Раздался испуганный рёв большой зверюги, после чего она закрыла глаза и, покачнувшись, растянулась на полу в бессознательном состоянии. Штук десять чешуек к восторгу зверей упали рядом, звеня по полу, подобно скачущим монеткам. Роденты моментально принялись за трапезу.
Прости, Бру — без обид, но ты первая начала! Отоспишься и станешь хорошей пай-бабулей. Надеюсь, что твоему здоровью не сильно это навредит…
— Ты победила всемогущую Брунгильду?! — раздалось удивленное восклицание рядом.
— А они не кусаются? — спросил Дриус.
— Можете погладить, малыши не против, — ответила я, пытаясь в шерстяной толпе отыскать своего Уика.
«Я здесь! — пропищал он рядом. — Совсем маразм одолел председателя…»
— Да вообще, хабалка! Представь, пощечину мне хотела влепить!
«Ай-я-яй!» — прижав лапки к макушке, запричитал милаха.
После массовых обнимашек с пушистиками, звери вернулись в свой лаз. Нужно было вводить постепенное знакомство представителей королевства со зверятами. Мало ли, кто-то не выдержит и свалится в обморок после встречи с малышами.
В зал немедленно были вызваны оставшиеся члены Совета Пятерых и лекарь Астер.
Выслушав доводы свидетелей, было принято решение: временно, на месяц, отстранить Бру из Совета Пятерых. И так до следующего слушания. Это была хорошая новость, а плохая заключалась в том, что Брунгильда по-прежнему могла быть ведущей предстоящих конкурсов.
Но как объяснила Дариана, временно занявшая место председателя — каждому администратору отбора можно давать участникам не более одного задания. Да и выбирать правителя будет не Бру, а граждане королевства.
Глава 13. Неужели невеста не очнется
Иазон и Еферий. 4 дня назад
Мда. Наворотили мы кучу всяких глупостей в нетрезвом состоянии с братом… Больше никакой валерианы, а демоновой смеси с апельсолой и подавно! Все беды от выпивки — будь она неладна!
После того как меня и брата отчитала Брунгильда, вечером того же дня нас ждал серьезный, нерадостный разговор с родителями… Мама со словами: «Что же делать…», то и дело хваталась за сердце, а папа… Таким злым мы его видели впервые…
— Бездари на мою голову! Как вы могли так поступить? Испортить жизнь себе и своим близким! Вы хоть иногда задумываетесь о последствиях?! — это ещё выражения, сказанные в мягкой форме. В минуты, когда мама выходила за очередной порцией успокоительного, на нас с Еферием обрушивались тонны нецензурной брани, от которой уши сворачивались в трубочку.
Признаю — заслужили!
Никогда ещё в жизни не доводилось испытывать такого всепоглощающего стыда!
Прошёл день. Я потихоньку свыкался с тем, что действительность не будет прежней.
Мы с братом зашли в покои, которые выделили нашей непреходящей в сознание, подумать только, — невесте! Девушка по-прежнему спала. Никто не мог точно сказать, когда она очнётся, да и очнется ли вообще.
Я заметил кое-какие улучшения в её внешнем виде. Например, вместо нарисованных бровей появились естественные. Разноцветные волосы, губы на половину лица по-прежнему вызывали шок. Даже не представляю как с такой жить дальше.
Сказать, что я был огорчён — ничего не сказать. Скорее раздавлен и практически убит! В голове возникали вопросы о том, как мы будем делить одну постель на троих?! При размышлении об этом мне становилось не по себе, а взбудораженное воображение начинало рисовать картины, одну другой краше. И никак не получалось их вытряхнуть из своих мыслей.
В такие минуты я завидовал Еферию. Он по жизни не задумывался ни о чем. Его заботили только веселье, спорт и развлечения. По его мнению, в природе никаких проблем попросту не существовало.
— Ой, да не бери в голову, подумаешь, отругали. Я вообще думал о пробежке, когда Брунгильда верещала. А когда с нами говорил отец, то представлял как он эти слова адресует Совету Пятерых! — брат рассмеялся.
Как ему это удаётся? Я ломаю голову, как дальше быть, а он издевается! В такие моменты я готов был придушить его.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Эй-эй, брат, не кипятись! Ты сейчас похож на чайник! Не хватает пара из ушей и носика! — всё также пребывая в отличном настроении духа, он на мгновение поднял руки вверх, как будто сдавался, и снова захохотал.
