Командующий 4-й воздушной армией генерал К. А. Вершинин организовал так называемые «звездные налеты», в которых кроме самолетов его армии участвовали авиационные соединения и с соседних фронтов. Сотни бомбардировщиков на разных высотах висели над позициями противника, но особенно большую роль летчики сыграли в борьбе с вражеским флотом, который пытался своим огнем преградить путь пехоте и танкам.
Непосредственно перед штурмом Данцига маршал Рокоссовский обратился к солдатам и офицерам противника с призывом к благоразумию и гуманности. Он писал: «Железное кольцо моих войск все плотнее затягивается вокруг вас. Дальнейшее сопротивление в этих условиях бессмысленно и приведет только к вашей гибели и к гибели сотен тысяч женщин, детей и стариков[614]». Однако немецкое командование не ответило на предложение о капитуляции. Поэтому войска получили приказ начать штурм.
Штурм Данцига начался одновременно с трех сторон. Противник упорно сопротивлялся, используя для обороны каменные здания, чердаки и подвалы. К тому же узкие улицы, заваленные обломками зданий, засыпанные грудами битого кирпича, сковывали маневр танков, задерживали продвижение орудий, предназначенных для стрельбы прямой наводкой. В полках опять действовали штурмовые группы, усиленные танками, самоходно-артиллерийскими установками, огнеметами, подразделениями саперов. В то время как войска 2-й ударной армии вели бои за южную часть Данцига, соединения 65-й армии вслед за левофланговыми частями 116-го стрелкового корпуса ворвались в центральную часть города, а войска 49-й и 70-й армий овладели его северной частью. К исходу 30 марта Данциг был взят. Остатки немецкой 2-й армии, блокированные в районе Гдыни, были разгромлены к 4 апреля войсками 19-й армии. А окончательно данцигская группировка капитулировала 9 мая.
В ходе Восточно-Померанской наступательной операции войска 2-го Белорусского фронта и правого крыла 1-го Белорусского фронта разгромили 21 дивизию и 8 бригад противника, освободили восточное Поморье и надежно обеспечили правое крыло советских войск, действовавших на берлинском направлении. Противник потерял только пленными более 100 тыс. солдат и офицеров. Советские войска захватили около 3000 орудий, около 2000 минометов, до 1000 танков и самоходных орудий, более 8000 пулеметов, несколько боевых кораблей, 50 подводных лодок (неисправных) и много другого военного имущества[615]. Потери войск 2-го Белорусского фронта и правого крыла 1-го Белорусского фронта, принимавших участие в операции, составили: безвозвратные – 55, 3 тыс. и санитарные – 179 тыс. человек[616]. Наибольшие потери понес 2-й Белорусский фронт, на плечи которого легла основная тяжесть в операции: безвозвратные – 40,5 тыс. и санитарные – 132,9 тыс. человек. От общей численности войск фронта к началу операции в 560,9 тыс. человек эти потери составили 30,9%.
В ходе Восточно-Померанской наступательной операции во всем блеске проявился полководческий талант маршала К. К. Рокоссовского[617]. Восточно-Померанская операция по своему замыслу, организации и проведению весьма оригинальна и поучительна. Важнейшим условием успеха наступления в этой операции были стремительность и непрерывность активных боевых действий, не дававшие врагу передышки, в которой он очень нуждался для накопления резервов и перегруппировки войск. Быстрому разгрому группировки противника способствовал правильный выбор направления главного удара обоих фронтов. Так, наступление ударных группировок фронтов смежными флангами на север к Балтийскому морю рассекло группировку противника на две части. Последующее наступление войск 2-го Белорусского фронта на восток, а войск правого крыла 1-го Белорусского фронта на запад и быстрое развитие наступления по расходящимся направлениям позволили в короткий срок разгромить 2-ю и 11-ю армии противника.
Характерной особенностью операции явилось то, что накапливание сил для ее проведения и планирование осуществлялись в ходе наступления. Возможность избежать перерыва в наступательных действиях войск 2-го Белорусского фронта обеспечивалась своевременным вводом в сражение дополнительных сил как за счет резервов Ставки ВГК, так и путем широкого маневра войсками, особенно танковыми и механизированными соединениями. Оперативной формой прорыва вражеской обороны на всю ее глубину являлись рассекающие удары, наносившиеся войсками на смежных направлениях. В ходе наступления войска фронта дробили группировку противника и уничтожали ее по частям.
Особенностью решения маршала Рокоссовского явилось то, что он строил артиллерийское обеспечение прорыва в зависимости от конкретных условий обстановки и имевшихся сил и средств. Так, на участке прорыва левофланговой 19-й армии плотность составляла 150—160 орудий и минометов на 1 км фронта. Для ведения огня прямой наводкой по прочным зданиям и боевым огневым сооружениям широко привлекались 152-мм и 203-мм орудия. В ходе боевых действий в городах для сопровождения штурмовых групп использовались 76-мм и 122-мм орудия.
Решающую роль в развитии операции и ее быстром завершении сыграло умелое использование маршалом Рокоссовским танковых и механизированных соединений. В начале операции он использовал их для развития прорыва, придавая моторизованную пехоту и обеспечивая автотранспортом стрелковые части. Это позволяло танковым соединениям отрываться от главных сил наступающих армий на большие расстояния и решать важные оперативные задачи. В боях за Данциг, Гдыню и Альтдамм танковые соединения действовали совместно со стрелковыми частями как танки непосредственной поддержки пехоты. Стремительные действия подвижных соединений в оперативной глубине не позволили противнику организовать оборону на подготовленных, а также на некоторых выгодных естественных рубежах. В ходе преследования противника широко применялись передовые отряды, которые создавались в танковых, механизированных соединениях.
Наступление войск 2-го Белорусского фронта на главных направлениях велось достаточно высокими темпами. Они не снижались и после выхода подразделений к побережью моря. Войска продолжали выполнять без остановок и перегруппировок новые оперативные задачи, повернув свой фронт на 90 градусов от оси первоначального направления удара. Несмотря на трудность такой формы маневра, требующей высокой подвижности войск и четкой организации управления ими, войска успешно справились с этой задачей. Непрерывным наступлением они поставили противника в трудные условия, лишив его возможности произвести перегруппировку своих войск и целеустремленно использовать тактические и оперативные резервы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
