Переливаясь в них различными оттенками, извиваясь, словно разноцветные змеи, в множестве отражений самого себя, он жил своею жизнью, устремляясь ввысь к вершине мироздания. На противоположной стороне некоторых зеркал тоже недоставало. На их месте была видна вода. И, как мне показалось, проплыла маленькая рыбка. «Значит там мой мир, мне туда», – сразу решил я.
Прочность и жёсткость этой огромной конструкции обеспечивали огромные внутренние двутавры (прочные металлические балки специального сечения), которые скрепляли между собой все грани пирамиды. Пока я разглядывал это чудо, ситуация с крысами стала совсем плохой. Они копошились у моих ног уже сплошным живым ковром, налезая друг на друга, сплетаясь в движущие меховые клубки, вынуждая меня, постоянно, ногами отпихивать их от себя. Длинные голые хвосты извивались между ползающими повсюду вонючими грызунами, усиливая ирреальность этой вакханалии. Я выпрямился. И в этот момент огромная серая тень устремилась вверх по ноге и попыталась укусить меня в районе колена. Огромные передние резцы прокусили джинсовую ткань, чудом не задев живое тело. Я инстинктивно дёрнул ногой, и хищник повис на челюстях, дергаясь из стороны в сторону, суча в воздухе когтистыми лапами. Огромный хвост стучал по полу. В ту же секунду ещё одна тварь решила напасть на меня и вцепилась в подошву кроссовка. Ситуация становилась угрожающей. Находясь в шаге от своего спасения, я мог не успеть сделать этот шаг и бесславно погибнуть.
Я навел пистолет прямо в морду хищника, меж безумно вращающихся глаз. Нажал спусковой крючок. Раздался грохот выстрела. Тело крысы разлетелось на кровавые куски, ошмётками мозга испачкав мне штаны. Перевёл ствол на второго нападавшего и снова выстрелил. Этому животному напрочь оторвало голову. Тело уже без головы отпрыгнуло, а затем безжизненно распласталось в кроваво-грязной луже. Вокруг поднялся страшный визг. Окружавшие меня мутанты сначала отпрянули, образуя вокруг меня свободное пространство, а затем вновь с неистовой злобой стали приближаться.
Я мысленно поблагодарил брата за предусмотрительность по поводу оружия. «Спасибо брату за гранату», – как-то само собой срифмовалось у меня в голове. Уже наугад «шмальнув» в колышущуюся серую массу, шагнул внутрь пирамиды. Сдвоенные двутавры, конечно, были огромны, но без ограждения, каких- либо перил и поручней, идти по ним было всё равно страшно. Я опустился на четвереньки и пополз.
Крысы в пирамиду не полезли. Говорят, что они умнее людей. Да, и живут на этой планете, всё-таки, без малого, пятьдесят миллионов лет. Может чего знают, чего не знаем мы. Но одна крысятина, всё-таки, свалилась с края и упала внутрь. Я остановился и прислушался, пытаясь уловить, хоть какой-то, звук. Тщетно. Сооружение было либо бездонным, либо заканчивалось на огромной глубине. Руки мгновенно вспотели. Я полз очень медленно. Путь казался вечностью. Наконец, я достиг противоположной наклонной стены и ухватился за край разбитого зеркала. Мои пальцы, не почувствовав никакой преграды, окунулись в воду. То есть, на месте разбитого зеркала был, как-бы, аквариум без стенок. Не было никаких преград, но вода не заливалась во внутрь, а удерживалась какими-то пространственно – временными субстанциями. Вполне естественно было предположить, что вода из одного мира не может попасть в другой, потому что её там просто нет. Но, я то мог одновременно быть и там, и здесь. Вот ради этого и возводился этот секретный объект, ради этого множество людей разных поколений и разных стран клали жизни на алтарь науки, чтобы познать тайны высшего разума, получить знания, предшествующих нам, цивилизаций. Теперь и мне повезло прикоснуться к этим невероятным и непостижимым явлениям. Чтобы окончательно поверить в это, я даже понюхал и попробовал на вкус жидкость с пальцев. Да, обыкновенная вода!
Пора было нырять. «Главное – не упереться головой в какой-нибудь потолок». Памятуя о том, что в районе верхушки никаких перекрытий не было, я решил держаться, в качестве ориентира, наклонной поверхности пирамиды. «Пусть будет чуть дольше, но зато не заблужусь и не попаду в тупик». Быстро раздевшись, я остался только в плавках и наплечной кобуре. «Ну, с богом». – Я вполне осознанно перекрестился, так как мои материалистические убеждения были серьёзно подорваны последними событиями. Набрав в лёгкие как можно больше воздуха, я нырнул в проём, постаравшись сильно оттолкнуться от него, чтобы придать телу максимальное ускорение. Была ночь, и я не мог по свету определить, как близко находится поверхность воды. Сначала я проплыл до верхушки, от которой ещё раз оттолкнулся, а потом уже двигался в полной темноте с единственным ориентиром – только наверх. Воздух закончился, лёгкие стало разрывать болью. Усталость и страх повисли тяжёлым грузом на руках и ногах. Я чувствовал, что ещё чуть-чуть и запаникую. Избавление от мук пришло неожиданно. Моя голова выскочила из водяного плена, и рот стал жадно наполнять лёгкие кислородом. Ни с чем несравнимые чувства блаженства жизни и возвращения на родину, домой охватили меня. Я был бесконечно счастлив. Как оказывается мало для этого нужно! Не буду подробно описывать мой путь в гостиницу. В нём не было ничего примечательного или необычного. Скажу лишь, что порадовался тому факту, что ночь была в том периоде, когда припозднившиеся гуляки и самые ненасытные из романтических влюблённых всё же добираются до своего ночлега, а самые трудолюбивые «жаворонки» всё еще пребывают в предрассветной неге, досматривая последний сон. Иначе не представляю, как бы я, голый и мокрый, добирался «домой». А, так, бег трусцой позволил мне не подхватить воспаление лёгких и быстро добраться до дверей главного корпуса. Благодаря неурочному времени, мне повезло и здесь. За стойкой регистратуры было пусто. Затаив дыхание, я «своровал» ключи от своего номера и «на цыпочках» прокрался в него. Небо уже существенно посерело, когда, предварительно заведя будильник на восемь часов, я «отключился», едва коснувшись подушки.
Часть 4. День третий. Глава 1
Проснулся я не выспавшимся. Осмотрел свой скудный гардероб и сделал вывод, что спортивный костюм и сланцы в сельской местности вещи, как необходимые, так и незаменимые. Похвалил себя за предусмотрительность. Разобрал пистолет и пошёл завтракать.
После завтрака позвонил брату и рассказал о событиях прошедшей ночи.
- Наверное, пора давать делу официальный ход, – сказал Юрий, внимательно выслушав меня. – Такие приключения уже жизненно опасны. Потом я никак не объясню своё бездействие.
- Давай, пока, будем считать, что я тебе ничего не говорил. Если начнётся официоз, Максаков и
