Дело в том, что каждый банк выдавал чековые книжки, действительные на определённой территории, в другом регионе их требовалось менять на местные или созваниваться с банком, подтверждая платёж, что, конечно, было неудобно. Да и срок действия чековых книжек, как правило, не превышал тридцати дней, а если сумма была большая, то и на меньший срок. Обмен проходил быстро, в течение нескольких минут, поэтому в банке всё прошло довольно быстро, нам с Алёной открыли отдельный счёт, я настоял на выдаче ей отдельной чековой книжки, чтобы она не чувствовала себя ущемлённой в правах.
Следующим пунктом посещения был Аукционный дом Романовых, где нас уже ждали, так как управляющий договорился заранее о нашем посещении.
Дом был большим особняком, практически в центре города, но что понравилось, так это наличие большой стоянки перед ним, и когда наш кортеж заехал на неё, мы её заняли практически всю. Охранник, узнавший, что я клиент Дома, ничего не сказав, вернулся в охранную будку на въезде.
Нас с Алёной и тремя охранниками, двое из которых тащили внушительный чемодан на колёсиках, пропустили внутрь, где девушка на ресепшене, уточнив мою фамилию, вызвала молодого человека, который и проводил нас к управляющему домом. В кабинет нас пустили с Алёной, а охрана осталась ждать в холле.
Когда мы уселись в удобные и отделанные позолотой кресла, управляющий сказал:
— Рад приветствовать вас в Аукционном доме Романовых, меня зовут Алексей Вениаминович, я — управляющий этим домом, что привело вас к нам? Мне передали, что вы хотите выставить на аукцион часть украшений, в том числе и фамильных.
— Да, в результате земельного конфликта между мной и моим соседом, я стал обладателем его сбережений, но так как многие украшения имеют специфический вид, решил продать их. Тем более я не люблю, когда деньги не вложены, а лежат мёртвым грузом. Документы с перечнем изъятых украшений мне выдали в Полицейском Приказе, поэтому законность нахождения их у меня, подтверждена документально, — ответил я.
— Я понимаю ваше стремление, но вы уверены в своём желании? Фамильные украшения — это довольно специфический товар. Цена на них может быть как очень большой, так и практически нулевой, всё зависит от многих факторов, да и комиссия у нас не маленькая, — произнёс Алексей Вениаминович.
— Мне рекомендовали вас как лучших специалистов в этом деле, поэтому рассчитываю на вашу объективность и честность.
— В таком случае, давайте вначале оценим украшения, а потом обсудим всё подробно. Для этого у нас есть специальный отдел, где работают эксперты, прошу проследовать за мной, — сказал управляющий, и мы, выйдя, прошли на этаж выше, где была большая комната с довольно ярким освещением, покрытая мягким ковром, с большим столом, на котором были выставлены дополнительные светильники, лупы, весы и ещё ряд непонятных приборов. В комнате в углу сидело три человека, которые что-то обрабатывали под лупой, а судя по запаху, производили чистку украшений.
— Давид, нужно провести оценку, — обратился он к одному из работавших мужчин, после чего обратился к нам и сказал, — выкладывайте их на стол.
Открыв чемодан, я начал выкладывать украшения, плотно завёрнутые в мягкую ткань. На самом деле украшений было около сорока килограмм, и они лежали очень плотно, часть пришлось уложить в коробки. Чтобы они не смяли друг друга, но даже так работник Дома не выдержал и произнёс:
— Какое варварство, кто же так обращается с украшениями, да ещё и с фамильными.
— Давид, давай ты оставишь своё мнение при себе, — попытался урезонить Давида, управляющий.
— Да какое там, вот взять вот это ожерелье, чудо, что оно не повредилось, а ведь ему более трёхсот лет. Если не ошибаюсь, принадлежало ещё семье Юсуповых, а это очень не простой род. Вы не понимаете, что небрежностью могли повредить его, а это снизит стоимость в два, а то и в три раза. И вообще, вот эти украшения давно находятся в розыске, лет десять как, брошь исчезла из сокровищницы Морозовых, а вы знаете, кто это. Где вы всё это взяли? Как минимум, это выглядит подозрительно, а вот эти серьги были на Марии Николаевне в день похищения, боюсь, что мы должны поставить в известность Господина Романова, — произнёс Давид, посмотрев на управляющего, который был сам очень удивлён и даже посмотрел на мой перстень аристократа, желая убедиться, что я не мошенник или вор.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Не хотел этого говорить, но раз вы настаиваете, прошу позвонить Господину Романову, скажите, что к вам приехал Краевский, тот самый, и, конечно, я передам серьги, похищенные вместе с его дочерью. Заодно уточните, как её самочувствие сейчас, не нужна ли моя помощь, — произнёс я. Не хотел я светить своим знакомством, понимая, что боярин решит меня отблагодарить, а я в принципе не считал его чем-то обязанным мне.
