„для выжиги серебра и золота“. Добывали выжигой целые пуды серебра» (
Н. Макаренко. Путевые заметки и наброски о русском искусстве, вып. 1, 1914, стр. 40).
Княжеские фамильные сокровищницы начали таять и растериваться еще в XV и XVI вв. В духовной грамоте князя Ивана Борисовича Волоцкого (ум. в 1504 г.) читаем длинный список кредиторов, у которых в залог были оставлены ценные вещи из княжеской казны. При этом фамильные ценности дробились и поштучно попадали к мелким заимодавцам, так, напр., у жены Олеши Денежкина князь Иван за 6 рублей заложил кубок, принадлежавший его племяннице. (СГГ и Д, № 132). Вещи, уходившие из рук разорившихся князей, исчезали бесследно.
1043
Курганы С.-Петербургской губернии в раскопках Л.К. Ивановского. Обработал А.А. Спицын. — МАР, СПб., 1896, № 20.
1044
Гдовские курганы в раскопках В.Н. Глазова. Обработал А.А. Спицын. — МАР, СПб., 1903, № 29.
1045
Хронологическая классификация вещей из раскопок Ивановского и Глазова была составлена Спицыным.
Несмотря на то, что сам автор заявлял, что «результаты всей произведенной работы получились довольно благоприятные, если судить по тому, что почти все основные типы вещей изучаемой коллекции подчинились стройной хронологии в их последовательном развитии» («Гдовские курганы», стр. 3). Спицынская хронология, основанная на субъективном восприятии и интуиции, грешит многими недостатками. Нет ни четкой типологии, ни твердой основы для некоторых датировок, особенно для безмонетного времени XII–XIV вв. Впрочем, монеты не всегда помогают уточнению хронологии. В кургане № 388 раскопок Глазова с поздним обрядом погребения и с поздними вещами XIV в. оказалась монета-привеска графа Эмденского Германа, умершего в 1086 г.
1046
А.В. Арциховский. Курганы вятичей, М., 1930. — В отличие от Спицына, Арциховский применил к археологии точную методику биологических исследований (метод корреляции). Взяв у Спицына наиболее твердые данные, он с их помощью датировал остальной вятичский материал; при этом были проверены и обоснованы положения Спицына. В результате работы курганные инвентари удалось разбить на 3 стадии (XII в., XIII в. и XIV в.). Поправок хронология Арциховского требует лишь в отдельных случаях, когда датировка производилась по вторичным признакам.
1047
А.В. Арциховский. Ук. соч., стр. 138. — В подсчеты включены только женские курганы, так как мужские почти не поддаются точной датировке.
1048
К.А. Неволин. Об успехах государственного межевания в России до Екатерины II. Речь, произнесенная в 1847 г. — Собр. соч., т. VI, 1859, стр. 451. См. также: Н.Д. Чечулин. Начало в России переписей и ход их до конца XVI в. — «Библиограф», 1889, № 2.
О различных видах исторических источников по русской деревне см.: Н.Н. Воронин. К истории сельского поселения феодальной Руси, Л., 1935, стр. 9-16.
1049
Новгородские писцовые книги, т. I–VI, СПб., 1862–1910. См. А.М. Гневушев. Сельское население Новгородской области по писцовым книгам 1495–1505 гг. — «Киевские университетские известия», Киев, 1910–1913; В.Н. Кашин. Крестьянская железоделательная промышленность (на побережье Финского залива) по писцовым книгам 1500–1505 гг. — ПИДО, 1934, № 4.
1050
Переписная оброчная книга Вотской пятины 1500 г. — НПК, т. III, СПб., 1868; А.М. Гневушев. Отрывок писцовой книги Вотской пятины 1504–1505 гг., Киев, 1908; А. Поливин. Устюжна Железнопольская. — «Архив исторических практических сведений, относящихся до России», изд. Н. Калачовым, кн. VI, СПб., 1861; В. Кнаббе. Чугунолитейное дело, т. I, СПб., 1900, стр. 181 (ссылка на шведского ученого XVIII в. Норберга); В.Н. Кашин. Ук. соч.; А.М. Гневушев. Очерки экономической и социальной жизни сельского населения Новгородской области после присоединения Новгорода к Москве, т. I, ч. 1 (по писцовым книгам 1495–1505 гг.), Киев, 1915.
1051
См., напр., М.В. Толстой. Книга, глаголемая описание о российских святых, М., 1888, стр. 195: «Яков Железноборский… из рода галицких дворян Амосовых поселился в 1392 г. в 30 верстах от Галича в глухом лесу у железных рудников в уединенной хижине на берегу речки Тепзы» (курсив наш. — Б.Р.).
Отсутствие большого числа таких случайных указаний нужно относить за счет бедности источников.
1052
Доклад Н.П. Милонова в МОИИМК. Обоснование именно этой датировки нам неизвестно.
1053
В.Н.Кашин. Ук. соч., стр. 32 и 34.
1054
Попов. Горные промыслы Соловецкого монастыря в XVII в. — «Бюллетень Сев. — ост. обл. бюро краеведения», Архангельск, 1926, вып. 2, стр. 32.
Встречаются в XVII в. и описания двугорновых домниц («Три сажени печатных с полуаршином») и их инвентаря: «2 поварницы железны ветхи, чем сок черпают, 2 крышные [кричные] клещи держаны, 2 оправки железны ветхи, 3 штыка, 2 молота железнох, щуп железной семи пядей… трои мехи с соплами ветхи, плачены, куштан, пешня держана, 2 топора держаны, 2 лопатки железны, чем уголье к печи черпают…» — В.Н. Кашин. Ук. соч., стр. 34.
Развалины домницы XIX в. в пределах бывшей Новгородской земли опубликованы в брошюре: В. Пегов. Польско-шведская интервенция в Карелии в начале XVII в., Петрозаводск, 1939, рис. на стр. 4.
1055
Д. Кашинцев. История металлургии Урала, т. I, Первобытная эпоха XVII и XVIII вв., М.-Л., 1939, стр. 28.
1056
Ф.И. Леонтович. Сельские промышленники в Литовско-Русском государстве. — «Варшавские университетские известия», 1897, т. VII.
Для дробления руды применялись «рудные кола», т. е. ступа с водяным двигателем. Слово «коло» имеет различное значение: иногда оно обозначает телегу на колесах, иногда только колесо. В западных же областях смысл этого слова приближается к польскому значению kolo — шестерня, мельничное колесо.
В русских писцовых книгах есть профессия «колник», но трудно сказать, выделывал ли такой колник колеса для экипажей или для мельниц и домниц.
1057
Переписная книга Деревской пятины 1495 г. (НПК, т. II), насчитывает около 700 копачей, плативших определенный оброк «копащыну». Деревни, в которых существовали копачи, расположены на юго-восток от оз. Ильменя.
К сожалению, источники не раскрывают нам точного содержания работы копачей, но учитывая существовавшие в Новгородской земле промыслы, мы можем отнести копачей или к разряду землекопов или к разряду ру́дников. В Новгородской земле больше, чем где бы то ни было, мог быть применен труд землекопов. Достаточно вспомнить известный крест посадника Иванки Павловича 1114 г., надпись на котором говорит о гидротехнических работах («…яз Иванко Павлович почах рыти реку сю…»), и ряд озер с названием Копаное, Копаница, чтобы признать возможным использование части копачей в качестве землекопов. С другой
