Шепчущий висел в воздухе высоко над ее головой, и она направилась к ближайшему пучку жгутов, поддерживающих его. Ловко запрыгнула на него и начала карабкаться к противнику, уворачиваясь и разрывая тянущиеся к ней щупальца. И вполне успешно преодолела половину пути, когда внезапно ожило сплетение лиловых канатов у нее перед носом, свернулось петлей и сбросило ее вниз, на поверхность сферы. Юрика упала на живую сеть, вцепившись в нее руками, и всмотревшись в пространство за ее пределами, не увидела ничего, кроме абсолютной, всепоглощающей тьмы.
Воспользовавшись этой заминкой, щупальца оплели ее руки и ноги, и она с грозным рыком сорвала их с себя, и снова посмотрела на Шепчущего. Ей нужно быть еще быстрее, чтобы добраться до него.
«Ирисса! — она мысленно обратилась к алой рыси, смотревшей сейчас на Шепчущего ее глазами. — Мне нужно больше силы!»
«Неуклюжая кза'си! — прорычала в ответ Ирисса. — Не могу отдать больше!»
«Может, ты просто плохо стараешься?»
«Хочу разорвать все щупальца и странного шикчизо!»
«Я чувствую, как ты хочешь, но для того, чтобы у тебя получилось, нужно стараться больше!»
«Неуклюжая кза'си! Отдай свое тело! Я справлюсь лучше!»
«Знаешь, вот сейчас я бы тебе точно отдала свое тело, но что-то подсказывает мне, что и это не поможет…»
Вновь и вновь щупальца тянулись к ней со всех сторон, и Шепчущий безмолвно наблюдал за ней сверху, неподвижный и равнодушный. Юрика чувствовала бессильную ярость, но ничего не могла поделать, ей не хватало скорости и силы прыжков. Здесь все было против нее, и не было твердой и стабильной опоры под ногами. И она боялась использовать здесь мистический взрыв. Просто не знала, что произойдет.
Но когда почувствовала, что энергия Ириссы становится слабее, поняла, что выбора нет. И сделав глубокий вдох, сжав в одну точку не только свою мистическую энергию, но и энергию алой рыси, она взорвала ее — и сама испугалась результата.
Сферическую сеть из лиловых щупалец разорвало на куски, Шепчущего отбросило ударной волной, а сама она, лишившись всякой опоры, начала падать в бесконечную тьму. Автоматически представила Врата Сердца Мира, чтобы мысленно коснуться их и восполнить мистическую энергию — и не успела испугаться, поняв, что у нее не получилось. Мысленный образ железных врат не обрел плотность перед ее мысленным взглядом, и энергия не вернулась к ней. Вместо этого пару секунд спустя металл со всей силы ударил по ее подошвам и ладоням, и она приложилась лбом о железную створку, вскрикнула и покатилась по испещренной письменами поверхности. Приземление получилось жестким и болезненным, но Юрика быстро пришла в себя и встала на ноги. Осмотрелась и поняла, что стоит на Железных Вратах Сердца Мира. И почувствовала, как восстанавливается ее мистическая энергия.
— Офигеть… Это как?
Шепчущий над ее головой пришел в себя, и быстро восстанавливал сферическую паутину щупалец. На этот раз она была больше, ему пришлось увеличить размер, чтобы заключить в ловушку и огромные железные врата — которые висели в пространстве без признаков какой-либо опоры.
— Нагрута переместил тебя в Абстрактную Область, — раздался у нее за спиной знакомый мелодичный механический голос.
— Кукушка! — радостно воскликнула Юрика, и обернулась. Ее персональная Наблюдательница стояла перед ней, холодная и невозмутимая, как и прежде.
— Абстрактная Область Нагрута искажена и отделена от основного пространства Абстрактной Области, — продолжила объяснение Кукушка — обстоятельства ее не волновали, — но обратившись к Вратам Сердца Мира, ты смогла соединить ее основной Абстрактной Областью, и теперь можешь видеть меня.
А потом тихо добавила:
— Я переживала.
Юрика улыбнулась — и увидела, как к ним тянутся разом сотни лиловых щупалец. Но в паре метров от Кукушки вспыхнул серебристый барьер, и их оттолкнуло обратно. Но атаку это не остановило, Шепчущий продолжал давить на защитную сферу Наблюдательницы, и девушка в панике заметила, что безопасное пространство начало уменьшаться.
