Левый очертил пальцем интересующие нас каменные плитки, произнес заклинание, и они отделились от стены, будто и не держал их никакой раствор. Плитки были аккуратно опущены на палые листья, и нашим глазам открылась ниша. В ней лежали три или четыре мешочка из заплесневелой кожи и небольшой, размером примерно в четыре ладони, плоский кусок белоснежного мрамора, на котором я увидела высеченные незнакомые письмена.
Я протянула руку к этому куску мрамора и присвистнула: от него несло холодом и смертью.
— Мэтр, отойдите подальше, лучше всего — за угол дома, — сказала я негромко. — Правый, стазис накладывать умеешь?
— Да, коммандер.
— На счет «Три» кидаешь стазис на мрамор. Готов?
— Да.
— Раз… два… три!
Правый выполнил приказ, и я мгновенно закинула мраморную пластину под стазисом в свой пространственный карман. Такую штуку лучше всего открывать на полигоне.
Поблагодарив мэтра Брюневаля, мы распрощались с ним, я вернула своих временных помощников в их офис в Геневе и открыла портал к дверям особняка СБ в Лютеции.
Большая часть текста оказалась на древнем языке орочьих шаманов, которым я не владела. Все знакомые мне орки, кого я смогла найти в Лютеции, даже совершенно бесстрашный Грунгах, наотрез отказались даже приблизительно сказать мне, о чем идет речь. Сцепив зубы, я на десять дней передала свои часы в Академии Сирилу и Джаледу, и срочным рейсом дирижабля отправилась в Оргриммар, но и это не помогло. Шаманы, с которыми я консультировалась, наотрез отказались мне это переводить. Я физически чувствовала, как утекает между пальцами время, и ничего не могла с этим сделать…
Глава 48
Новый удар был нанесен неожиданно.
То есть, я все время ждала его, и все же в первый момент опешила: здесь-то почему? С какой стати теперь нападение произошло в Дании и Норсхольме? Где логика?
Но по порядку.
Самайн проскочил для меня как-то почти незаметно. Я успешно отмазалась от участия в королевском бале, организовав себе срочную командировку в Прагу, и провела праздничный вечер с Якубом Богумиловым, Натаном Злотником и прочими коллегами из Пражского Университета в полюбившемся мне «Третьем поросенке». Повод для визита в Прагу был самый, что ни на есть, настоящий: Марта Яначекова-Врожецка поселилась здесь под собственным именем, в пригороде, в доме, когда-то принадлежавшем ее и Милоша родителям. Жила тихо, как докладывали наблюдатели, никаких признаков магической активности не было замечено…
Вот именно, что «не было замечено». Ах, если бы мы могли с уверенностью утверждать, что их не было! В Академии по поводу Самайна были каникулы, и я решила посмотреть на это отсутствие деятельности своими глазами. Равашаль, посмеиваясь, сказал, что Марта превратилась для меня в Idée fixe, но командировку на неделю подписал без ограничений в деньгах, амулетах или разрешенных степенях воздействия. Само собой, была б у меня возможность, я бы эту даму без всяких разрешений в орихалк упаковала, но вот как раз возможности-то я и не имела.
Дом семьи Яначеков стоял, как я уже упоминала, в пригороде Праги, местечке Горомержице. Приближаться к нему я не стала, а отправила туда для начала ворону, осмотреться. Сама расположилась в доме более или менее по соседству, метрах в пятиста. Между домами был пустырь и небольшой овраг, по дну которого протекал ручеек. Должна признаться честно, наличие текущей воды между мной и фигуранткой дела о темной магии как-то успокаивало…
Смотреть глазами птицы очень утомительно, они видят мир совсем иначе, и нужно приспосабливаться, но пару дней я провела за наблюдением, периодически меняя ворону на галку или воробья. Кстати, с воробьями практически невозможно работать долго, очень уж суетится птичка. Тем не менее, я убедилась в том, что наблюдатели были правы: никаких следов магии не было. Вообще. Даже плиту женщина разжигала спичками, а не магией.
— Может, это вообще двойник? — пробормотала я, протирая уставшие глаза и отпустив очередную ворону.
— Извините, коммандер… — раздался голос у меня за спиной. Я повернулась: Ружичек, сотрудник Пражского отделения СБ. Как мне сказали, звезд с неба не зватает, но дотошен исключительно.
— Да, Карел, говорите.
— Мы ведь устанавливали личность по слепку ауры?
— Да, по ауре.
— Так вот, я заметил расхождение. Очень небольшое, практически незаметное, оно могло появиться, например, при некоторой гипотонии. Вот здесь, посмотрите… — передо мной в воздухе развернулись два аурных слепка. Действительно, они отличались едва заметной красной линией рядом с висками и в районе гипоталамуса.
— А остальное совпадает… — сказала я, постукивая ногтями по краю стола. — Совпадает… Неужели возможно такое точное наложение рисунка ауры?
— Я читал, что этим занимался в свое время Адельстан Кровавый.
— Наследник!.. — я вцепилась в край стола и подняла взгляд на Ружичка. Тот отшатнулся. — Наследник Адельстана, значит, он существует, и мы все-таки упустили эту…!
Признаю, я допустила непарламентское выражение при офицере, младшем по званию. Что уж там, словосочетание было мною услышано как-то в «Старом гоблине» от отставного боцмана, и было весьма затейливым обозначеним существа женского пола.
— Извините, Карел, — я выдохнула и встала. — Нервы, знаете ли.
Сублейтенант нервно хмыкнул, а я достала коммуникатор и вызвала главу Пражской СБ. Начинаем все сначала.
Я точно знала, что в королевство Чешское въезжала настоящая Марта: сама отслеживала, этого сияющего черного оттенка в ауре я не пропущу. Значит, в какой-то момент она отошла в сторону, сменила облик, а вместо себя отправила двойника. Ладно, у нас ест еще метод мастера Ляна, будем искать по сочетанию личного запаха и индивидуальной частоты электромагнитных колебаний в организме. Муторно, управлять амулетом может не менее, чем магистр, но… понадобится — я и архимагов посажу колебания отслеживать.
Фигурантка нашлась через пару дней, в самой Праге, я велела обложить ее со всех сторон и не выпускать из виду, а сама вернулась в Лютецию. Пятого ноября, в понедельник, возобновлялись занятия в Академии.
И пятого ноября к вечеру меня оторвал от камина, трубки и увлекательного детектива срочный вызов коммуникатора, сигнал высшей тревоги.
— Лавиния, у нас беда, — появившийся на экране Дитер Верхаузен, королевский маг Дании и Норсхольма, был бледен до синевы. — Судя по возмущениям магического поля, произошло нападение ледяных великанов на заполярную заставу. Туда отправился с инспекторской поездкой принц Хольгерд-Иоанн-Кнуд с невестой. Связь с заставой потеряна и… и не восстанавливается.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