— Я оставлю вас на несколько минут, а вы продолжайте выкладывать украшения, — произнёс управляющий.
Не успел я выложить всё на стол, как в комнату вернулся Алексей Вениаминович и сказал:
— Глеб Родионович, Николай Алексеевич желает с вами переговорить, он ждёт на телефоне.
Пройдя в кабинет управляющего, я взял трубку и сказал:
— Алло,
— Глеб? Что вы делаете в столице и почему не уведомили меня о своём приезде, я бы устроил вам пышную встречу. Я ведь ваш должник, а вы поступаете неправильно, — произнёс Романов старший.
— Именно поэтому и не сообщил, не хотел вас беспокоить, да и пригласили меня внезапно. Не смог отказать Княжеской канцелярии в приглашении, — ответил я.
— Ох, уж эта молодёжь, я же говорил вам, что вы меня ни в коем случае не стесните, да и Мария будет рада вас видеть, надеюсь, вы приехали со своей Алёной? Моя дочь часто вспоминает о вас. Очень надеюсь, что на вечер у вас нет никаких планов?
— Нет, мы только сегодня приехали, а все мероприятия начнутся завтра, — ответил я.
— Тогда жду вас сегодня на ужин, как освободитесь, наберите меня за час, ведь мой телефон у вас остался?
— Хорошо, мы с Алёной с удовольствием отужинаем у вас, — сказал я, решив не отказываться от приглашения.
— В таком случае жду звонка, а сейчас передайте трубку моему управляющему, — сказал Романов, и я передал трубку.
После разговора управляющий прям-таки изменился в лице и стал сама любезность. Мы вернулись к оценщику, и тот сказал пару слов на ухо Давиду, после чего тот стал относиться ко мне совершенно по-другому. Опись всех украшений заняла около трёх часов, всё освободившееся время Алёна провела в соседнем салоне красоты, узнав про вечерний ужин с семьёй Романовых.
Описав все украшения и разложив их по одним понятным Давиду параметрам, их убрали в сейф, выдав мне расписку с ориентировочной стоимостью, после чего мы втроём проследовали в кабинет управляющего.
Когда управляющий уселся за стол, а я в удобное кресло, Давид встал с боку от управляющего, который долго изучал список и потирал при этом виски.
Минут через пять напряжённого молчания, управляющий произнёс.
— Николай Алексеевич,просил обработать ваш заказ вне очереди и без тарифа с оплатой только положенных пошлин и минимальных расходов. К тому же попросил оказать полное содействие, а при необходимости всё подробно объяснить. Так вот, все украшения, привезённые к нам, как бы это выразиться, «с душком». Их явно приобрели на чёрном рынке или даже украли. То, что у вас имеется бумага от Полицейского Приказа, данные мы уже проверили, они внесены в единый реестр, всё это очень хорошо, и к вам претензий не будет, только вот аристократы — это такие люди, которые не любят таких вещей. Большая часть украшений, фамильные драгоценности, и их можно продать очень выгодно, только вот я бы рекомендовал часть из них вернуть их владельцам совершенно бесплатно. Понимаю, что, возможно, это звучит странно, но так вы сможете избежать многих проблем. К примеру, фамильные украшения Юсупвых, они были украдены во время попытки уничтожить наследника Рода. Их стоимость может варьироваться от ста тысяч рублей до миллиона, но сами Юсуповы ни за что не выкупят их напрямую, а вот их противники могут это сделать, что поставит вас в довольно неприятную ситуацию. Иметь во врагах такой род я вам не советую, в то же время они никогда не были неблагодарными, поэтому найдут, как вас отблагодарить, хоть, возможно, это произойдёт не сейчас, а через десять или двадцать лет, но поверьте их помощь того стоит. Часть украшений я вообще не стал бы продавать вместе со всеми, а выждал бы как минимум полгода. Одним словом, если вы нам доверяете, то я составлю график продаж и рекомендации по реализации или по возврату фамильных ценностей. Комиссия, как я уже сказал, будет около пяти процентов только для покрытия текущих расходов. И процент участия других учредителей, так как десять процентов имущества Дома принадлежит определённому кругу лиц, которые помогают решать вопросы с легализацией серых украшений, чтобы избежать ареста на длительный срок и прочих трудностей.
