Мне повезло, трупешник уже собирался, причём успешно, уходить, когда я перебрался через зумцы. Налетев на него в своём коронном прыжке, я сбил его с ног, мгновенно получив дотовый урон от Ауры Смерти. Медлить было нельзя, и, схватив лича за шею, я сбросил его вниз, на внешнюю сторону, прыгнув следом. Хотел красиво приземлиться и втоптать в землю, но не получилось: мёртвый колдун, проявив чудеса проворности, увернулся и моментально поднялся на ноги. В спину ему прилетели два болта и одна стрела, он развернулся, явно чтобы отомстить, за что и поплатился. Я зашёл ему чуть сзади и активировал «Яростный пинок». Тот отлетел в сторону леса, но ещё жил, если можно так сказать о нежити. Удар с прыжка коленом в голову оборвал его избиение, я же отъехал на точку возрождения.
— Получилось, лорд, — поприветствовал меня Себеш своим холодным, отстранённым голосом. Сегодня он был на удивление словоохотлив.
— Как мы и думали, Касание действует и на них тоже, — чуть ли не захлопала в ладоши Аастия, от радости аж подпрыгивая. Всё же как бы она не хотела максимально походить на гнома, феи оставалось ещё много. И это хорошо.
— Нам это только на руку, — отдышавшись, сказал я. Никогда прежде мне не было так плохо после смерти: голода болела, ноги подкашивались, руки тряслись, а горло просило воды и побольше.
— На стены вышли личи, барагад кабад, — вдруг зло сказал Ордрин. — И вот это нам совсем не на руку.
До этого казарег использовал другую присказку для злости, «тергер верз» называлась. Да и в те моменты злости было сильно меньше. Однако.
На стенах, по обеим сторонам от ворот, и впрямь показались ещё личи.
— Попробуем их достойно встретить, — сказал Ергрид и снова послал «Тройной разряд» в сторону нежити, на этот раз стараясь, чтобы он попал в личей.
Вот только заклинание осыпалось безобидными искрами, попав в белую пелену чётко между двумя трупешниками с левой стороны.
— Откуда у личей белые щиты? — в голосе одного из Жрецов Железного Молота, что стояли за нами, отчётливо сквозил страх.
— Это невозможно, — покачала головой Аастия. — Нежить не может иметь Светлой магии, это ведь нежить.
— Неважно, какая у них есть магия, — прорычал я. — Надо срочно снимать эту пелену!
Ордрин отдал приказ, и в дело вступили феи. Долетев до личей, они принялись их осыпать Вспышками, но безуспешно, щит не пропускал ничего. Сделав три захода, девушки едва успели увернуться от новой напасти — лавины скелетов и зомби, что хлынула из-за стен. Без фиолетовой помощи, но она и не требовалось: от личей, чувствовавших себя в безопасности, повалил густой чёрный дым, развеивающийся буквально в полуметре и тут же сгущающийся над сломанной нежитью. Костяки и трупы, пострадавшие от жёсткой посадки, становились целыми и шли на гномов. Подгорные защитники обеих флангов, понимая, что враг хочет сделать насыпь из своих, чтобы добраться до операторов тарана, по подсказке Ордрина активировали абилку «Сомкнуть ряды», которая помимо усиления защиты ещё и врагов отбрасывала минимум на три метра. Пространство перед строями очистилось, на напирающую нежить полетели кости и куски мяса, наносящие урон «своим». Абилка пошла на двенадцатичасовой откат.
— Надо что-то делать с этим, — констатировал Кернисс.
— В бой, все в бой, — сказал я. — Если гномы погибнут, пиздец настанет всем. Ордрин, готовь пустить в бой бехолдеров.
— Лорд?
— Нет, блин, гремлин-големостроитель, — рявкнул я. — Готовь! Пустить! В бой! Бехолдеров!
