Я глянула на кухню. Конверт все еще лежал на столе. Не тронутый.
Он, должно быть, проводил меня взглядом, потому что пожал плечами и сказал:
— Ох, эти дурацкие бумаги! Они меня, мягко говоря, выбили из колеи. Но когда я хорошенько обо всем подумал, то понял, что это — ошибка. Адвокат твоей мамы услышал, что ее на этот раз не было немного дольше обычного и сделал поспешные выводы.
— Ты говорил с ней?
— Нет, — признался он. — Но я уверен, что прав. Не о чем волноваться, Бамблби. Как прошел твой день?
— Хорошо.
Мы оба врали, но я знала, что мои слова не были правдой, он же выглядел абсолютно уверенным. Как я могла напомнить ему о том, что на бумагах стояла мамина подпись? Как я могла вернуть его обратно к реальности? Это только заставит его снова запереться в спальне — или отправит на поиски бутылки — и разрушит этот момент притворного спокойствия.
И мне не хотелось быть той, кто пустит коту под хвост трезвость моего отца.
Шок. Поднимаясь вверх по лестнице в мою спальню, я решила, что он просто в шоке. Но его отрицание очевидного не продлится долго. Рано или поздно он проснется. Я только надеюсь, что это будет как можно скорее.
Я растянулась на кровати с учебником по математике, пытаясь сделать домашнюю работу, которую почти не понимала. Мои глаза, не переставая, возвращались к будильнику на прикроватной тумбочке. 3.28… 3.31… 3.37… Минуты текли, и задачи слились в неузнаваемые символы, похожие на древние руны. Наконец, я захлопнула книгу, признавая свое поражение.
Это ни в какие рамки не лезет. Я не должна думать об Уэсли. Я не должна целовать Уэсли. И я точно не должна была с ним спать. Черт, всего лишь неделю назад мне и разговор с ним показался бы чем-то ужасающим. Но чем больше земля уходила у меня из-под ног, тем более привлекательным становился Уэсли. Не поймите меня неправильно, я все еще страстно его ненавидела. От его высокомерия мне хотелось кричать, но его талант освобождать меня — хоть и временно — от моих проблем, был эйфорией. Уэсли стал моим наркотиком. Это, серьезно, ни в какие рамки не лезет.
Хуже всего то, что я соврала об этом Кейси, когда она позвонила в половине шестого.
— Эй, все хорошо? Боже, я не могу поверить, что Джейк вернулся. Ты, должно быть, с ума сходишь? Хочешь, я приду?
— Нет. — Я чувствовала себя на взводе, все еще поглядывая на часы каждые пять минут. — Я в порядке.
— Не держи все в себе, Би, — настаивала она.
— Я и не держу. Все хорошо.
— Я сейчас приеду, — сказала она.
— Нет, — ответила я быстро. — Не надо. В этом нет необходимости.
На секунду повисла тишина, потом Кейси снова заговорила, она казалась немного обиженной.
— Окей… но мы могли бы не говорить о Джейке, просто бы время вместе провели.
— Я не могу, — сказала я. — Я, эм… — На часах было пять тридцать три, через час можно ехать к Уэсли. Но я не могла сказать это Кейси. Никогда. — Я думаю лечь спать сегодня пораньше.
— Что?
— Прошлой ночью я засиделась допоздна, смотрела… фильм. Я вымотана.
Кейси знала, что я ей врала. Это было очевидно. Но она не стала задавать больше вопросов. Просто сказала:
— Ну… ладно тогда. Может завтра? Или на этих выходных? Тебе нужно поговорить об этом, Би. Даже если ты считаешь, что нет. Только потому, что он брат Джессики…
По крайней мере, она думает, что я вру ей, чтобы скрыть правду о Джейке. Пусть лучше думает так, чем узнает правду.
Боже, я отвратительная подруга. Но Уэсли тот, о ком необходимо врать. Абсолютно всем.
Когда часы наконец показалишесть сорок пять, я схватила куртку и бегом сбежала вниз, по дороге доставая из кармана ключи от машины. Я нашла отца на кухне, разогревающим пицца-роллы. Он улыбнулся мне. Натянув на руки перчатки, я сказала:
— Я вернусь позже, пап.
— Ты куда, Бамлби?
Ха, хороший вопрос. Этот момент я не продумала, но когда нет никаких варинтов, чтобы соврать, остается сказать правду… или хотя бы ее часть.
— Еду домой к Уэсли Рашу. Мы должны вместе написать сочинение по английскому. Я буду рано.
Пожалуйста, — подумала я. — Пожалуйста, пусть мои щеки не зальются краской.
— Окей, — ответил он. — Удачи с Уэсли.
Я поспешила из кухни прежде, чем сгорела от стыда.
— Пока, пап!
Я практически бегом подбежала к машине и очень, очень старалась не превышать скорость на шоссе. Я не собиралась получить первый свой штраф из-за Уэсли. Всему есть предел.
Но, если подумать, я уже много правил нарушила.
И что я делала? Я всегда издевалась над девчонками, которые спали с Уэсли, и вот стала одной из них. Я говорила себе, что между нами есть разница. Те девчонки думали, что у них есть шанс с Уэсли. Они считали его сексуальным и привлекательным — коим, в каком-то смысле, он и был, и верили в то, что он хороший парень, которого можно приручить, а я знала, что он — придурок. Мне нужно было только его тело. Никаких привязанностей. Никаких чувств. Мне нужно было чувство эйфории.
Делало ли это меня наркоманкой и шалавой?
Остановив машину у огромного особняка, я решила, что все мои действия оправданы. Люди с раком курят травку в медицинских целях; у меня была схожая с этим ситуация. Если я перестану использовать Уэсли для отвлечения, то сойду с ума, так что в конечном счете, я спасала себя от полного самоуничтожения и кучи счетов от психотерапевта.
Я поднялась по дорожке к дому и нажала на звонок. Секунду спустя щелкнул замок, и дверная ручка повернулась. В то мгновение, когда я увидела в дверном проеме улыбающееся лицо Уэсли, я поняла, что, несмотря на все мои отговорки, происходящее между нами было чем-то неправильным. Отвратительным. Гадким. Нездоровым.
И невероятно кружащим голову.
Глава 11
У меня на голове было воронье гнездо, какое бывает после секса. Пялясь в огромное зеркало, я пыталась привести в порядок свою каштановую вьющуюся кнопу, пока позади меня Уэсли натягивал обратно свою одежду. Раньше я и представить не могла себя в подобной ситуации.
— Ничего не имею против того, чтобы мною так пользовались, — сказал он, надевая обтягивающую черную футболку. Его волосы также выдавали его с головой. — Но мне хотелось бы знать, для чего меня используют?
— Чтобы отвлечься.
— Ну, это я и сам понял.
Его матрац скрипнул, когда он снова плюхнулся на спину на кровать и заложил руки за голову.
— От чего я должен тебя отвлекать? Знай я это, вполне возможно, смогу выполнять свою работу намного эффективнее.
— Ты и так нормально справляешься. — Я провела пальцами сквозь локоны — толку от этого было мало, но лучше я уже не сделаю. Вздохнув, я повернулась к Уэсли. К моему удивлению, он смотрел на меня с искренним интересом. — Ты на самом деле хочешь знать?
