отказываюсь снимать. Я не могу свою жизнь посвятить картине, которая является для меня проходной. Я хотел снять фантастическую картину, но я не хочу заниматься этим всю жизнь. Я просто не могу себе позволить так работать, и я не хочу брать на себя все вытекающие отсюда обстоятельства. Раньше, после Рублева, мы находились в добровольном простое 5 лет. Я не предъявляю ни к кому никаких претензий, но теперь я буду защищаться. Я уже высказал свою точку зрения Филиппу Тимофеевичу, сейчас повторяю в более сжатой и спокойной форме, по отношению к тому, что говорил тогда в присутствии Д. К. Орлова. Я от своих слов не отказываюсь, но я не чувствую себя ни на секунду виноватым в том, что произошло с этой картиной и требую, чтобы я и группа, чтобы, снимая уходящую натуру, снимали в нормальных условиях. Группа работала очень интенсивно, мы снимали по 100 и 150 метров в день, но при создавшемся положении, группа даже не получит премию, если за мной тянется такой хвост расходов, то и я не получу никаких денег ни для себя, ни для группы. У меня группа обречена работать без премии. Я хочу работать в нормальных условиях. Я буду снимать только в условиях, если расходы спишут, и мы снова запустимся[573].
Вопрос с места: А какое отношение к материалу у Рерберга?
А. А. Тарковский: Его мнение такое, что у него во многих случаях была недоброкачественная оптика, в других случаях ненормальная обработка негатива и позитива. Это он говорил мне. Что он сейчас скажет после того, как наши пути разошлись, я не знаю. Это смешно, что у оператора за 2160 полезных метров не нашлось ни одного кадра, за который он бы отвечал морально и технологически[574].
О. А. Агафонов: Я могу сказать только о тех последствиях, которыми чревата для студии ситуация, в которую мы попадаем в связи с этим. По вопросу, что делать в этой ситуации, у меня мнение не сложилось, и каковы причины брака и существует ли он вообще. Но мне кажется, что на этом Совете должны быть рассмотрены два вопроса:
1. Существует ли брак или это хороший материал, который пригоден в определенных условиях для того, чтобы была создана картина, или этот материал не может рассматриваться, как исходный и его надо списать в брак.
2. Вопрос о качестве и достоинствах того двухсерийного сценария, с которым вы ознакомились.
В случае, если будет списано 300 тысяч рублей на убытки студии, то студия попадет в тяжелое финансовое положение, потому что студия останется без поощрительных фондов. По тому, что здесь тащатся и затраты по картине Жалакявичуса по сценарию Богомолова[575]. Коллектив окажется в трудном положении.
Поэтому, сегодня, обсуждая вопрос, хорошо снят материал или нет, я бы попросил, чтобы у каждого выступающего не было забыто это положение. Для студии это чрезвычайно важный вопрос, для студии это буквально смерти подобно. И в дальнейшем я хотел бы заслушать высказывания товарищей, потому что своей точки зрения на этот вопрос у меня пока нет.
Л. О. Арнштам: Мне думается, что это вопрос не творческий, а скорее всего, находится в компетенции технической комиссии. У меня есть заключение технической комиссии студии, в котором написано:
1. Техническая комиссия отмечает низкое качество просмотренного материала, явившееся, в основном, результатом недостаточно точного освещения и экспонирования при съемке, проведенной без учета конкретных особенностей использования оси пленки 5247.
2. Съемочная аппаратура, оптика и обработка пленки 5247 соответствуют техническим требованиям.
3. КИЛ цеха обработки пленки следует взять под контроль всю импортную негативную пленку, для чего необходимо ходатайствовать перед Госкино СССР о выделении соответствующего количества ее для целей испытаний.
4. ОТК студии необходимо усилить контроль за техническим качеством материала, снимаемого на импортных пленках.
Я не понимаю одного — о чем мы разговариваем? Почему мы хотим себя убедить, что все это годится[576]?
Ю. Я. Райзман: Это уже вопрос о том, кто виноват в этом.
Л. О. Арнштам: Пожалуй, и я не возьмусь определить, кто в этом виноват. Даже если есть недостача в продовольственном магазине, то хотя и это выясняется, но тоже не очень просто. А в искусстве выяснить, кто виноват, труднее всего.
Л. О. Арнштам: Инженерная служба считает, что это материал не бракованный. Видимо, разговор на эту тему будет сейчас продолжен[577].
Б. Н. Коноплев: Давайте обсудим материал картины, который мы сегодня посмотрели. Если вы мне дадите слово для выступления, то ли сейчас, то ли тогда, когда это будет целесообразно, по мнению Художественного совета, я смогу дать компетентную справку по всем вопросам.
Л. Н. Нехорошев: Вам предоставляется слово.
Б. Н. Коноплев: Я отвечу на три вопроса.
Первый — о пленке. По вопросу о пленке пошел некрасивый, провокационный разговор, в частности, что дали для съемок этой картины пленку 1974 года и т. п. Такой разговор имел место потому, что люди неправильно читали надписи и смешали индекс перфорации с годом выпуска. Фирма «Кодак» не ставит на пленке год ее изготовления. Не был он указан и на пленке, на которой снималась картина «Сталкер». Пленка 5247 была изготовлена в 1975 году, Советский союз сделал заказ на пленку в 1976 году, и получил ее во второй половине 1976 года, а наша студия получила пленку в Главснабе в январе 1977 года.
Второй вопрос — должен ответить, что никакой старой пленки «Кодак» у нас не может быть, потому что мы работаем на позитивной пленке, которую для нас специально изготовляют.
Для того, чтобы снять разговор о том, что собой представляет эта пленка, хочу довести до вашего сведения, что 600 метров этой пленки были использованы на картине «Юлия Вревская», и замечаний по качеству не было.
После того, как пленку отобрали для оператора Рерберга, ее опробовали, но претензий не было. Если бы были предъявлены претензии по поводу плохого качества пленки, то мы могли бы поставить вопрос о замене ее. Когда было заявлено, что эта пленка является браком, мы дали ее на ответственные съемки ряда фильмов. Было снято примерно 2000 метров, не было брака ни одного метра, и была выражена благодарность.
Больше того, после того как пошли сигналы, что с пленкой неблагополучно, мы провели сравнительные испытания этой пленки. Должен сказать, что любая пленка фирмы «Кодак» может отличаться одна
