13 мая я сопровождал их высочества на освящение коронационного убежища для неимущих и неизлечимых в Сокольниках на Ермаковской улице, а 15-го мая – в Александровское убежище увечных воинов[543] в селе Всехсвятском, там же находился и Алексеевский приют для офицеров, в котором содержалось в то время около 30-ти неспособных к труду офицеров. Среди них были и старики, и молодые, их высочества с каждым говорили, расспрашивали их.
18 же мая, также в присутствии их высочеств, освящен был Елизаветинский приют имени великого князя при почтамтской церкви. 20-го мая в Москву приехал великий князь Владимир Александрович с женой великой княгиней Марией Павловной и дочерью великой княжной Еленой Владимировной. Они внесли большое оживление; на другой день своего пребывания они посетили вместе с моими высочествами Германскую выставку в Строгановском училище и вечером уехали обратно в Петербург. 26-го великий князь в моем сопровождении проехал на Ходынское поле в лагерь, где неожиданно подъехал к баракам Военного госпиталя и обошел все палаты, не исключая и заразных, последних уже перед отъездом. На другой день их высочества переехали в Ильинское, я остался в городе, так как был очень занят в попечительстве трезвости. Великий князь по моей просьбе разрешил мне четыре дня жить в городе и на три дня приезжать в Ильинское. Я был очень рад такому решению, это давало мне возможность спокойно работать, а поездки в Ильинское, после четырехдневной усиленной работы, доставляли мне большое удовольствие, тем более что в июне туда приехала моя сестра с детьми Павла Александровича.
5 июня получено было известие о рождении у императрицы четвертой дочери, названной Анастасией. Это было большим разочарованием, так как ждали наследника. Великая княгиня Елизавета Федоровна выехала в Петербург к императрице, а 7-го числа в Москву прибыл генерал-адъютант князь Долгорукий, командированный по древнему обычаю государем как «вестник радостного события о рождении царственной дочери».
Он привез рескрипт на имя великого князя как генерал-губернатора для объявления первопрестольной столице о радостном событии в царской семье.
Великий князь вызвал к себе представителей всех сословий и, объявив им о рождении великой княжны Анастасии Николаевны, прочел рескрипт, данный на его имя. В этот же день в Городской думе состоялось чрезвычайное торжественное собрание, на которое великим князем был командирован Гадон для объявления высочайшего манифеста. Городская дума по старинному обычаю поднесла князю Долгорукому, как радостному вестнику, очень красивый кубок на память от Москвы, а у великого князя состоялся завтрак, на который были приглашены высшие должностные лица и сословные представители.
Вскоре после этого, 14-го числа, великий князь уехал в Петербург на крестины новорожденной великой княжны и возвратился 21-го.
Я не сопровождал его и остался в Москве. В это время канцелярия попечительства трезвости была уже вполне сформирована и устроена в доме Горчакова, Я проводил там почти все свое время. С Бильдерлингом было очень приятно работать, он предоставил мне полную самостоятельность и только иногда между нами происходили мелкие разногласия при назначениях. Он был человеком крайне добрым и снисходительным, не умел отказывать, чем многие пользовались и рекомендовали ему часто людей неподходящих; я старался в таких случаях противодействовать, это бывало, конечно, ему неприятно, но он всегда мне в конце концов уступал.
9 мая 1901 года получено было сообщение министерства финансов об открытии кредита попечительству в размере ста тысяч рублей, а 26-го июня состоялось первое заседание комитета в помещении канцелярии попечительства в Спасском переулке в доме князя Горчакова.
Открывая это первое заседание, председатель в своей речи указал на то, что «в основу деятельности попечительства должны лечь любовь к рабочему люду и забота о нем, а средством и орудием проявления этой любви – просвещение; причем оно может выразиться: 1) в доставлении рабочему люду разнообразных, здоровых и дешевых развлечений, 2) в содействии народному образованию и 3) в развитии у массы бедного люда чувства общительности, а отсюда сами собою вытекают три задачи: 1) увеселительная – устройство народных гуляний 2) образовательная – открытие читален, библиотек, аудиторий и 3) общественная – устройство столовых и чайных. Все эти учреждения должны иметь целью удалить рабочего с улицы и из кабака, пользоваться же ими он должен отнюдь не даром, а за плату. В развитии этой основной мысли желательно иметь соответствующие учреждения во всех частях города Москвы».
Эта программа, предварительно одобренная его императорским высочеством московским генерал-губернатором и министром финансов для безотлагательного приведения в исполнение, легла в основу всех дальнейших действий комитета. Тут же было решено: приискав соответствующее помещение, открыть народную столовую на Хитровом рынке и народный дом, т. е. столовую, чайную, читальню и аудиторию, в Грузинах как местностях, наиболее заселенных бедным и нуждающимся людом.
Что касается до управления новыми учреждениями, то постановлено было: заведование поручить офицерам как людям более привычным управлять массами при большой ответственности и строгой дисциплине, знакомым с ведением обширного и сложного хозяйства в деле дешевого массового продовольствования людей и вообще как надежным, исполнительным и опытным привычным начальникам, одинаково способным исполнять и приказывать.
В этом же заседании были избраны из среды комитета три члена ревизионной комиссии, в состав которой вошли: председателем – К. Ф. Шрамм, членами – Н. К. фон-Вендрих и Н. И. Говоров.
Для наблюдения за санитарным состоянием открываемых попечительством учреждений и за доброкачественностью съестных припасов постановлено пригласить врача; для просмотра всех контрактов и условий, заключенных попечительством с частными лицами, – юрисконсульта, а для наблюдения за строительными работами и заведования ими – архитектора.
Врачом приглашен был врач Московского вдовьего дома А. А. Реми; юрисконсультом – присяжный поверенный Л. Э. Трейтер, юрисконсульт городской управы, и архитектором – гражданский инженер В. К. Сероцинский, архитектор Московского губернского правления.
Эти три лица были утверждены министром финансов и вошли в состав комитета.
Для наблюдения за народными чтениями, читальнями и библиотеками комитетом была утверждена комиссия под председательством директора народных училищ В. С. Новицкого из трех лиц: Д. С. Сосницкого, Д. Ф. Суворова и С. С. Булыгина. В таком составе и начал свое действие комитет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
