солеваренного процесса имеется в лицевом житии Зосимы и Савватия Соловецких. Рукопись ГИМ.
1144
Псковская I летопись 1363 г. — В тексте стоит «на Рухе», но все цитирующие это место читают «на Русе».
1145
СГГ и Д, ч. 1, № 34, стр. 59 (Духовная Дмитрия Донского).
1146
Данная грамота Троицкому монастырю 1391 г. — АЮБ, т. I, № 63, стр. 441.
1147
Географическое размещение солеварен см.: К.В. Кудряшов. Русский исторический атлас, табл. XII и П.И. Лященко. История народного хозяйства СССР, М., 1939, карт. № 5.
1148
Н. Аристов. Ук. соч., СПб., 1866, стр. 73.
1149
А. Остроумов. Ук. соч.
1150
Приведем соответствующее место из грамоты 1391 г.: «Се азъ Семенъ Федоровичъ, даль есмь святой Троици… половину своее варници и половину колодязя, что у Соли у Галицкiе, что на подолцѣ, что варилъ мой соловарь на мене, со всими тѣми пошлинами» (АЮБ, т. I, № 63, стр. 441). Половина предприятия уже перешла по этой грамоте к монастырю.
1151
АЮБ, т. II, стр. 3–4. — Кабальная закладная XIV в. Ср. еще: «Въ солоныхъ мѣстѣхъ въ отцынѣ его четвертая часть» (курсив наш. — Б.Р.). — Новгородская рядная грамота XV в.; И.И. Срезневский. Материалы…, т. III, стр. 461. См. под словом «солонъiи».
1152
«1364… того же лѣта, на Рухѣ поставиша две варницы соль варити; и не бысть, и повергоша» (Псковская летопись 1364 г.).
Приводимое Аристовым место из летописи: «Поставиша купци Новгородскии, прасолы, въ Русѣ, церковь камену святый Борис и Глѣбъ» (Новгородская I летопись 1403 г.) не обязательно должно быть связано с солью, даже если допустить, что прасол — это купец, торгующий солью. Впрочем, наличие соляных варниц в Русе подтверждается договорной грамотой новгородцев с Казимиром IV в 1471 г.: «А держати десять варниць в Русѣ…» (курсив наш. — Б.Р.). — ААЭ, т. I, № 87, стр. 63.
1153
Д. Прозоровский. Старинное описание соловаренного снаряда. — ИАО, 1872, т. VI, вып. 3, стр. 238. — Рукопись написана уставом с киноварными пометами на бумаге с водяными знаками конца XVI в. Найдена она близ Тотьмы на солеваренном заводе, где, возможно, служила практическим руководством до начала XIX в. (см. стр. 233–255).
1154
Д. Прозоровский. Ук. соч., стр. 245.
1155
Рукописное житие Феодосия Тотемского. — ГИМ.
1156
Подсчет произведен В.Н. Кашиным («Крестьянская железоделательная промышленность»), который свел весь материал писцовых книг по доменному делу. Им же приведены убедительные доказательства того, что данные писцовых книг сильно отставали от реальных цифр.
1157
НПК, т. III, стр. 500.
1158
НПК, т. III, стр. 908.
1159
НПК, т. III, стр. 916. — Доход ключников и посельских вообще менялся мало. Переход на денежную ренту касался преимущественно господской доли.
1160
А.М. Гневушев. Отрывок писцовой книги Вотской пятины второй половины 1504–1505 гг., Киев, 1908, стр. 19: «За 140 криц железа полтрети гривны з деньгою», т. е. 2½ гривны + 1 деньга = 36 денег, 1 крица стоила 0,257 деньги.
1161
«Временник ОИ и ДР», т. XI, стр. 453.
1162
НПК, т. III, стр. 500.
1163
См. специальную таблицу, сост. В.Н. Кашиным (Ук. соч., стр. 40). В таблице указано число селений, число дворов вообще, часть дворов кузнецов и число селений с кузнецами. Наибольшая насыщенность кузнецами падает на районы с высоким процентом домниц. В эту таблицу нужно внести поправку: у Кашина пропущен кузнец в Егорьевском-Радшинском погосте (См. НПК, т. III, стр. 587).
1164
«Домница вопчая» (НПК, т. III, стр. 912). В.Н. Кашин заметил, что в другом случае одна домница приходилась на два двора, из которых каждый платил оброк железом (всего 80 криц). Совершенно справедливо автор рассматривает это как указание на совместное владение домницей двумя крестьянскими дворами.
Значительно труднее согласиться с Кашиным в его определении положения домников. Там, где писцовая книга называет владельца двора «домником», он говорит, что «возможно считать этих домников работавшими в железоделательных селениях округа рабочими» (стр. 45).
Приведенные им примеры случайны и делать на основании их выводы рискованно.
1165
Писцовые книги дают точные указания относительно мест добычи руды для каждой домницы и отмечают обычно арендную плату («брязгу»), платимую в казну великого князя по количеству печей в домнице. Более точно разработка руды не учитывалась. Подобная таксация рудных разработок может говорить о существовании у дворцовых приказчиков, устанавливавших нормы арендной платы, определенного взгляда на характер разработок: каждый владелец домницы возьмет руды не больше, чем сможет переварить его печь. Может быть предложено и другое объяснение: запасы руды в земле дворцовых волостей были велики, руда имелась не только там, и приказчики боялись отпугнуть домников повышением брязги или установлением какой-либо новой формы учета (напр., по возам руды).
1166
НПК, т. II, стр. 590–689; В.Н. Кашин. Ук. соч., стр. 52.
1167
Важной предпосылкой для этого утверждения является отсутствие домниц в районе обитания копачей.
1168
НПК, т. IV, стр. 91, 173; т. V, стр. 305.
1169
Ф.И. Леонтович. Сельские ремесленники в Литовско-Русском, государстве. — «Варшавские университетские известия», 1898, т. II.
1170
Специальных работ, посвященных вотчинному ремеслу, нет, но в ряде исследований о вотчинном хозяйстве есть разделы, освещающие деятельность ремесленников. См., напр.: Б.Д. Греков. Новгородский дом святой Софии, СПб., 1914; С.В. Бахрушин. Княжеское хозяйство XV и первой половины XVI вв. — Сб. Ключевского, М., 1909; Б.Д. Греков. Очерки по истории феодализма в России, М.-Л., 1934; А.А. Савич. Соловецкая вотчина. XV–XVII вв., Пермь, 1927; С.Б. Веселовский. Село и деревня в северо-восточной Руси XIV–XVI вв., М.-Л., 1936; А.М. Гневушев. Очерки экономической и социальной жизни сельского населения Новгородской области после присоединения Новгорода к Москве, т. I — Сельское население Новгородской области по писцовым
