в потенциале, зато они наделяются благодаря необходимости накапливать опытность выживания, той самой способностью не просто выбирать из заметного количества вариантов, но и возможностью разнообразить свой выбор. Они способны пытаться закладывать в происходящее целый спектр вариантов возможных и отличающихся друг от друга решений. Это и делает их таким ценным потенциалом начала движения в сторону улучшения понимания происходящего, качественного улучшения понимания. Правда, как раз здесь не обойтись без качественного улучшения функционирования головы, как того самого объекта, которому и нести в себе то, что и будет в виде качественного улучшения своего функционирования то самое качественное улучшение функционирования мышления в целом воплощать. Уже понятно, что, даже если удастся породить в среде живущих некое убеждение, что для того, чтобы добиться такого качественного улучшения их головы, в первую очередь существует необходимость во всем следовать и вести себя в жизни так, как требуют общеизвестные религиозные нормы, крайне невелика вероятность, что количество тех, кто и так ведет себя, как религиями предписывается, увеличится слишком на много. А тут ещё надо принимать в расчет, что одних слов в данном случае уж точно будет недостаточно, тот, кто захочет в подобном хоть кого-нибудь убедить, должен заранее и с максимальной ясностью представлять, что ему будет необходимо подкрепить сказанное чем-то, обладающим способностью вызвать восторг, восхищение, но самое главное, непоколебимое доверие к изложенному словами. Тут даже намека на недоверие не имеет право на появление. Должно случиться нечто, ставящее на любых сомнениях жирный крест. Что? Приходится признать, что пока в самих вопросах открывающихся истин ясность не прояснилась, даже предполагать, чем именно придется донимать другое, иное сознание было бы несколько нелепо. Глупость может не видеть элементарного, а сам не могу не признавать со всей полнотой и ясностью понимая истину — сам просто до недозволенного несведущ и глуп. Во всяком случае пока, хотя все работает на подтверждение того, что чем больше истины смотрящим глазам открывается, тем более ясным становится, как же удручающе-катастрофично несведущ.
Целый мир диких животных, за которыми вдруг закрепилась надежда приобрести возможность подыматься в своем развитии выше убогого начального примитива. Появился реальный носитель того, что уже можно было бы назвать интеллектом, пусть пока и очень примитивным, уж больно много носителю от обезьяны досталось. Вот только, беда, с одной стороны радует то, что носитель действительно наделён способностью остро реагировать на весьма разнообразные всплески чувств, что и является основой и залогом того, что впору было бы отнести к развитию и началу духовного улучшения, с другой стороны, какими именно станут те самые всплески чувств, которые в очередной раз повлекут родившихся представителей полу животной среды за собой заранее и не предскажешь. Уж больно выбор велик, можно и за тем, что примитив телесной формы ублажает потянуться, правда, далеко вперёд в развитии такое не заведет. А можно и туда, куда чувства духовно окрыляющие ведут лицо повернуть, с таким точно можно преуспеть в развитии. Хотя использование чувств как определяющего стимула при совершении того или иного выбора здесь, пожалуй, едва ли не самое главное. Люди тем и хороши, что наделены подобным в самой полной мере. Использовать схематические виды оценок тем и опасно — просчитать и, как результат, используя ту или иную оценивающую схему как основу для совершения выбора, выбрать самое правильное, что ж, так действовать может быть и более правильно, только чревато последствиями, и первое максимально удручающее последствие — примитивизация результатов действий, основой которых как была, так и остаётся исключительно расчетно-чья-то позиция. Выдумки никакой, тот, кто базируется в выборе исключительно и только на убеждённости, что должным образом просчитанный результат всегда окажется впереди, можно с подобным не соглашаться, но так далеко в развитии не продвинешься. Для возникновения разнообразия в первую очередь необходима фантазия, а даже для намеков на возникновение этой самой фантазии в первую очередь необходимо наличие именно чувственной оценки происходящего. Тот, кто в оценках обсчитано точен, и ни при каких условиях не станет отклоняться в сторону от такой тяги в сторону обязательной точности, попросту оказывается неспособен придать форму хоть какому-нибудь, ну хоть малейшему разнообразию, обрадовав по результатам содеянного и себя, и других хоть малейшим разнообразием возможного выбора. Люди тем и хороши, что в своем стремлении достичь желанного они и способы достижения цели могут по на придумывать самые непредсказуемые, и уж точно ни в коем случае не откажутся использовать в качестве весомого критерия и определяющего фактора те чувства, которые содеянное к себе вызовет, при этом будут учитываться как те чувства, которыми обогатиться тот, кто данное дело задумал и воплощает, так и те, которыми на содеянное ответят иные члены общества живущих. Человек, он тем и ценен, он именно жив, он живет, он полнится действием, чувствами, страстями самого разного толка, толкающими его в самых разных направлениях, и пусть он все ещё достаточно примитивен, и в качественности мышления, и в глубине своих взглядов на жизнь в целом, он наделён этой самой способностью к прогрессивному поступательному развитию духовной основы своей, что делает его чрезвычайно ценным продуктом творения. Людям получить бы ещё парочку тех, кому на собственном опыте удастся продвинуться по дороге собственного развития достаточно далеко, да ещё, ввиду понимания, с одной стороны стать примером для подражания сможется, да ещё удастся, как на этой дорожке развития все происходит и чем сопровождается объяснить, понятно и увлекательно объяснить, учитывая, как у них тут средства информации развиваются, глядишь, в целом все бы и потянулось, наконец, в нужном направлении. Только что должно стать побудительным мотивом проникнуться желанием подражать и в мыслях, и в действиях, да ещё для столь многих, тут вопрос большой. Да и даже намека на ответ на такой хитрющий вопрос пока что не видно.
Со своей стороны не могу не отметить, пусть продвинулся пока не очень-то далеко, даже при нынешнем уровне прогресса очень заметно, что чем дальше дело раскручивается, тем больше с ниспосылаемыми заботами претензий к самому себе. С точки зрения человека обычного тут вроде бы и говорить не о чем, сущая ерунда. Но тем и небезопасен духовный прогресс, оценка окружающего и происходящего кардинально меняется. Да и смотришь на происходящее совершенно по-иному. Нельзя не признать, так жить, не окунаясь во все и вся с головой, невозможно. Каждый шаг, каждое событие должны и радовать пониманием, почему, и убеждать, что, если собрался сохранять лицо, по-другому нельзя.
(ТЕКСТ КНИГА)
Например, эта мысленная обработка схемы, когда противопоставляется с одной стороны общепринятая попытка верующего напугать, то есть,
