказать, что Лестер Лю и меня знает? — Бетти была на грани обморока.
— Не думаю, что ему известно твое имя,— успокоила Уна.— В записке говорится просто-напросто: «Приглашаются также Кики Страйк и ваши одаренные подруги».
— И на когда же назначен этот ужин? — осведомилась Кики.
— На пятницу.
— То есть у нас в запасе полтора дня.— Я прямо-таки слышала, как в голове Кики кипят и бурлят идеи.— Жаль, что на подготовку так мало времени. В любом случае, не думаю, что стоит идти всем шестерым. Это ловушка, и не следует нам находиться одновременно в одном и том же месте. Мы с Ананкой охотно сопроводим тебя, Уна.
— Спасибо, что про меня не забыла,— буркнула я, гадая, и почему это все самые неприятные поручения выпадают именно на мою долю.
— Не за что,— подмигнула Кики.
— Кстати,— нервно улыбаясь, встряла Уна,— это не столько вечеринка, сколько торжественный вечерний прием. Форма одежды — вечерние платья.
Я застонала, и в эту самую минуту в столовую заглянула миссис Фэй. Момент был выбран крайне удачно; на мгновение я даже заподозрила, что старушка подслушивала. Миссис Фэй коротко переговорила с Уной.
— Мальчик пришел в себя,— возвестила та.
Остальные торопливо вышли из комнаты, а я потянула Кики назад. Дернула я ее за руку слишком сильно; Кики обернулась ко мне, скупо улыбаясь и давая понять, что она того и гляди даст сдачи.
— Ты ведь знала про Лестера Лю? — прошептала я.
Льдисто-голубые глаза Кики неотрывно глядели на меня.
— Да, знала,— отозвалась она.
— И давно ли?
— С самого начала.
— А ты не считаешь, что тебе следовало поделиться этой информацией с остальными? — не отступалась я.— Вообще-то предполагается, что мы — команда. Мы не можем позволить себе таких секретов.
— То есть я должна была обо всем рассказать тебе? Ничего личного, Ананка, но это же не моя тайна, не мне ее и разбалтывать.
И хотя Кики попала в самую точку, мне было крайне досадно думать, что они с Уной скрыли правду от остальных, точно от детей неразумных, не способных хранить секреты. Мне вспомнились тысячи понимающих взглядов, которыми эти двое обменивались на протяжении многих лет, и я внезапно почувствовала себя полной дурой.
— Как благородно с твоей стороны,— усмехнулась я.— Но это же не безвредный пустячок, нет? На случай, если ты позабыла: банда «Фуцзянь» помогала твоей тете завлечь тебя на верную гибель. Если бы дочка Лестера Лю надумала перейти на темную сторону, сейчас бы ты со мной не разговаривала.
Но Кики на подначку не купилась.
— Первое правило работы в команде — это доверять друг другу. А если ты человеку доверяешь, то и не лезешь в его секреты. Подруга сама тебе все расскажет, когда сочтет нужным. Совсем не обязательно знать о человеке всю подноготную, Ананка.
— Почему нет? Почему я должна доверять Уне, если она не доверяет мне? Откуда мне знать, что она не скрывает тайн еще более опасных?
— Уна тревожилась, что все остальные, как только узнают ее секрет, посмотрят на нее другими глазами,— разом ощетинилась Кики.— Получается, она была права?
Мы вошли в гостиную. Мальчик-найденыш сидел, прислонившись спиной к подлокотнику тахты и вытянув перед собой ноги. Миссис Фэй закутала его одеялом и каким-то образом умудрилась умыть его и расчесать иссиня-черные, до плеч волосы. При виде шести Иррегуляров исхудалое лицо мальчика побледнело еще больше, а длинные изящные пальцы вцепились в край одеяла. Уна придвинула к тахте стул и заговорила с найденышем на языке хакка. Поначалу мальчик только глядел на нее во все глаза, открыв рот. И он был отнюдь не первым на моей памяти, у кого от красоты Уны дыхание перехватывало. Наконец он собрался с духом и хрипло ответил.
— Его зовут Юй,—перевела Уна.— Ему шестнадцать лет, он из Тайбэя. Он хочет знать, куда попал и кто мы такие.
— Скажи ему, что он в Нью-Йорке. Скажи ему, что мы спасли его от крыс,— велела Кики.
— А потом спроси, как он оказался в туннелях,— добавила я.
Юй оглядел нас всех по очереди и только тогда ответил.
— Он говорит, что примерно с месяц назад его похитили по дороге в школу. Двое каких-то негодяев схватили его и препроводили на корабль. Там, внутри, были еще дети — по меньшей мере дюжина, может, больше. Он узнал одну из девочек — она училась в той же школе. Он хотел заговорить с ней, но охранники глаз с них не спускали ни днем ни ночью. Плавание было долгим; многих пассажиров просто наизнанку выворачивало. Когда корабль наконец причалил к берегу, их всех связали, запихнули в деревянные ящики и отвезли в какое-то здание. Он попытался бежать, но его поймали и швырнули в комнату отдельно от остальных. Там-то он и обнаружил дверцу в полу.
Он говорит, что блуждал в туннелях несколько дней; сам точно не знает, как долго. Никак не мог найти выход. Там, под землей, не было ни души. Только гигантские крысы и скелеты. Он уж думал, что попал в преисподнюю. Со временем силы его иссякли, убегать от крыс он уже не мог; тогда забрался в ящик и приготовился к смерти.
— А как насчет нашей находки — китайской статуэтки? — спросила Кики.— Где он ее взял?
— По его словам, на корабле было множество деревянных ящиков. У одного отошла доска. Он засунул руку внутрь н нащупал статуэтку. Он спрятал ее в школьном ранце. Решил, что если ему удастся спастись, то эта улика позволит полиции опознать похитителей.
