живой. И всю дорогу до Рубежа сходила с ума от того, что снова начала чего-то хотеть…
Тут Ульяна нервно облизала губы и уставилась мне в глаза:
- В общем, теперь я хочу хоть иногда чувствовать себя женщиной. Твоей женщиной, ибо других мужчин для меня в принципе не существует. И… если я… в твоем вкусе, и-и-и… моя просьба не вызывает в тебе неприятия… услышь меня, ладно?
Глава 16
Глава 16. Дарья Федосеева.
17 июля 2352 года по ЕГК.
…Разбег по трамплину, установленному на трехметровой вышке, получился у Локи на тысячу баллов из тысячи возможных. Серия из коротенького подскока и мощного толчка где-то на девятьсот пятьдесят. Естественно, по моей пристрастной оценке. Полет по дуге – хм… корявеньким, ибо как следует зафиксировать носок левой ноги в правильном положении у него не получилось. А за мгновение до касания поверхности пикирующая тушка нашего мужчины вдруг изобразила позу, которую Забава впоследствии обозвала позой испуганного краба, но все-таки впоролась в воду и подняла совершенно фантастический фонтан брызг.
Мы, естественно, закатились от смеха. Ибо знали, что бездонный провал между двух высоченных скальных стен, поросших невысокими кривыми деревцами, внезапно возникший перед прыгуном – лишь плод пятичасовых трудов творческого дуэта из Беклемишевой и Шереметевой-младшей.
Реакция жертвы розыгрыша тоже порадовала – вынырнув у нашего бортика и уставившись в виновницу своего фиаско, Ярослав грозно нахмурил брови и… довольно рассмеялся, хотя, судя по покрасневшим плечам, животу и лицу, ушибся не по-детски:
- Шутка удалась – я на мгновение поверил, что падаю в пропасть!
- Теперь наша очередь! – хихикнула Панацея, хорошенечко разбежалась и… упала в царство кораллов и разноцветных рыбок, которое «организовала» я.
- Черт, красиво-то как! – восхитился Логачев и попросил бросить ему маску. А когда Лиза выполнила его просьбу, вдохнул и нырнул к «здоровенному осьминогу, выбирающемуся из расщелины».
Оставаться безучастным в то время, когда оба главных шутника семьи исследовали новую трехмерную картинку, никто не захотел, поэтому вся толпа, расслаблявшаяся на лежаках, ринулась в воду. К сожалению, этот праздник кристально-чистых эмоций длился буквально две минуты – в канал группы упали ссылка на сетевой канал и фраза «Это важно!», выделенная красным цветом.
Прекрасно понимая, что Озорник не стал бы дергать нас из-за ерунды, да еще и через час с небольшим после тяжелейшей тренировки, мы в темпе выбрались на бортик, вывесили перед собой небольшой голоэкран и открыли нужный ресурс.
Первые пару секунд после появления картинки чудовищный пролом в боковой стене «Терема», над которым поднимались клубы грязно-серого дыма, казался мне ненастоящим. Но как только глаз начал выхватывать мелкие детали вроде угла кровати, зависшей над многоэтажной пропастью, пластиковой ванны джакузи, раскачивающейся на единственной целой трубе, тлеющего покрывала, раздуваемого легким ветерком, как сознание начала заволакивать пелена дикого бешенства. А слова, появляющиеся друг за другом в бегущей строке под картинкой, ускоряли ее появление:
- …часов вечера по локальному времени малый разведчик «Гуль», битком набитый топливными стержнями и управляемый пилотом-смертником, был выбит из-под «шапки» системами пассивной безопасности гостиничного комплекса «Терем». Скорострельные пушки открыли заградительный огонь в ту же секунду и практически распилили на части не только пикирующий корабль, но и самые большие обломки. Однако один из последних, предположительно являвшийся частью трюма, влетел в балкон девятьсот сорок второго номера и взорвался…
У нас, на Рубеже, репортажи с мест любых происшествий делались профессионалами и для профессионалов. При этом ни о какой накрутке рейтингов за счет подтасовки фактов, выпячивания несущественных мелочей и врезания рекламных блоков абы куда и речи быть не могло. Поэтому следующие несколько часов мы во все глаза смотрели за работой сразу восьми бригад МЧС, провожали взглядами каждое тело, извлекаемое из-под обломков и перетаскиваемое во флаера с эмблемами городских госпиталей, и холодели, когда самая нижняя из трех цифр, висящих в левом верхнем углу экрана, увеличивалась даже на одну единицу. А в два пятьдесят три ночи, когда основные работы по разбору пострадавшей части здания были завершены, и стало известно точное число погибших, отключили трансляцию и хмуро переглянулись.
- Одиннадцать погибших… - угрюмо пробормотала Лиза, нервно мнущая мягкий пластик маски для плавания.
- Остальных обещают вытащить… - добавила Забава, вероятнее всего, получив эту информацию от знакомых хирургов.
- Арабы охренели. Напрочь… - на миг прервав раздумья, буркнул Локи. И нехорошо усмехнулся: - Впрочем, раз они решили нарушить неписанные договоренности, значит, у нас развязаны руки.
- За трое суток, прошедшие с момента начала операции «Гнев», боевые группы порубежников и крупнейших частных компаний Империи парализовали мирную жизнь на всех трех Фуджейрах, полностью уничтожили мужскую половину семи кланов людоловов, выкрали и показательно казнили четырнадцать конечных потребителей живого то-… - начала, было, Телепнева, но прервалась на полуслове, услышав гневный рык Ярослава:
- Ульян, эта война длится сорок с лишним лет! Все это время арабы похищали девушек, мы их спасали и, если получалось, уничтожали тех, кто зарабатывал деньги на этом гнусном бизнесе. Но ни их сторона, ни наша ни разу не использовала оружие массового поражения, не накрывала города ковровыми бомбардировками и так далее. В общем, пилот-смертник – это перебор. И наши соседи по системе очень скоро в этом убедятся.
- Надеюсь, с нашей помощью? – хищно раздув ноздри, поинтересовалась Беклемишева и получила ожидаемый ответ:
- Естественно! Кстати, на ближайшие полчаса-час меня ни для кого нет…
Последнее замечание было озвучено не зря – минут через пять-семь после его ухода к нам начали «стучаться» все, кому не лень. В смысле, не только остальные «Сполохи», но и родители Змея и Ворога, трое бывших родственников Ярика и добрая треть его одноклассников. Что интересно, последние почему-то набирали меня и, извинившись за поздний звонок, начинали выяснять, чем они и их рода могут помочь нам с планируемым воздаянием. При этом никому из них даже в голову не пришло, что мы можем планировать что-то другое!
С нашими разобрались быстрее всего: Панацея собрала всю команду в конференцсвязь и заявила, что командир думает, а всю информацию, которая известна на данный момент, можно высказать тремя словами: боевой вылет будет. Родителям Витьки и Сашки пришлось объяснять почти то же самое, но другими словами. И, поддавшись на их уговоры, пообещать связать их с Логачевым после того, как он освободится. Ну, а с недавними школьниками пришлось беседовать мне. Добрых минут десять и тоже в конференцсвязи, которую, кстати, организовала бывшая староста класса.
Ну, что я
