— Сразу скажу, — обратился Громов к Виктору, — что понять их поначалу будет довольно сложно. Сосредоточься как следует. Знаю, время сейчас для тебя летит совершенно не в том темпе, в каком летело раньше.
Это было чистой правдой. То ли все энергетические формы жизни обладали такой особенностью восприятия, то ли в ряде каких-то других неизвестных причин, но Виктор чувствовал, что время для него сейчас струится с бешенной скоростью.
— Почему так происходит? — спросил он Громова.
— Все очень просто. Когда ты — человеческий ребенок, время для тебя тянется подобно резине. Месяц кажется годом, неделя — месяцем, а день такой долгий, что ты успеваешь за это время поспать два раза. Потом ты взрослеешь, твои чувства крепчают, но самое главное, развивается твой мозг, принимающий и обрабатывающий информацию из окружающего мира. Чем сильнее он развит, соответственно, чем старше человек, тем быстрее для него течет время. Что ж тут удивительного, что для тебя сейчас в твоем нынешнем состоянии время просто мчится с колоссальной скоростью?
— Да, действительно, все очень просто. Так как нам все-таки вести с ними переговоры?
— Попытайся услышать и понять, что они хотят, и ты, надеюсь, найдешь нужные слова.
Попытаться понять файрусов оказалось делом настолько сложным, что Виктор поначалу даже не поверил в успех, а подумал, что вся осмысленность, которую он, наконец-то, уловил в «речи» огненных улиток, ни что иное, как плод его собственного воображения. Довольно длительное время он пытался отстроиться от этого странного переплетения мысленных образов, энергетически-психических сообщений, эмоциональных солитонов чужих понятий, формирующих вокруг лишь шум и ничего больше, однако, не зная законов чужого поведения, вычленить из него более-менее привычную речь мыслящего существа оказалось делом гиблым. Это как для человека сначала потерять иголку в стогу сена, а потом на следующий день, не помня, в каком именно месте стога он находился, пытаться отыскать ее, переворачивая его целиком.
На помощь как всегда пришел Громов, хотя и опосредованно. Специально помогать Гагарину он уже не собирался. Максим первым заговорил с файрусами, хотя привычным разговором или даже мысле-речью здесь и не пахло. Пакеты информации представляли собой такой же, как и у файрусов набор эмоциональных, психических и энергетических посланий, сдобренный совершенно привычными для Виктора мысле-формами, и ориентируясь на них, а так же на похожие по структуре и наполнению пакеты ответов, Гагарин мало помалу начал вникать в происходящее. Перевести этот диалог на человеческий язык полностью возможности не представлялось, можно лишь было крайне приблизительно оценить его информационное наполнение и найти ему понятные людям словесные эквиваленты.
— Мы в курсе того, что произошло недавно на орбите нашего Дома, — сказали файрусы. — Мы благодарны людям за спасение нашего Дома. Но мы хотим сказать, что это люди виноваты в том, что случилось.
— Если вы так утверждаете, — жестко ответил им Громов, — то совершенно не понимаете сути всего происходящего.
— Поясни нам. Мы догадываемся, что вы не типичные представители своего вида, поэтому охотно выслушаем вас.
— В том, что на Землю, на ваш и наш Дом, было совершено нападение, вины людей нет. Нападение происходит повсеместно, во всем Домене. Знаком вам этот термин?
— Возможно. Поясни его.
Громов послал несколько пакетов, разъясняющих, что по его разумению является Метагалактическим Доменом.
Видимо файрусы имели приблизительно такие же понятия о Клетках Универсума, поскольку совершено не удивились. Да, они также могли удивляться, только ни один человек не был в состоянии понять их эмоции.
— Ты знаешь это достоверно?
— Я могу открыться вам, и вы сами сможете понять достоверно это или нет.
— Мы знаем, что ты очень силен и могущественен. Вы оба очень сильны и могущественны. Мы даже не можем себе этого представить. Ты можешь обмануть нас.
— Если я это попытаюсь сделать, цель моей миссии будет провалена.
— Хорошо, мы послушаем тебя.
Виктор хотел было возразить против такой процедуры, в результате которой файрусы могли либо как-то навредить Громову, либо прикоснуться к знаниям, не полагавшимся к массовому распространению, но не успел. Странник делал все очень быстро и совершенно не боялся возможных негативных последствий. Контакт огненных улиток с его сознанием длился от силы несколько секунд, и за это время, судя по всему, файрусы успели понять если не все, то очень многое. Причем, если Громов оставался внешне спокойным, и висел воздухе на месте, то местные хозяева вдруг начали бешено перемещаться, выписывать в пространстве невиданные акробатические номера, удивительным образом не сталкиваясь при этом меж собой.
Наконец, когда это броуновское движение разом прекратилось, Громов спросил:
— Удовлетворены?
— Да, — донесся ответ коллективного сознания колонии. — Ты предоставил нам убедительные доказательства того, что твои соплеменники не причастны к атаке на наш Дом. Но, мы до сих пор не поняли, какова твоя цель. Зачем вы пришли?
— Чтобы сделать наш общий Дом сильным и способным за себя постоять. Чтобы больше никто не посягнул на Его благополучие.
— Это очень благородно. Но как твое появление здесь способно сделать наш Дом сильнее?
— Давай, попытайся им объяснить, профессор, как мы это собираемся сделать. Уверен, что они ничего не поймут, — поддел Максима Виктор.
— Чем мешать, лучше бы помог, — ответил ему Странник.
— Как?
— Когда я начну действовать, не оставайся в стороне и не играй вторым номером.
— Можно подумать, я всегда отсиживался в тылу.
Странник предпочел оставить последнюю реплику Гагарина без ответа. Вместо этого он попытался объяснить свою идею файрусам насколько это было возможно. Пришлось довольно долго разжевывать некоторые особо тонкие вопросы, но в итоге Громову удалось растолковать Хозяевам свой план. Правда, файрусы, будучи по своей природе очень недоверчивыми, отнеслись к идее Максима скептически.
— Почему вы думаете, что наш Дом согласится на это? С чего вы уверены, что Ему это нужно?
— А у Него не будет другой альтернативы. Мы даже вместе не сможем остановить Вирус собственными силами. Это может сделать только сверхсистема Доменного уровня, а без превращения в ее элемент Земли, работа будет не закончена и сверхсистема не создастся. Земля — это уникальный узел, и сам по себе — чрезвычайно мощный оператор на уровне Инженера, уверен, что Она не откажется.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
