Итак, Рид пока держит слово и не рассказывает никому, что она здесь, с ним. Она уверена: он выполнит обещание, так как он честный человек, и ей не о чем беспокоиться.
Но даже когда она говорила это себе, сердце ее болезненно сжималось. Возможно, Макс или Рид никогда не причинили бы ей боль, но она сама делала это. И чем дольше она оставалась здесь, тем больнее было. Нужно выбираться отсюда…
И что будет, когда они вернутся в Иствик? Они пожмут друг другу руки и скажут: «Спасибо за проведенное вместе время, еще увидимся»?
Нет, она не вынесет этого. Она может совершить какую-то глупость, заплакать, например. И Рид почувствует себя неловко. О боже! Невыносимо думать об этом. Лучшее, что она могла сделать для них обоих, — это быстро разорвать отношения и уехать домой сейчас же.
Решение принято, она вскочила с кровати. Электронные часы показывали ровно четыре. Хотя Рид обещал вернуться не раньше шести тридцати, Фелиция знала: нужно поспешить, так как она должна быть уверена, что у нее достаточно времени для отъезда.
Слава богу, ее обратный билет у нее. Она была уверена, что если доплатить, то можно попасть на сегодняшний рейс.
За пять минут Фелиция упаковала все свои вещи, переоделась в брюки цвета хаки, черный вязаный топ и удобные черные ботинки. Спустя десять минут она проследовала за портье к лифту, через двадцать пять уже садилась в такси до аэропорта Косумеля.
Глаза ее были полны слез, но она не оглянулась.
Рид сыграл три энергичные партии в теннис и чувствовал себя великолепно. По сути, он даже не мог вспомнить, когда чувствовал себя лучше. Солнце, вода и хорошая пища совершили с ним чудо, но главной причиной его прекрасного настроения была Фелиция.
Она продолжала его удивлять, каждый раз раскрываясь перед ним с новой, ранее неизвестной ему стороны. Сегодня, когда она рассказывала о своей бабушке и ее любимой броши, он снова вспомнил, через что ей пришлось пройти в своей короткой жизни и сколько мужества ей для этого потребовалось. Его жизнь была блеклой и неинтересной по сравнению с ее жизнью.
— Эй, Рид, не хочешь пообедать со мной и Дженни?
— Спасибо, Бред, — сказал Рид своему партнеру по теннису. — Но я уже забронировал столик на Меса. — Ему просто повезло заполучить его. Ресторан был одним из недавно открывшихся на острове и в короткое время стал самым популярным.
Махнув Бреду рукой на прощанье, Рид направился к вестибюлю и дальше к лифтам. Первое, что он увидел, когда вошел в свой номер, — это мерцающий значок сообщения на автоответчике.
— Привет, Фелиция, я вернулся, — возвестил он, предполагая, что она в ванной. Затем подошел к телефону и нажал на кнопку для прослушивания сообщения.
— Рид, — сказал мужчина, — это Макс. Извини, что беспокою тебя во время выходных, но у меня есть один небольшой вопрос. Перезвони мне, как только сможешь.
Оператору отеля потребовалось несколько минут, чтобы соединить их, но, когда она справилась, Макс ответил почти сразу.
— Привет, Макс, что случилось? — проговорил Рид.
— Ты помнишь Хьюго Манчестера? — спросил Макс.
— Британец, который был в «Росдейл Фармс» незадолго до моего отъезда?
— Тот самый.
— Что с ним?
— Он сегодня звонил. Собирается приехать в следующем месяце и хотел узнать, не сможем ли мы выкупить его лошадей.
Рид ненадолго задумался. У Манчестера было несколько хороших экземпляров, включая племенного жеребца, которого Рид захотел приобрести сразу, как только увидел.
— Сколько он просит?
Макс назвал сумму, и Рид присвистнул.
— Я не знаю, смогу ли столько собрать. Предполагаю, он хочет продать часть табуна.
— Я уже спрашивал его. Я сказал, что ты бы не прочь купить Сэра Джеймса, но Манчестер отрезал: либо все, либо ничего.
— Проклятье! — пробормотал Рид. — Пожалуй, я ему перезвоню и скажу, что мне нужна по крайней мере неделя, чтобы принять решение.
— Ладно.
— Что-то еще?
— Хм… Еще одна вещь. Когда я первый раз попытался сегодня дозвониться до тебя, то подумал, что оператор по ошибке соединила меня с другой комнатой, потому что к телефону подошла женщина.
Рид застыл. «Фелиция… черт!»
— И?.. — осторожно спросил он.
— Я извинился, затем перезвонил и во второй раз попал на твой автоответчик.
— Понятно.
— Дело в том, босс, до того как оператор соединила меня повторно, я сказал ей, что она предыдущий раз ошиблась. Она ответила, что все сделала правильно. Я сказал: этого не может быть, так как к телефону подошла какая-то женщина.
Рид знал, что будет дальше.
— И потом она сказала, что, возможно, это была сеньора Келли.
Рид ненавидел лжецов, но в этом случае он знал, что у него не было выбора.
— Ну что ж, ты подловил меня. Я здесь действительно не один.
— Ну… я так и предполагал. Но меня беспокоит другое. Та женщина, которая ответила по телефону… ее голос был очень знакомым, и чем больше я думаю, тем больше мне кажется, что это была Фелиция.
— Фелиция? Ты имеешь в виду Фелицию Фарнсворт?
— Да, я имею в виду именно ее.
Господи, что же ему теперь делать?
— Такие вот дела, босс, — безжалостно продолжил Макс. — Я понимаю, ты можешь сказать мне, что это не мое дело, но давай остановимся на том, что это была именно Фелиция. Я не знаю, значит ли она для тебя что-то или нет, но ее отец был моим другом, и она всегда была частичкой моего сердца. Она пережила тяжелое время, потеряла родителей, и потом этот сукин сын, ее бывший муж, не пропускавший ни одной юбки, пока был на ней женат. В общем, я не хочу, чтобы она страдала. И никому не позволю вновь причинить ей боль.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Рид уставился на телефон. Если бы кто-то другой разговаривал с ним таким тоном, он ответил бы в жесткой форме. Но он уважал Макса и не хотел лишиться его дружбы.
— Я тоже не хочу причинить боль Фелиции, — произнес Рид наконец.
— Хорошо. Я рад, что мы поняли друг друга. Ладно, босс, до скорого. Увидимся в понедельник.
— До скорого, — эхом ответил Рид. Повесив телефонную трубку, он не кинулся на поиски Фелиции. Он прокручивал в голове разговор с Максом. Судя по всему, его старый друг был прав. Рид и сам не хотел, чтобы Фелиция страдала. Черт! Почему его не было в номере, когда Макс позвонил в первый раз? Меньше всего ему хотелось, чтобы Фелиция расстроилась из-за этого звонка и запаниковала. Может, она не поняла, кто звонил? Рид надеялся, что так и случилось. Ведь Макс не станет рассказывать о них никому. Судя по тому, что Макс сказал, он беспокоится за Фелицию, так же как Рид.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
