Маршал Рокоссовский особо подчеркнул:
– Решающую роль при наступлении должны сыграть семидесятая и сорок девятая армии. Перед войсками шестьдесят пятой армии стоит задача обеспечить с севера ударную группировку фронта. Сил для этого у армии несколько меньше и более широкий фронт наступления, но, думаю, что она не отстанет от левофланговых армий, сумеет взять необходимый темп наступления…
– Мы и на этом направлении в люди выйдем, товарищ командующий! – бодро ответил генерал-полковник Батов.
Рокоссовский посмотрел на командующего 65-й армией оценивающим взглядом, но ничего не сказал.
Доклады командующих армиями Рокоссовский заслушивал с показом на местности. Все поднялись на чердак здания, откуда хорошо просматривались оба русла Одера и широкая пойма между ними в полосе 65-й и 70-й армий. С помощью биноклей и стереотрубы отчетливо была видна восточная и юго-восточная окраина Щецина. Передний край главной полосы обороны противника по западному берегу Вест-Одера местами просматривался на глубину 1—4 км.
Генерал-полковник П. И. Батов доложил свое решение на наступление. Войска 65-й армии развертывались в 17-километровой полосе от Домбе до Грыфино. Главный удар Павел Иванович планировал нанести левым флангом, форсировать Одер и прорвать вражескую оборону на 4-километровом участке Курово – Колбасково. Оперативное построение войск армии было одноэшелонным. В первый эшелон на главном направлении выделялись 46-й и 18-й стрелковые корпуса (всего семь стрелковых дивизий). Третий стрелковый корпус и 105-й должны были блокировать Щецин с юга, а частью сил нанести вспомогательный удар. Рокоссовский утвердил это решение, отметив, что для развития успеха армия получит Донской танковый корпус.
Штаб артиллерии 2-го Белорусского фронта разработал «Указания по подготовке, планированию и проведению артиллерийского наступления в апрельской операции», утвержденные 14 апреля маршалом Рокоссовским[627]. В соответствии с этим документом с 15 апреля в армиях предписывалось проводить по единому плану пристрелку с целью «создать у противника впечатление стрельбы кочующих орудий». На участке прорыва каждой армии необходимо было создать решительное превосходство над противником в артиллерийских и минометных средствах, имея плотность 180—200 орудий на 1 км фронта (без 45-мм и 57-мм орудий). В период артиллерийской подготовки предстояло: подавить и уничтожить все разведанные огневые точки противника, артиллерийские и минометные батареи; разрушить все траншеи, ходы сообщения, наблюдательные пункты, блиндажи, ДЗОТы и каменные строения, приспособленные к обороне; нарушить управление войсками противника. Артиллерия должна была обеспечить форсирование пехотой р. Одер, наведение переправ, ввод в прорыв подвижных соединений. Артиллерийским дивизионам предстояло сопровождать наступающие стрелковые и танковые части методом последовательного сосредоточения огня на всю тактическую глубину, оказывать им содействие при прорыве подготовленных рубежей в оперативной глубине и отражении крупных контратак танков противника.
В соответствии с этими задачами намечалась следующая группировка артиллерии. В каждой армии создавались: группа артиллерии ДД (армейская пушечная бригада, отдельные пушечные полки и бригады, пушечные или тяжелые гаубичные бригады артиллерийских дивизий); группа артиллерии разрушения (203-мм бригады БМ, 280-мм дивизионы особой мощности и при необходимости 152-мм гаубичные бригады и отдельные полки); группа гвардейских минометных частей (гвардейские минометные бригады М-31 и гвардейские минометные полки М-13). В корпусах предписывалось создавать: корпусную артиллерийскую группу (152-мм тяжелые гаубичные бригады, 122-мм гаубичные бригады); контрминометную корпусную группу, состав которой зависел от количества минометных батарей и реактивных установок. В дивизиях образовывались дивизионная артиллерийская группа (отдельные полки и бригады РГК и артиллерии, которая предназначалась в группу поддержки пехоты полка второго эшелона), а также группы поддержки пехоты из расчета на каждый полк первого эшелона в составе 1—2 артиллерийских и минометных полков.
При планировании переправы артиллерии через водные преграды ставилась задача переправлять 82-мм минометы батальонов первого эшелона одновременно с пехотой. В 49-й армии предписывалось непосредственно за передовыми частями пехоты переправить на плотах орудия сопровождения, из расчета не менее 6 орудий на каждый батальон первого эшелона. В 65-й и 70-й армиях орудия сопровождения должны были переправляться сразу же по готовности переправ. В последующем намечалось переправлять 120-мм минометы, дивизионную артиллерию, истребительную артиллерию и артиллерию, входящую в группы ПП, а в последнюю очередь – тяжелую артиллерию и артиллерию большой мощности.
Для непосредственного сопровождения пехоты в период боя в глубине требовалось выделить на каждый батальон первого эшелона не менее 6 орудий калибром от 76-мм и выше. С целью обеспечения ввода в прорыв подвижных соединений планировалось привлечь армейскую и корпусную артиллерийские группы. Для успешного продвижения подвижных соединений и преодоления обороны на промежуточных рубежах каждому танковому или механизированному корпусу придавалось по одному гаубичному или корпусному полку. Гвардейские минометные части предписывалось использовать на направлении главного удара. Во время наступления пехоты и танков в глубине обороны противника намечалось придавать корпусам полки М-13 и дивизионы УК М-31. Зенитная артиллерия должна была прикрывать ударную группировку фронта и переправы через р. Одер. На период артиллерийской подготовки зенитные дивизионы намечалось использовать для ведения огня прямой наводкой по траншеям и ходам сообщения противника и для прочесывания лесных массивов.
Ввод в прорыв танковых корпусов на первом этапе операции определялся командованием фронта. В дальнейшем они подчинялись командующим тех армий, которым были приданы. С воздуха войска фронта поддерживала 4-я воздушная армия генерал-полковника авиации К. А. Вершинина. Предварительная авиационная подготовка планировалась в течение трех ночей, а непосредственная авиационная подготовка – в течение 2 часов. В ночь перед наступлением авиация должна была нанести сосредоточенный бомбовый удар по огневым точкам на западном берегу Вест-Одера, штабам, узлам связи и артиллерийским позициям противника.
Балтийский флот (адмирал В. Ф. Трибуц) содействовал наступлению 2-го Белорусского фронта вдоль морского побережья и наносил удары авиацией и подводными лодками на морских коммуникациях от Либавы (Лиепаи) до Ростока.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
