счет ликвидации криминальной экономики немало в бюджет поступило, а ещё есть активы на Западе у части наших бывших партийных сотрудников. Не просто так же массовые аресты происходят…
— А чо с республиками? Русские же оттуда массово выезжать начали, причем при полной поддержке государства, а ведь по всем этим «станам» — весьма технологичные производства построены? Всё таки развалится Союз?
— С республиками всё однозначно — в прежнем виде СССР существовать не будет, а что до производств: после отъезда специалистов наших — встанут скоро большинство из них. Часть заводов демонтируем и вывезем, что внимание заслуживает, а с остальным пусть сами разбираются, это не наша головная боль. У нас у самих ситуация аховая: нужна и модернизация, и строительство новых заводов. Но вот то, что все республики из сферы влияния и прямого контроля выпускать не будем — это точно, вплоть до силовых методов, насколько я в курсе. Они после бывших Прибалтики и КазССР — притихли, как мышь под веником, а сейчас ещё проект законов подоспеет: о сепаратизме и призывах к нарушению территориальной целостности… А так, если честно: я сам толком не понимаю, что происходит! Ты нашим столько и такой отборной дичи поведал о будущем, что как бы они в целях не допустить подобного — ещё более отборной творить не стали! Хотя нет, хуже чем у вас там — быть попросту не может!
— Всё может, — успокоил я Равиля, умудренный прожитым и увиденным. — нет предела совершенству!
Ладно, буду смотреть телевизор и сам думать, пока что налицо только улучшение экономической ситуации, по крайней мере — для простых граждан. И с продуктами наладилось, и с другими товарами ситуация выправляется, пусть и не одномоментно. Вплоть до появления в свободной продаже импортной бытовой техники и ширпотреба всякого, что во времена моего конца социализма — только в кооперативных ларьках присутствовало. Тут уже Равиль пояснил более уверенно:
— А это как и у вас, тоже параллельный импорт. И через страны СЭВ, и через Афганистан, временная мера, до того как собственное производство не развернем.
— Все эти социалистические страны в моем времени — моментально встали на лыжи развивающегося капитализма и всячески открестились от России, как преемника СССР. Ну и судьба их тоже была не очень радужной: пошли на корм Западу. Зато добровольно и с песней вприпрыжку побежали. А с Афганистаном ведь тоже недолго осталось, уже в конце года должны войска вывести… — Высказал я свой скепсис.
— Кому должны — всем прощаем! — осклабился Равиль. — Это Горбатый со своей шайкой собирался вывести оттуда ограниченную группу войск, а у нашего теперешнего руководства свои планы. И вывод армии из этого региона — в намерениях не значится! Там и героин, и полезные ископаемые, так что есть игры, в которые играть вдвоем можно, с так называемым гегемоном. А заодно обеспечить рабочими местами контрактников, и не только: там помимо армии есть куда и кому силы приложить…
Может показаться, что все мои думы были заняты внутренней и внешней политикой, но это не так. Во-первых — свадьба на подходе, во-вторых — новость о появлении моего сочинения с выпускного экзамена на радио не то что не утихла, а ещё не по всему селу и отделениям разошлась. А в-третьих: с четверга пришлось жить в атмосфере непрекращающейся травли и беспрецедентного морально прессинга, спасибо телевизору и радио. Завели шарманку про то, что будущее в России (вот так, да — всё чаще и чаще вместо РСФСР звучало Россия) будет принадлежать врачам, ИТР и учителям, всячески стимулируя получат образование. С утра до вечера клевали, что тот дятел, я Хазина вечером в четверг сел посмотреть — так и он туда же, агитировал всячески повышать свой профессиональный уровень и не останавливаться на достигнутом. Странно ещё, что сочинение моей Лены не процитировали до кучи, она как раз на эту тему растекалась мыслью по древу. О чем не преминула мне неоднократно напомнить:
— Вот, Ваня, я же говорила — учиться дальше надо обязательно!
До чего народ в этом времени внушаемый! Мама с Максимом, под впечатлением от идеологической обработки — тоже всячески меня прощупывали, на предмет того, чтоб не теряли время с Леной в этом году и поступали куда-нибудь, ладно хоть о очном обучении не заикались.
— Мы ведь поможем, Вань! — Убеждала за ужином мама. — И Поляковы тоже согласны, зачем вам год терять⁈ Вам всего-то два раза в году съездить сессию сдать, неужто не посидим с ребенком⁈ Ради такого и отпуск возьмем, с твоей будущей тещей по очереди!
Ладно бы только родные и близкие, тот же Федорович, под вечер заехав на стройку — не поленился и свои пять копеек вставил. Без обиняков рубанув, что надо мне учиться поступать, если и дальше хочу тепличным проектом заниматься плотно, а не простым бригадиром смены трудиться. За эти два дня до пятницы — неоднократно хотелось бросить всё и опять коров уйти пасти. Опроститься, по заветам Льва Николаевича или как говорили в наше время — заняться дауншифтингом. Если бы не предстоящая свадьба и создание ячейки общества с грядущим рождением кровиночки — так бы и поступил непременно…
Ещё и заботы с переездом в свой коттедж, с мамой и Максом за стеной. С мебелью здорово помог Трактор Палыч, свою комнату вообще, не мудрствуя лукаво — обставил в минималистичном стиле: простенькая кровать, такой же письменный стол, несколько полок под книги и пара стульев. С детской и кухней пришлось повозиться, но справились силами школьного мебельного кооператива, не пришлось никого просить. Да и не было никакого желания покупать в свой дом так желанные в этом времени «стенки» — обязательный предмет гордости всякой уважающей себя домохозяйки. А вот Трактору Палычу несколько идей на будущее подкинул, так что-то, чего недостает из мебели — изобразят со временем. Грех жаловаться, не каждая взрослая семья такими активами располагает, с какими мы в брак вступаем.
Коттедж под девичник благородно уступил невесте, а сам, как и собирался — настроился на мальчишник в секции мотокросса у Равиля. Три дня гулять, с ума сойти, а как представлю масштабы того, что родственник затевают — уныние накатывает. Не то, что-бы не люблю такие мероприятия — очень даже нравятся, но только не когда я в главной роли. Ладно, волю в кулак, нервы в узду, свадьбу сыграем — вздохну
