Джоселин недовольно поморщилась. Она знала, какой видит ее сын. В брючном костюме, годном для молодежи, накрашенную, всю в бриллиантах. Но все это лишь камуфляж, тот барьер, который она возводила, когда рядом находился сын. Ее шарм, отточенные манеры, деланное спокойствие. Все это предназначалось только для того, чтобы не волновать своего ребенка. Но теперь придется его огорчить. Нравится это ему или нет, но у нее нет другого выхода. Дела пошли вкривь и вкось, и пора ему наконец узнать правду. Всю правду, независимо от того, какую высокую цену ей придется заплатить. Даже если это приводит ее саму в ужас…
— Какая замечательная посудина, Дэмон, — тихо произнесла она, пытаясь поосторожнее подобраться к главной теме.
— Теплоход, мама, — поправил ее Дэмон с кривой усмешкой. Ведь она все же вдова судовладельца, и Дэмону часто действовало на нервы ее полное равнодушие к этому бизнесу.
Джоселин прикусила губу, сразу почувствовав его осуждение. Но как толком объяснить ему причину, заставлявшую ее постоянно соблюдать ощутимую дистанцию? Она повернулась к нему. Губы ее раскрылись, мольба о понимании вот-вот была готова слететь с языка. Но, как только он посмотрел на нее, она увидела Майкла, его волевое, сосредоточенное лицо, глубину его серых глаз. Внутренняя боль и раскаяние в собственной вине заставили ее промолчать. Нужные слова застряли в горле. Торопливо она снова повернулась к морю. Ее спина была напряженно выпрямлена. Костяшки пальцев, вцепившихся в поручень, побелели.
— Ненавижу теплоходы, — отчетливо произнесла она холодным отстраненным тоном.
Дэмон в удивлении уставился на мать, на его лице отразился шок.
— Что такое? Почему это? С каких пор? — За всю свою жизнь он никогда не слышал от нее ни одного столь откровенного признания. По сути дела, впервые он почувствовал эмоциональность в ее голосе.
Джоселин, сделав с трудом несколько глотательных движений, схватилась рукой за голову. Она упустила момент для исповеди.
— Дэмон, только не сейчас. У меня ужасная головная боль, — спокойно объяснила она.
Дэмон в сильнейшем раздражении только качал головой. Лучше и не пытаться заставить ее все выложить. Он знал, что это такое — плохое настроение матери. Лучше ее не заводить. Все равно ничего не добьешься. Резко повернувшись, он зашагал прочь.
Джоселин глядела ему вслед, ее накрашенные губы обмякли, на глаза навернулись слезы. Скорее всего, ей так и не удастся совладать с собой и рассказать ему все. И не потому, что реальная угроза оказаться в тюрьме останавливала ее. И не потому, что все будут клеймить ее, называя убийцей. Нет, во всем виновата только эта пронзительная печаль, которую она только что видела в глазах сына. Но ей показалось, что печаль эта вот-вот обернется чем-то другим. Чем же? Отвращением? Ненавистью? Презрением? Может, всем разом. И не только. Сын, вероятно, не любит ее, но имеет ли она право осуждать его? Слава Богу, он хотя бы не ненавидит ее. На большее она не смеет рассчитывать. Но ведь… время иссякает. Если только то, что сообщили ей частные детективы о Джо Кинге, — правда…
Джефф Дойл вышел из-под душа, оделся и торопливо потянулся за амулетом. Он всегда очень неохотно расставался с ним, но медиум, который подарил ему амулет, предупредил, чтобы Джефф его ни при каких условиях не мочил, в противном случае защитная сила обернется против него самого.
Начиналась заварушка. И все происходило настолько стремительно, что лишь успевай поворачиваться. Интересно, как прореагирует Джо Кинг на такую новость. Бросив взгляд на часы, он быстро набрал по телефону лондонский номер. Раздалось всего два гудка, после чего трубку подняли.
— Слушаю, — как-то ворчливо прозвучал голос.
— Знаете, что вытворяет наша замечательная леди Рамона? Один сюрприз следует за другим. Вы никогда не говорили, какая она красавица. На той пожелтевшей карточке она совсем не такая, вы не отдаете ей…
— Прекрати болтовню, — приказал голос, на сей раз твердый как алмаз, резкий, невероятно строгий. — Ты встречался с ней?
— Пока нет, — признал Джефф.
— Почему? Я ведь предупреждал: это — первоочередное задание.
— Знаю, — заскрипел зубами Джефф, — но вы не сообщили мне, что она сразу же займется Александером.
— Что такое? Что она сделала?
Великий человек, оказывается, не такой уж бесчувственный, с удовольствием подумал Джефф с презрительной ухмылкой. Он не утратил способности удивляться.
— Ну-ка, разъясни, уточни, что ты имеешь в виду, делая такое заявление, — повторил босс теперь еще более резким тоном. Джефф ясно представлял, как тот сидит, ёрзая в кресле, а глаза его от злости сощурились, превратились в узкие щелочки.
— В первый вечер она так и не вышла из каюты, хотя получила приглашение к столу Александера, — начал он свой доклад, стараясь излагать как можно точнее, дабы ублажить Джо Кинга. — Я собирался уже подойти к ней на балу во второй вечер, но меня опередил Александер. На следующее утро они были снова вдвоем, и я поехал за ними в Порт-оф-Спейн и там, должен сказать, совсем не прохлаждался. Это вам далеко не праздничный пикник. По-моему, они осмотрели все туристические достопримечательности на острове, не оставив без внимания ни одного…
— Дойл, короче…
— О'кей. Но это кое о чем говорит. После такого продолжительного осмотра можно и в обморок упасть. Они устроились на скамеечке в очень романтическом парке, где обменялись не слишком романтическими поцелуями. Я на расстоянии чувствовал, с каким жаром они обнимаются. А поцелуй! Думаю, он прожег им губы. После этого они так приклеились друг к другу, что у меня больше не было сил лицезреть все это. Поняв, что дело швах, я вернулся на корабль, — не моргнув глазом, солгал он. На самом деле он отправился в район красных фонарей.
Лондонский собеседник долго молчал, выдерживая продолжительную паузу.
— Ты уверен в этом? — снова послышалось в трубке.
— Само собой. Я не знал, что мне делать в такой ситуации, и решил ничего не предпринимать, покуда не получу от вас новые указания.
— Молодец, правильно сделал, — похвалил его Джо Кинг. — Это во многом меняет дело, — добавил он потише.
Он недавно получил исчерпывающие донесения от нанятого им частного сыщика. Рамона никогда прежде не встречалась с Дэмоном Александером. Ей, по-видимому, ничего не известно об участии Кейта вместе с ним, Джо, в покупке акций "Александрии". Оба эти известия принесли ему громадное облегчение. Ясно, что в это дело впутывается и Рамона. Теперь ему казалось, что его талантливая дочь намерена осуществить тот же план, только сама по себе. Ну и что из этого? Как это отразится на его интересах? Пока он размышлял, Джефф на другом конце провода терпеливо ждал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
