Райф кивнул, не в силах вымолвить ни слова.
С помощью Арка он подвязал веревку вокруг груди. Сулл проверил все узлы и заботливо расположил веревку так, чтобы Райф не повредил себе рук во время спуска. Пятнадцать футов — высота не большая, но от падения на каменистое дно можно поломать себе кости. Райфу уже доводилось ходить по руслам высохших рек, но он не имел понятия, что ждет его под ледяной корой Кис Массо.
Арк прижал его руки ко льду, и Райф опустил ноги в прорубь. Сулл, напрягая мышцы под рысьим мехом, перенес вес Райфа на веревку. Райф взялся за нее руками в перчатках. Он думал, что приготовился к боли, но ошибся. Белый огонь боли прострелил его руки до самого сердца. Ему показалось вдруг, что из-за раны на запястье у него сейчас оторвется кисть. В испуге он разжал пальцы и чуть не рухнул вниз.
Мир, в котором он оказался, был холоден и тих, как молельня. Голубой льдистый свет окружал его, как вода упавший на дно камень. Райф слышал, как бьется его сердце. Воздух, застоявшийся подо льдом, прокрался в рот и в ноздри. Арк потравил веревку. Из-за того, что Райф висел на ней мешком, она терлась о край проруби. Морщась, Райф охватил ее руками и стал спускаться.
Его ноги со стуком ударились о дно. Райф отцепился и крикнул, чтобы Арк тянул веревку назад, а сам прижал руки к лицу. Он ненавидел в себе всякую слабость. Услышав над собой тихий голос Аш, он оглядел глубокий тоннель, в котором стоял. Ему не хотелось слышать, о чем она говорит с Арком.
Слева сверкал ледяными линзами гранитный берег. Чешуйки железной руды темнели в нем, как осколки высохшей кости. Речное русло тянулось вдаль, как каменная долина, покрытая замерзшими лужами. На нем валялись рыбьи скелеты, рога карибу, сосновые иглы и водоросли. На всем лежал белый минеральный осадок: соли кристаллизовались, когда река высыхала. Наверху простирался ледяной потолок, то корявый, то складчатый, то гладкий, как стекло. Райф никогда не видел такого дива. Сверху струился зеленый, как море, серебристо-серый и темно-синий свет. Райфу казалось, что он стоит внутри ледника, где лед сливается с тенью.
Хрустя сухим мусором, он отошел в сторону, чтобы дать место Аш. По обе стороны от него за островками света залегла тьма.
Аш спустилась без труда, перебирая руками по веревке. Райф подхватил ее и мягко опустил на дно. Она дрожала. Голубой свет, падающий ей на лицо, походил на лунный. Когда Райф убрал руку с ее талии, она сделала движение, как будто хотела ему помешать. Райф, ожидая, пока Арк опустит котомки, присмотрелся к ней получше. С той волчьей ночи она ни разу не теряла сознания, но он не знал, продолжает ли она бороться с голосами. По невысказанному соглашению они не говорили об этом при суллах.
Когда котомки оказались внизу, Райф заметил, что свет сверху стал меркнуть. Это был один из самых коротких зимних дней Райф подумал, что-то поделывают теперь Дрей и Эффи, и отогнал от себя эту мысль.
— Запомните это место, — сказал сверху Арк. — Быть может, это ваш единственный выход наружу, если только не пробивать новую прорубь.
Райф кивнул. Он уже думал об этом.
— Ступайте вверх по реке, пока не дойдете до притока, ведущего на запад. Он, вероятно, тоже покрыт льдом. — Обветренное лицо Арка появилось в отверстии. — Будьте осторожны, Райф Севранс, не имеющий клана, и Аш Марка, Найденыш. Несогласный говорит, что эта луна не обещает оттепели, но хрупкая крыша может обвалиться.
— Тогда мы будем идти, танцуя по льду, — сказала Аш, — как все ваши кони.
Райф подумал, что сулл сейчас улыбнется, но тот только плотнее сжал губы.
— Мы с Несогласным поедем на север, и кланник без труда найдет наш след, если вы захотите пойти тем же путем, — с этими словами Арк исчез, и его шаги, прозвенев по льду, затихли.
— Идем, — сказал Райф. — Надо использовать последний час перед сумерками. — Он поднял обе котомки и взвалил себе на спину. Одна была немного тяжелее другой, и в ней позвякивали какие-то металлические предметы.
Аш неподвижно стояла в кругу меркнущего света под самой прорубью. Райф, встревоженный ее частым неровным дыханием, тронул ее за руку.
— Идем, — повторил он как можно мягче. — Мы зашли слишком далеко, чтобы теперь останавливаться.
Она медленно обратила взгляд к нему. Ее глаза блестели, отражая лед, и страх, питаемый более слабым источником, был почти незаметен.
— Они знают, что я здесь, — сказала она. — Они знают... и ужас одолевает их.
Дорогой Райф все время смотрел на ледяной потолок. Толща замороженной воды давила на его мысли. Это был верхний срез реки, гладкий вверху, на невидимой для Райфа стороне, а внизу рифленый, как свод пещеры. Толще всего лед был у берега, где ледяную кровлю поддерживали вмерзшие в гранит белые колонны. Райф сразу решил, что у берега им будет всего безопаснее, но когда стемнело, подо льдом стало холодней, и опорные столбы начали потрескивать, словно круглый дом в бурю.
Аш несла каменную лампу, которую дал ей Несогласный, держа ее для тепла в сложенных ладонях. Райф не знал, каким маслом она заправлена, — оно горело серебристым пламенем, источая сладкий, мускусный, непривычный человеческому обонянию дрожжевой запах. Слабого огонька, заключенного в слюдяной колпачок, вполне хватало, чтобы освещать путь.
— Как ты думаешь, Маль и Арк знают, кто я? — неожиданно сказала Аш, молчавшая с тех пор, как зажгла лампу.
Райф, оторвав взгляд от голубых складок льда, ответил:
— Возможно. Тем говорил мне, что суллы знают мир лучше, чем все прочие народы. Эти знания у них передаются из поколения в поколение и даже вместе с кровью, как у кланников — боевой дух.
Аш охватила лампу еще крепче. Райф видел между варежкой и рукавом хрупкие косточки и бледную кожу на запястье.
— Мне кажется, в ту первую ночь Маль дал мне что-то, отогнавшее голоса.
— Он заклял тебя, как Геритас Кант?
— Нет. Это было что-то другое... я не могу объяснить. Но теперь это уже не действует.
Райф посмотрел в темный тоннель впереди. Свет лампы даже в отдалении зажигал лед голубым заревом.
— Может, нам остановиться на ночь и поспать?
— Нет, нет. Они заберут меня, как только я закрою глаза. Теперь они на все готовы и так близки... так близки, что я чую их запах.
В Райфе вспыхнул внезапный гнев, и он возненавидел всех, кто помог ей зайти так далеко: Арка, Маля, Геритаса Канта и даже Ангуса. Сразу видно, что они не кланники: ни один кланник не заставил бы бедную девушку ехать на Север глубокой зимой. Тем Севранс посадил бы ее у печки и сокрушил бы своим молотом всех чудовищ и привидений, которые сунулись бы к ней.
Резко остановившись, Райф высыпал на землю обе котомки и стал искать какое-нибудь оружие. Среди мешочков и манерок с ламповым маслом, копченой лососиной и воском нашлась тонкая стальная пика длиной с его предплечье. Пешня для льда. Он взвесил ее на руке, охватил пальцами прямоугольную рукоять. Ничего, сойдет. Должно сойти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
