– А Альвира – королевского? – недоверчиво нахмурилась я.
– О да! – усмехнулся Лиридан. – Она – седьмая вода на киселе какому-то хиленькому, давным-давно обнищавшему, завшивевшему, а может – и почившему уже в бозе королю. Ну так, знаете: на одном солнышке онучи сушили. Зато гордится этим непомерно! Хотя сдается мне, если бы украшение действительно не давалось в руки никому, кроме дочерей королей, то Альвира вряд ли смогла бы щеголять им на балах. Артефакты – существа привередливые, их титулами не проведешь…
«Что-то ты, подруга, ошиблась чуток! – мысленно обратилась я к лениво следящей за мной взглядом змее на запястье. – Уж у меня-то, поверь, король даже нашему конюху через дорогу двоюродным кузнецом не приходился!» Та только ехидно шевельнула в ответ высунутым раздвоенным языком: мол, уж я-то лучше знаю!
– Да и вообще – титулы и звания придуманы для тех, чьи заслуги перед страной бесспорны, но народу этой страны неизвестны, – задумчиво отозвалась я. – Впрочем, иногда артефакты, даже заговоренные на кровь, ведут себя престранно…
– Например? – оживился Лиридан.
– Например, слышала я такую невыдуманную историю, что Сабля Беззвучного Наговора – это семнадцатый артефакт из Списка Тридцати Трех – была заговорена неким магом, считавшим, что болтливость женщины – это страшный грех, так, чтобы она убивала всех женщин королевского рода правящей тогда династии, если те будут изрекать больше одной фразы в тринадцать слов раз в месяц. Девушки от нечего делать перечитывали за свою жизнь всю придворную библиотеку, бродили в грустном немом одиночестве ночами под луной, сочиняли в мыслях стихи и говорили сплошными афоризмами: коротко, емко и мудро. За ними неизменно следовали недреманные писцы со свитками, дабы, не приведи Хранящие, не пропустить очередного Великого Слова и увековечить его для потомков. Замуж девушек отдавали просто со свистом: какому мужчине не хотелось иметь дома покорную, почти безмолвную жену? Королевство за счет удачных браков ширилось, процветало, пело и благоухало. Словом, все было слащаво до отвращения. Но вот однажды очередной король вдруг заподозрил свою милую кроткую супругу в измене. То ли родила она раньше срока, то ли чересчур была послушной, словно кошка нашкодившая, то ли еще там что-то не сошлось. Словом, пустяк, только мужчина со своим тупым педантизмом мог к такому прикопаться. И всех своих дочерей, как только им исполнялось года по два с половиной (чтобы могли хоть что-то членораздельно произносить), он заставлял говорить. Так и выяснял, его это дочь была или нет. Правда, посмертно…
– Грустно… – задумчиво отозвалась Власта.
– И что выяснил? – с любопытством покосился на меня Лиридан.
Я тихонько рассмеялась, предугадав этот его вопрос еще на середине рассказа:
– Все его оказались. А когда жена узнала, что он вытворил, пока ее в гости сплавил, так отказалась ему еще детей рожать. С тех пор династия и прекратила свое существование.
– Поучительная история, – хмыкнул Лиридан. – Не без морали.
– И какой же? – насмешливо прищурилась я.
– Женщины – это зло. А молчаливые женщины – это зло затихарившееся и оттого только еще более опасное! Хотя… Бегать за дочерьми Евы еще никому не повредило – опасно их поймать!
– Что? – оскорбленно вспыхнула Власта, пропустив между напряженными пальцами раздраженную искру. – Думай, что говоришь!
Я же только ехидно улыбнулась, угрожающе ласково приобнимая его за плечи и нежно мурлыча в ухо:
– Знаешь, есть два способа командовать женщинами… – Лиридан заинтересованно наклонился поближе ко мне, желая не пропустить ни единой детали. Я победно улыбнулась и с силой оттолкнула его, чуть не впечатав в стену: – Правда, их еще никто не придумал!
– Молчу-молчу, – испуганно замахал руками наемник, показывая, что сдается. – А то ж вы меня тут прямо и убьете!
Мы с Властой самодовольно переглянулись и ударили по рукам в знак общей победы.
Ворота выскочили перед нами мгновенно, йыр знает откуда, как выскакивает в темном переулке убийца или из-за угла наставник, резко и грозно гаркающий прямо в лицо: «Опять прогуливаешь?!» Благонадежные, кованые, заговоренные на совесть: по суетливым переплетениям выгравированной вязи задумчиво текли, мерцая при столкновениях, искры магии. Словом, банальные до омерзения.
– Ну и?.. – постучав по железным створкам согнутым указательным пальцем и недовольно поморщившись, обернулся к нам Лиридан. – Есть какие-нибудь гениальные предложения?
Власта осторожно пропассировала сооружение сверху донизу на предмет скрытых пружин, рычагов и прочих мелких радостей закоренелого вредителя, но таковых, к сожалению, не оказалось.
– Может, просто силовой волной долбануть? – в задумчивости проговорила она.
Я без особого рвения пожала плечами:
– Попробуй. Против лома нет приема. Но результата не гарантирую.
– Почему?
– А ты никогда не замечала, что те, кто гарантирует стопроцентный результат, всегда требуют предоплаты?..
Власта хихикнула и согласилась:
– Ладно, попробуем на свой страх и риск.
Она отошла на несколько шагов назад, встала потверже, чтобы был упор, – и резко всадила в двери силовую волну энергоемкостью в половину ауры. Я знавала ворота, которые от такого толчка имели все шансы разрушиться до основания, но здесь… Не было ничего.
Удар не срикошетил, отразившись, да еще с удвоенной силой (есть такая привычка у некоторых магических щитов – все удваивать в ответ), энергия не растворилась в воздухе, наэлектризовав его до предела, вообще создалось ощущение, что ворота впитали магию, как губка, и сыто облизнулись, еще ярче заблестев быстрее побежавшими искорками.
– Не судьба, – коротко резюмировал Лиридан. – Есть еще великие идеи?
Я неспешно подошла к воротам и, иронично хмыкнув, негромко постучала в них костяшками пальцев, крикнув:
– Эй вы! Есть кто живой? Ау!
– Гениально, – разочарованная провалом своей попытки, вполголоса проворчала Власта, скрывая смешок за кашлем.
Ворота неуверенно скрипнули, размыкая давным-давно сроднившиеся друг с другом створки… Я поспешно отошла назад, давая им место, чтобы разойтись.
– Откуда ты… – пораженно начала было чародейка, но я перебила ее резким небрежным взмахом руки:
– А, ерунда. Маги просто обожают ставить непроходимые препятствия, избежать которых может на деле даже ребенок. Это для них что-то вроде иллюстрации чьих-то там великих слов: «Будьте мудры, как змеи, и просты, как голуби».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
