еще и кричать начну. В прошлый раз только стонала, но и этого стражникам хватит с лихвой. Еще решат, что помираю во цвете лет, и полезут первую помощь оказывать. Как водится, дернут рубаху на груди, а там… короче, сами понимаете, отчего я выбрала такой странный способ возвращения.
– Стой, – вздохнула я, когда ворота оказались всего в нескольких шагах, а угрожающий хрип за спиной подозрительно затих. – Хватит, дальше не надо – успеем. Да и ребята пугаются.
Лин с облегчением выплюнул изжеванную веревку, настороженно косясь на замерших в воротах стражей. Но те не сделали ни попытки помочь, ни добить еще живую Тварь, ни остановить меня, когда я спрыгнула с седла и остановилась от нее на расстоянии двух шагов.
Кахгар какое-то время лежал неподвижно, искусно прикидываясь дохлым, а потом дернулся, попытавшись дотянуться мощной лапой, но не успел – мой меч оказался быстрее и с силой вонзился в багровую глазницу, расплескав по клыкастой морде отвратительную жижу.
– Живее, Лин! – Я быстрее молнии запрыгнула в седло и, послав шейри в галоп, на полном ходу пролетела мимо обалдевших воинов.
На подлете к первому же повороту меня ощутимо тряхнуло. Стоило Лину завернуть за угол, скрутило уже до золотых искр в глазах. А когда впереди показалась трактирная вывеска и мелькнули закрытые за засов ворота, я буквально рухнула на загривок шейри, уже чувствуя, как накрывает сверху темнота, с досадой подумала: блин… надо было использовать Эриол!
После чего уронила голову, не имея сил даже на ругань, и уже не увидела, как из внезапно распахнувшихся ворот босиком выбежал напуганный грохотом копыт Берон, а спешащая за ним, побледневшая, как смерть, супруга в отчаянии заломила пухлые руки.
Глава 12
На этот раз я очнулась быстро: не успели меня затащить в комнату и уложить на постель, занявшись неблагодарным делом – раздеванием, как в моей голове что-то щелкнуло, сработав на манер предохранителя, и моментально привело в чувство.
– Берон, не надо.
Хозяин вздрогнул, отнял руки от моей груди и неуверенно посмотрел.
– Господин?
– Не трогай. Я сам.
Он послушно отошел, глядя из темноты испуганными глазами, и побледнел, когда я с тихим стоном заставила себя сесть и помотала плывущей, как с перепоя, головой.
– Воды, – прошептала неслышно. – Нагрей. И тряпицы чистые принеси. Побольше.
От въевшейся в одежду вони было не сдышать. От меня снова несло, как из сточной канавы. Просто кошмар какой-то. Скоро насквозь пропитаюсь этими миазмами. Какая из меня тогда, блин, леди?
– Господин, вы ранены! – вскрикнул хозяин, когда меня ощутимо качнуло в сторону.
– Нет… это другое. Но воду все равно неси. Вымыться надо. И выспаться. Не буди потом. Сам встану. Обещай.
– Х-хорошо, господин, – нервно икнул трактирщик, когда я подняла голову и посмотрела на него неподвижным взором. – А вы не собираетесь умирать?
– Нет, – усмехнулась я, осторожно поднимаясь и чувствуя, как силы понемногу возвращаются. А еще чувствуя, как сыто шевельнулся в правой ладони Эриол. Черт. Надо было сразу его использовать, после того как Тени хватанули по максимуму. Он бы забрал на себя остаток, и тогда мне бы не стало так хреново. Ох, Гайдэ, Гайдэ. Стыдно забывать о таких вещах. – Как ни странно, не собираюсь: рано мне еще. Не все дела сделаны. Так что не бойся, не помру. Какая с меня тогда плата за постой?
Хозяин секунду неверяще смотрел на меня, как на привидение, а потом всплеснул руками.
– Да какая плата?! Я ж вам за духа… за домового… сам готов заплатить!
– А-а… приходил, значит?
– Приходил, – послушно кивнул Берон. – Все объяснил. Сказал, что вы его послали.
– Это да, – прошептала я, с трудом сделав два шага до окна. – Послать – это я могу… Лин?
Снаружи кто-то тихонько заржал, старательно подражая коню.
«Гайдэ? Ты как?»
«Лучше, чем в прошлый раз», – улыбнулась я, скорее почувствовав, чем увидев, как прокравшийся под окно шейри встал на задние лапы и пытается дотянуться до меня носом. Потом наклонилась, погладила бархатные ноздри и поспешила откинуться обратно, чтобы не вывалиться на улицу.
«Я к тебе скоро приду, – пообещал Лин, опускаясь на землю. – Как только они закончат, сразу приду».
«Боюсь, я к тому времени уже отключусь. Но сарай не забудь запереть».
«Да уж как-нибудь».
Я успокоенно доползла до постели и только тут поняла, что Берон так и стоит у стены, не зная, куда себя девать.
– Воду давай, – хрипло велела я. – А потом иди спать. Я один управлюсь.
– Но, господин…
– Ступай.
Берон тяжело вздохнул, но послушался. После чего из коридора послышался его громкий голос, будя успевших отправиться на боковую слуг, а я слабо улыбнулась: все-таки хорошо, когда есть кому о тебе позаботиться. И еще лучше, когда хотя бы о бытовых мелочах не надо волноваться.
* * *
Проснулась я, разумеется, поздно. Не к ночи, конечно, но далеко за полдень, с ноткой грусти отметив, что позднее пробуждение, кажется, превращается в дурную привычку. Но если раньше я воспринимала это как проявление свободы, то сейчас попросту выхода другого не было. Вчерашние геройства вымотали меня до предела, и раньше полудня я физически не могла оторвать голову от подушки или заставить Лина сделать это за меня.
Кстати, шейри тоже оказался здесь – развалившись на половину постели, он безмятежно дрых, закинув одну лапу на мой живот, а вторую плюхнул на оголившееся бедро, по-хозяйски свесив ее на простыни и прижавшись к моей груди холодным носом.
Хорошо, что дверь была заперта и никто этого не увидел: одной «извращенкой» я бы точно не отделалась. Пожалуй, меня бы и правда посчитали ведьмой. Причем склонной ко всяким зоофильским намерениям и даже оргиям. Бе. Не такая уж я плохая. А демону было просто-напросто наплевать, в каком виде я отдавала ему накопленную силу. Хоть одетая, хоть раздетая – главное, чтобы образованный с помощью Знака канал исправно работал. А все остальное его не волновало.
Осторожно поднявшись с постели и отодвинув стул от двери в ванную, я с удивлением и радостью обнаружила в соседней комнатке свою одежду. Чистую и сухую, что вообще невероятно. А рядом с ней – тщательно отмытую броню, которую чьи-то заботливые руки не только отдраили до блеска, но и аккуратно сложили, как будто опасались, что она могла помяться.
– Вот спасибо, – я против воли улыбнулась. После чего старательно умылась, уже привычно натянула тяжелую «сбрую», вздохнула, наткнувшись в зеркале на собственные глаза, горящие потусторонним синим светом. Невольно вспомнила вчерашний испуг трактирщика и всерьез озаботилась
