не могу боли. Да и клыки на своей шее совершенно не хочется ощутить.
— Ну, это же я, а не кто-то другой, — ласково шептала Каталина мне на ухо. — И больно будет лишь в первые мгновения. Я чуть-чуть. Это как поцелуй в шею перед сном. А ранки исчезнут к утру. Даже следов не останется. Пожалуйста. Я так хочу это попробовать с тобой. Позволь мне, и проси взамен, что хочешь. Я всё сделаю.
«Хочу, чтобы ты отстала от меня».
— Мы кровью всё испачкаем, — я покачала головой.
— Нет, — Каталина захихикала. — Ни одной капельки мимо не упадёт. Я сотню лет вампир. Доверься мне. Всё будет хорошо.
— Сотню лет? — я ужаснулась.
— Ну, примерно. Сейчас не могу сказать точно.
— А сколько тебе вообще?
Каталина пожала плечами.
— Я давно перестала думать об этом. Примерно сто тридцать должно быть, плюс минус пять лет. Я почти на пятьдесят лет старше тебя.
— Боже! Я такая старая⁈
— Да где ты старая-то? — Каталина рассмеялась. — Ладно! Чего ты побледнела? Шучу я. Можно мне тебя укусить?
«Не отстанет ведь. Но, наверное, после всего, что со мной было, хуже уже не будет».
— Ладно, — я вздохнула. — Но потом сразу спим.
— Как скажешь. Поверни чуть голову.
Я отклонила лицо на правый бок. Каталина склонилась надо мной и вдруг медленно провела языком по моей шее. От неожиданности я содрогнулась.
«Блин! Страшно! Это как самой подставиться под нож и ожидать, когда его в тебя воткнут».
— Оли, расслабься. Всё хорошо, — Кати захихикала.
— Холодно, — я поморщилась. — И щекотно.
— Ага, — сестра усмехнулась и посмотрела на Мику. — А ты не подсматривай. Отвернись.
— Чего вдруг? — возмутилась кошка. — Я хочу видеть, как это происходит, прежде чем ты меня тоже укусить захочешь.
— Не буду я тебя кусать, успокойся, — заверила её Каталина.
— Почему? Брезгуешь «хвостатыми»?
— Нет. Ни капли. Прост вкус вашей крови мне не нравится. Прости.
Кати положила мне руку на грудь.
— Оли, закрой глаза. Сейчас будет немного больно. Постарайся стерпеть. Потом боль уйдёт и будет даже приятно.
— Господи, давай быстрее, — я опять вздохнула. — Спать хочу. Сил нет.
— Прошу простить.
Каталина приникла ко мне, и её волосы упали мне на лицо. Я чувствовала, как её влажные губы коснулись шеи, а в следующее мгновение в мою кожу вонзились клыки.
«Больно!»
Потребовалось сделать над собой усилие, чтобы не начать вырваться. Но через секунду боль ушла.
«Действительно, похоже на поцелуй. Но чувствую я себя странно. Тем более что к моей шее приникла губами девушка, да ещё и моя сестра».
В это мгновение Каталина меня отпустила и прижала свою ладонь к месту укуса. Судя по ощущениям на коже, она начала применять ко мне лечение. Весь контакт продлился не более трёх секунд. Я открыла глаза.
— Уже всё?
— Прости. Что-то не так, — Каталина качнула головой. Сейчас её вид был серее прежнего, а губы даже как-то почернели. Признаться, я испугалась.
— Что с тобой⁈
— Не знаю, — сестра пожала плечами. — Такого никогда не было. Наверное, я сглупила, поддавшись искушению, решив тебя укусить. Но твоя кровь, словно расплавленный металл. Она сжигает меня изнутри. Очень больно.
— Чего? — я ошарашенно смотрела на девушку, не понимая, что происходит. — Зачем тогда ты меня-то лечишь? Себя лечи!
— Нет смысла меня лечить, — Каталина мотнула головой. — Я бессмертная. Но кажется, мне нельзя было пить кровь близких родственников. Я не знала об этом. Я пойду…
— Стой! — я схватила её за руку. — Ложись на спину. Расслабься. Здесь есть какие-нибудь лекарства?
— Наверное, — Каталина пожала плечами и действительно покорно легла на спину. — Я не проверяла. Я не болею, и мне это не было интересно.
Было видно, как расширяются её зрачки. Наверное, ей очень больно, но я не знаю, что делать.
— Где у тебя болит?
— Внутри. Горит всё огнём.
— Попробуй вызвать рвоту.
— Не нужно, — Каталина вздохнула. — Я сейчас, видимо, умру и снова возрожусь в подземельях башни. Не пугайтесь. Такое было уже много раз. Ложитесь спать. Не ждите меня. Я вернусь часа через три или четыре.
— Как можно…! — я начала говорить, но не успела закончить фразу. Каталина вдруг крепко зажмурила глаза. Было видно, что она страшно напряглась, сжала зубы и кулачки, а в следующее мгновение вдруг рассыпалась сверкающей пылью и бесследно исчезла, словно её и не было. Осталась одна пустая ночнушка с бантиком в виде розочки.
— Пресвятая дева! — только и смогла я выговорить, ошарашенно глядя на то место, где только что лежала моя сестра.
«Она же не приснилась мне⁈ Её одежда здесь и, наверное, всё ещё хранит тепло её тела».
— Что будем делать? — спросила кошка.
— Представления не имею, — я вздохнула. — Она не сказала, где находится тот круг, в котором она возрождается. Как мы будем её искать?
— Хочешь посмотреть, как это происходит?
— Нет. Но она сейчас там одна голая. Наверное, ей одиноко и неуютно.
— Боже! — Мика вздохнула. — С ней это происходило множество раз. Я думаю, что она уже давно привыкла. Ей было больно, но она не боялась. Она знала, что не умрёт по-настоящему. Вот и нам, видимо, нет смысла волноваться. Давай спать.
— Как я усну теперь?
— Я тебя убаюкаю, — «хвостатая» улыбнулась. — Иди сюда. Я умею мурлыкать, как настоящие кошки.
Она схватила меня за шею и потянула
