Левки быстро освоилась с новой для нее обстановкой, помогла сохранившаяся в ней память Урсулы. Поддержала твои претензии на власть. Однажды вы разговаривали наедине, и Левки встала, прошлась неслышно по комнате, и замерла у тебя за спиной. Ты обернулась стремительно, но Левки стояла неподвижно и хмуро, без тени угрозы…
– Испугалась? – спросила она тебя.
– Что-то чудишь ты, Левки…
– Нет. Просто из одной страшной сказки попала в другую. Конечно, только такая, как ты могла справиться с Брендой.
Снова в ее сознании мелькнул образ стремительного броска, сокрушающего удара, и ты невольно уклонилась от воображаемого нападения.
– Об этом и говорю. Ты видишь лучше, чем Бренда, – резюмировала Левки.
Тогда ты плюнула на «конспирацию» и, как на духу, ей все рассказала. Левки так и не стала твоей близкой подругой, а-ля Пини, но более верного товарища у тебя никогда не было. И она крепко хранит твои секреты, став единственной, кому ты можешь свободно поплакаться в жилетку. Что ты всенепременно и сделаешь в ближайшие дни. А пока ты выходишь из купе поразмять ноги и видишь его…
Одет цивильно, делает вид, что читает газету, а мысли витают далеко-далеко. Как получилось, что в третий раз сошлись ваши пути? Случайность? Или уже протянулась ниточка от сердца к сердцу, и ты следуешь неслышному зову, что исходит от сознания этого молодого и несчастного парня?
Не теряя времени, берешь его в оборот. Смешная история. Хозяйка влюбилась?..
Не красавец. Прямой и честный. А какой классный мужик! Ты довольна.
…А тайная мечта не умирает в тебе. Библиотека. Ты помнишь, ты знаешь, где ее искать! С ее помощью сможешь несколько ускорить техническое развитие Мира. Нелепость, сказал бы Леонид, но это не совсем так. Всегда есть вилка по времени – первый компьютер на Терре мог быть построен в 18 веке – чисто механическая штуковина, но с хранимой на перфокартах программой. Несчастному Беббеджу не дали денег на постройку его машины.
Но ты – Хозяйка, и в сокровищнице твоей не счесть злата, грязного, кровавого… Оно пойдет на правое дело. Ты не пожалеешь грошей на развитие наук – просто здорово, что у тебя есть путеводная нить – история Терры. Скоро, скоро придет время электричества и бензиновых моторов, ты отыщешь и поддержишь безвестных пока изобретателей, пусть с твоей легкой руки быстрее преображается Мир.
И наступит время Ренессанса. Должно наступить! Так называется процедура генетической перестройки организма. Великий дар. Извечная мечта человечества. Ты подаришь Ренессанс этим людям, ты уже не называешь их про себя эфемерами. Пусть это глупо, но временами представляешь себя эдаким Прометеем в юбке. Ох, Наоми, береги свою печенку!..
А в своем мужчине ты не ошиблась. С ним вместе можно своротить горы. Подумать только: прошло каких-то три месяца без одного дня и великое дело сделано. Библиотека найдена, Библиотека здесь!
…Война. Горные люди – воины от Бога. У них культ мужской силы и доблести. Но этот народ не родил ни одного человека, наделенного хоть каплей гражданского мужества. Они панически боятся друг друга: прослыть плохими патриотами, сторонниками Эгваль или, не дай Бог, Острова. А пуль и снарядов они не страшатся. И этот народ необходимо обезвредить до того, как автоматическое оружие расползется по Миру. После этого партизанские войны не выигрываются – дикарь с автоматом практически равен обученному солдату. Помни Терру. А судьба идет навстречу, преподнося уникальное оружие – лихорадку крэг. Гаяр подробно объясняет тебе механизм его действия (как он его понимает). Ох, Рон, как много тебе еще предстоит узнать. Подбрасываешь ему кое-что, вытянутое у Библиотеки, но под видом «старых знаний». Новый штамм готов.
Заодно этим выигрывается время для главного – можно лет на пятьдесят отодвинуть крушение Мира. По элементарным школьным формулам оно выходит гораздо страшнее, чем гибель терранской цивилизации – Мир больше по размерам и ресурсов содержит соответственно. Рост народонаселения будет лавинообразным. Но лихорадка, распространяясь от ареала Народа гор, уменьшит коэффициент рождаемости в Эгваль по меньшей мере вдвое на ближайшие полвека. Великолепное, гениальное решение! В двух следующих поколениях станет велика доля пожилых людей, что должно вызвать интересные изменения в культуре и традициях.
…Господи… Нат болен, умирает. Ты проводишь дни у его постели, кляня себя за непредусмотрительность – Нат не вакцинирован. И он не принадлежит, к несчастью, к числу имеющих природный иммунитет к крэгу. Но, кризис миновал, Нат идет на поправку – ты рада. Вдвоем с ним ты одолеешь избранный путь…
…Как больно слышать его злые, гневные слова. Как трудно объяснить ему, эфемеру (проклятое слово!), мотив твоих действий. Как заставить понять себя! Ты собираешься вложить в его глупую башку свои заботы, свои опасения за судьбу Мира… Ваши сознания соприкасаются…
Как ты могла?!.. Как смогла позабыть, что жизнь эфемера настолько коротка, что возможность оставить после себя потомство является ее главнейшим стимулом! Ты отняла его у миллионов людей – вот наглядное доказательство, что ты мыслишь не так как они. Ты смотришь на Ната, видишь себя его глазами, и в тебя входит его нечеловеческий ужас. «Прекрати! Я не хочу! Перестань думать об этом, Нат! Мне больно!!!»
Он не убил тебя, хотя ты это заслужила.
…Одна. Одна навсегда. Притворяешься, что муж у тебя был – ты же помнишь Леонида? Краткая близость с кем-нибудь незначительным – утешение не для души, а для тела… В народе поговаривают, что Хозяйка любит одеваться по простому и ходить не узнанной. О, да, ты и в Эгваль побывала трижды… но возвращалась. Ты всегда возвращаешься.
…Очередная война с Эгваль. Они не помнят благодеяний, а ты столько сил положила на исправление своей страшной ошибки. Зато теперь ты вмазала им хорошо, да только твой бывший мужчина принял командование полуразбитыми армиями и свел дело к ничьей. Пусть. Ты давно забросила идиотские планы – придумать такое могла лишь вчерашняя школьница. Но Ренессанс остается твоей последней надеждой и тем горше разочарование. Великая жертва – действительно ужасная жертва.
Неожиданно Григ Децим решился признаться тебе в любви. Твоя ошибка: впустила его в узкий круг доверенных, но не обработала должным образом его ум. Он понял, что ты – не как все, но его это не пугает.
– Григорий, милый, – говоришь зрелому мужчине, не тому безусому юноше, каким впервые его узнала. – Пожалейте меня! Если меня как-нибудь не убьют, то вы состаритесь на моих глазах, а я… Останусь горевать по вас. Моя ноша и так слишком тяжела.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