После этих слов я снова активировал боевой режим и прыгнул в гущу боя прямо в голову особо ретивому зомби. Следом за мной рванули мои питомцы и Костоломы в окружении людских мечников. Перед тараном, немного продвинувшегося к воротам, прокосолапили Наездники. Заработали стреломёты, в основном довольно успешно помогая убивать Призраков. Здесь же действовали и грифоны. Маги устроили спам заклинаниями на защищающую личей пелену. Ну, как спам… В общем, они явно были полны решимости сбить этот щит. Молния Аастии, до этого никогда не летящая на такое расстояние, шары Тьмы Кернисс, Тройные разряды Ергрида, правда, достаточно редкие, Каменные копья от наших Жрецов, огненные шары от железномолотовцев — всё это раз за разом бессильно разбивалось на искорки, но наши маги сдаваться не собирались. Минут десять на поле боя стоял паритет: мы убивали скелетов, зомби и Призраков в больших количествах, личи их восстанавливали, маги тратили ману, чтобы добраться до них, те оставались в безопасности. Но вот Ас, до этого пышущий огнём в задней части тарана, полетел прямо на пелену и… спокойно прошёл сквозь. Щит тут же оглушительно лопнул, а дракон откусил голову крайнему правому личу. Его соседа метким выстрелом, подкреплённым использованной руном, упокоил Хатгар.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В тот же момент мне пришла в голову мысль, что продвижение юнита по рангам не всегда хорошо сказывается на боеспособности армии. Так, например, даже Мастер стрельбы стреляет куда медленнее Арбалетчика. Это было понятно ещё во время зачистки территории вокруг захваченного крысиного города, но сейчас, когда часть Мастеров апнулась до Рунных стрелков, пусть и без рун, проблема вылезла ещё больше. У Хатгара хотя бы руны и он может валить на расстоянии элитных врагов, но те, что вышли сегодня с площадки, лишь медленно стреляли, значительно уступая перворанговым Арбалетчикам. Да и повышенная точность и абилки на неё Мастеров против толпы, какой напирала нежить, не имеют абсолютно никакого значения. Вот и не знаешь, как быть дальше: продолжать грейдить Арбалетчиков на максимум, до Рунного снайпера, или оставлять на первом ранге и упираться в массовость выстрелов.
Развить успех у наших магов, меж тем, не получилось: пусть они и бросились бить оставшихся двух личей, почти упокоив одного и снизив «жизнь» другому на половину, дальше случилось совсем уж небывалое. Над воротами, в потоках Света, взлетел Священник и окружил трупешники Сферой Отрицания. На ближайшие пять минут они стали неуязвимыми как для физических, так и для магических атак.
Священник представлял собой величественное зрелище. Обычные Аколиты людской армии, воины пятого тира, одевались в чёрную сутану и подпоясывали её простой веревкой. В качестве обуви предпочитали самые обычные сандалии из подошвы и двух ремешков, голову оставляли открытой. Когда они проходили через ранги, одежда становилась всё роскошнее и светлее, вплоть до белоснежной-золотой рясы Архепископа, сандалии всё многослойнее и качественнее — на них уже шла лучшая кожа, обладающая, в том числе, и магическими свойствами — голову покрывал специальный венец из девяти традиционных символов Эльрата, выполненных из серебра и скреплённой серебряной же проволокой. На богато украшенный пояс вмешались ножны с кинжалом Благословения из небесного металла. Так же там закреплялись сильные зелья и даже эликсиры и свитки с мощнейшими заклинаниями.
От этого же Священника так и несло Гниением, одной из неподвластных игроку, даже некроманту, техник магии Смерти. Его одежда окрасилась в чернейший цвет, затыкая за пояс любого Аколита, вот только сама ряса, сандалии, головной убор с фигуркой грифона и пояс с пустыми ножнами, так же чёрными, и свитком, на удивление оставшимся ослепительно-белым, можно было предположить, что это Верховный Служитель. И какой силы должен был быть некромант, что захватил его. На секунду мне стало дурно, что в боевом режиме было практически невозможно. Я представил, что могло бы случиться, встреться мы с таким некромантом до порабощения Священники и не сумев обратить его заклинание против него… Получается, этот Служитель нам очень сильно помог. И он заслужил куда лучшее посмертие, чем участь адепта школы Гниения.
— ЗЕЛЬЯ! — пророкотал я на всё поле боя, обращаясь к огонькам, укрывшимся в лесу. — НЕСИТЕ ОГНЕННЫЕ ЗЕЛЬЯ! СРОЧНО!!!
Мой голос был подобен камнепаду и вводил гномов в «Страх». Они боялись меня… Я знал, что именно так и будет, форум для мне подобных предупреждал об этом. Но быстрее донести мысль я не успевал, действовать надо было молниеносно. Разобраться с последствиями разговора в боевом режиме можно и после, сейчас надо спасать своих.