— Я не смогу защищать тебя слишком долго, — произнесла Кукушка. — Ты должна победить Нагрута, иначе твои тело и разум окажутся в его власти. И я вместе с тобой. Спаси нас. Воспользуйся своей мистической способностью. Обратись к силе своих предков. Они все здесь, — она вытянула руку, и вокруг Юрики вспыхнули десятки белых искр, в которых были заключены целые жизни — знания и силы ее родителей, дедушек и бабушек… И всех, кто был до них.
Две искры, самые ближние, сами направились к ней, и внезапно слились в одну прямо перед глазами Юрики. Вспыхнули ярко, ослепив ее на мгновение. За которым пришло осознание, что она увидела совместное прошлое ее матери и отца. Ришари и Акаямы Кеншина.
***
17 лет назад, леса Яд-Лвери.
Кеншин внимательно вслушивался в пространство, пытаясь выделить из бесчисленного множества звуков субтропического леса голоса своих преследователей. Он не ожидал, что его так скоро обнаружат в этой самой малонаселенной области на востоке Судо — недооценил способности коренных обитателей. Среди местных цвенгов и арга оказалось немало искусных охотников и могущественных шаманов, и не прошло и пары дней, как по его следу отправили целый отряд воинов, которые, по всей видимости, знали, что он из себя представляет. Отец предупреждал его, что отправляться на Юг в одиночку — плохая идея, но он и подумать не мог, что проблемы начнутся буквально с порога.
Стоя на ветке колоссального драконового дерева, крона которого на добрые тридцать метров возвышалась над всем остальным лесом, имея при этом метров двести в поперечнике, он всматривался в зеленые заросли внизу, и чувствовал, что его преследователи неподалеку. Серо-зеленый маскировочный халат должен был делать Кеншина незаметным для чужих глаз в этих зеленых зарослях, и он постарался скрыть свой запах, но собственные габариты спрятать было намного сложнее. Слишком высокий и массивный… Ему было сложно не оставлять следов на земле и стелющихся по ней длинных корнях, покрытых непрочной корой и мхом, не ломать случайно тонкие хрупкие ветви. Пусть его матерью и была сама Глория, но ее способностей по обращению с растительностью у него не было, и приходилось мириться с тем фактом, что в окружении флоры он такой же обычный человек, как и все остальные.
Так и не сумев ничего обнаружить, Кеншин начал быстрый спуск вниз. Уверенно цепляясь пальцами за трещины в коре, он уверенно скользил по необъятному стволу, стараясь как можно быстрее оказаться в густых зеленых зарослях. Его путь лежал на запад, к густонаселенным городам континента, в которых он собирался выяснить как можно больше о «Стае» и ее основательнице, кровавой Богине Юга — Ришари. Год назад она убила его старших товарищей, бывших Стражей Неба — Кристиана, Регулуса и Дана, и он собирался узнать, почему и за что. И отомстить.
Стрела с длинным костяным наконечником выпорхнула из зеленых зарослей сразу, как только он спрыгнул со ствола на пружинистый дерн и повернулся к дереву спиной. Кеншин даже успел рассмотреть на черное пятно яда на игольном острии — перед тем, как качнул головой в бок, и стрела, вместо того, чтобы вонзиться в его глаз, только сдернула с головы капюшон, открывая глазам невидимого врага длинные ярко-красные волосы сына Акаямы Хоодо. Вторую стрелу он схватил на лету, сломал пальцами — и прыгнул вперед, в сторону лесного снайпера. Краем глаза заметил движение, и едва успел подставить руку под удар серповидного бронзового клинка, который обрушил на него еще один притаившийся враг. Им оказался представитель редкой разновидности арга — змеечеловек, покрытый чешуей и костяными наростами. Его желтые змеиные глаза раскрылись в немом изумлении, когда он понял, что бритвенно острое лезвие оставило на коже Кеншина только слабую царапину, и только и успел, что закрыться от ответного удара. Но это не помогло змеечеловеку — кулак Акаяма сломал его руку и вдавил ее осколки в грудь, сокрушая и дробя кости.