— Думал о пробежке, потому что представил как уносишь от Бру ноги, что ли? — немного смягчившись, скептически хмыкнул я. И правда, виноваты мы оба. А не только он. Нужно продумать как выпутываться из того, что успели с ним наворотить. По самое не хочу залезли в отходы и не факт, что если и выберемся оттуда, то нам удастся отмыться!
Меня поражали подобные умения Еферия — не задумываться ни о чем:
— А как же наши родители. Ты видел их лица? Ты вообще был там со мной?! — снова начал возмущаться я.
— Да, брось, дружище, не парься! Прорвёмся!
— И как ты это себе представляешь?! — воскликнул я, а потом мои брови поползли вверх.
Еферий подошёл к бессознательной девушке и приоткрыл простынь. На ней по-прежнему было надето сексуальное короткое платье, облегающее её тело везде, где только можно и нельзя. Брат пожал плечами, накрыл простыней её голову, но перед этим снял странную красную тряпочку с её головы.
Он начал с интересом рассматривать шляпку девушки.
— Иазон, да это и правда элегантная версия панталон… Только не понятно почему они надеты несколько на другое место…, - удивился он.
— Может сию метаморфозу спровоцировал переход в наш мир. И панталоны сначала сползли, а затем залезли на голову? — надтреснутым голосом спросил я, судорожно сглотнув слюну, удивляясь своей реакции на девушку.
Еферий наклонился и положил вещь под подушку. Голова девушки всё также находилась под простыней.
— И всё-таки тело шикарное, — изрёк он, любуясь невестой, — как видишь, не всё так плохо, — продолжил он, — а лицо. Да, может Астер что-то придумает. Не он, так попросим его новую ученицу, которую мы призвали с Айона.
— И ты думаешь, что она так просто прибежит помогать? Да эта избалованная принцесса, между прочим, не рада находиться в нашем королевстве. С чего вдруг она пойдет нам навстречу?
И здесь меня брат удивил. Он взлохматил рукой волосы на голове и проговорил с важным видом:
— Мне кажется, я ей нравлюсь!
— Погоди, ты и эта гордячка?.. — поинтересовался я.
— Не то, чтобы мы вместе. Не на мой вкус: худощавая, да и поведение так себе… Но я не против, — брат выразительно поиграл своими бровями, — будем работать с тем, что есть!
Я прокашлялся, сел на кресло возле невесты и поражённо уставился на Еферия.
— А что тебя так удивляет? Вступать в связь с девушками не запрещается, тебе ли этого не знать, мистер всезнайка! — рассмеялся брат.
Неожиданно однако. Но да, он прав.
— А ты подумал о чувствах Ремза?
— К кому? К големам что ли? Так я не претендую! Всё по-честному — ему живую глину, а мне настоящую девушку.
— Чужую невесту! — поправил я.
— Чужая, родная… Хоть ты не читай мне морали.
— А как же твои зажимания в углу с Лилит на прошлой неделе? — спросил я, — синяк еще не до ко конца исчез с твоего лица, а ты уже переключаешься на следующую девушку?
— А что такого? Одно другому не мешает, — изрёк брат, поднимая указательный палец вверх, — тем более Патрик под моим глазом хорошо дал понять, что против того, чтобы я был с Лилит. Так что, сейчас я полностью свободен!
— А как же наша призванная? — не унимался я.
— Не будь занудой!
Раздались шаги, и в дверном проёме показались Астер и светлоокая прекрасная Илланиуэла.
— При взгляде на неё хочется лечь и больше не вставать, — прошептал брат мне на ухо, за что я наступил ему на ногу.
— Ай! — вскрикнул он. Но наткнувшись на мой укоризненный взгляд, тут же ретировался и отошёл немного в сторону от кресла, с которого я встал, чтобы поприветствовать вошедших.
Эльфийка шёлковым шорохом лёгкого платья цвета сочной травы вплыла в комнату и окинула нас большими голубыми глазами. Её длинные белые локоны были уложены в замысловатую причёску, подчеркивающую все прелести смазливого личика со слегка вздёрнутым носом.
