Читаем без скачивания Записки практикующего адвоката - Luide

Виноградов оказался совершенно прав: ужин прошел в неформальной обстановке, мы были в столовой лишь втроем, даже никаких слуг, что для главы Дома было совершенно удивительно.

За едой ни о чем серьезном мы не разговаривали, обсуждая нейтральные темы и предстоящую свадьбу. Немало трудностей создавало то, что Владимир по прежнему не собирался афишировать свое происхождение, но при этом на свадьбу следовало пригласить и сослуживцев, и родственников, и пока я не представляла, как это можно провернуть.

Наконец ужин был закончен и Миритиэль предложил перейти в его кабинет.

Когда все устроились поудобнее и обзавелись выпивкой (мужчины предпочли коньяк, а я — бокал красного полусладкого вина) эльф, наконец, приступил к изложению своей проблемы.

Он начал с сетований, что моя помощь в Хельхейме не была оценена по достоинству и я не получила ни денежной премии, ни новой работы, соответствующей моей квалификации.

Откровенно говоря, лично меня это искренне радовало, поскольку северное путешествие выдалось насыщенным. Вроде бы у меня не было выбора, вмешиваться ли в ту историю с мнимой изменой Наортэля, однако по здравом размышлении я вынуждена была признать, что серьезно рисковала. Вряд ли тот скандал возможен был без непосредственной заинтересованности в войне неких политических сил, а потому лезть в дипломатические разборки постороннему человеку было не слишком умно. И свой успех я могла объяснить не собственными заслугами, а лишь пресловутым "новичкам везет", однако в дальнейшем я намеревалась держаться подальше от подобных историй.

Впрочем, благие намерения еще никогда не давали гарантии их исполнения, а потому зарекаться не стоило. Так или иначе, но та история завершилась благополучно. И слава Одину и хитрецу Локи!

Потому я вежливо улыбнулась и кратко ответила, что главное для меня — интересы Мидгарда, а вовсе не собственные успехи, да и заслуги мои сильно преувеличены.

Поняв, что купить меня лестью не удастся, эльф несколько сбавил обороты и наконец изложил, в чем, собственно, заключалась проблема.

Как выяснилось, судом как раз рассматривалось дело молодого эльфа из Дома, который возглавлял Миритиэль, и в связи с этим ему требовалась моя помощь.

Я выразила готовность слушать, и Миритиэль принялся излагать своими словами известные ему обстоятельства, пообещав позднее представить мне все нужные документы.

История Ритиниэля наглядно доказывала, что эльфы — тоже люди, как бы нелепо это не звучало.

Для начала он и его благословенная высокорожденная супруга по имени Ильвениль поженились, как это говорится в просторечье "по залету". Когда же их маленькой дочке исполнился годик, то нежный супруг немедля развелся с женой (раньше это сделать было нельзя из-за того, что разводы запрещены, если супруга беременна либо имеет ребенка в возрасте до одного года). Притом в заявлении о разводе фигурировала премилая формулировка о том, что истец не был готов к браку и не испытывал любви к жене. Полагаю, что это попросту означало, что Ритиниэль предпочитал бездельничать и всячески прожигать свою долгую жизнь, а не воспитывать детей и заботиться о семейном очаге. Кстати, на момент регистрации брака молодые были очень и очень юны (по эльфийским меркам, разумеется).

Так или иначе, брак расторгнут, хотя Ильвениль возражала против развода и просила время на примирение (им предоставили два месяца на раздумья, однако по истечении этого срока все осталось по-прежнему). Однако после этого возникла новая сложность: бывшая супруга ни за какие коврижки не желала выезжать из квартиры, где они жили. Данная недвижимость принадлежала лично Ритиниэлю, однако и жена, и ребенок были в ней прописаны, так что без веских оснований выселить их было попросту невозможно, и развод — еще не повод для выселения бывшей семьи, тем более, если к этим «бывшим» относится и несовершеннолетний ребенок.

Но долго терпеть ненавистное соседство молодой эльф не стал, пару месяцев назад он обратился в суд с исковым заявлением о выселении бывшей жены и ребенка.

Как ни странно, даже после этого Ильвениль не переехала, а подала возражения на иск и заявила, что требования не признает. Это весьма странно, поскольку жилищных проблем у нее наверняка не было, а регистрация (или по старинке прописка) никаких прав на квартиру, кроме собственно права проживать, ей не давала, так что смысла цепляться за нее попросту не было никакого. Но по неведомым причинам Ильвениль решила бороться, и вот теперь мне предлагали заняться этим делом, да еще и в паре с эльфом-адвокатом!

Зачем понадобилась моя помощь, учитывая впечатляющий стаж работы моего эльфийского коллеги, было вовсе непонятно. На мой прямой вопрос Миритиэль начал ходить вокруг да около и всячески увиливать, так и не ответив толком. Все, чего мне удалось от него добиться, это того, что судья не слишком благожелательно относится к мужчинам вообще и эльфам в особенности. И правда, судья Марчиссон являлась главной феминисткой среди судей Альвхейма, и ревностно защищала права женщин. Не повезло Ритиниэлю, ничего не скажешь! А вместе с ним не повезло и мне.

Не слишком благоприятная сложилась ситуация для бедного эльфа! А по его словам дело обстояло так, что оставалось его только пожалеть: бывшая жена его всячески унижала и изводила, чинила мелкие пакости и даже угрожала физической расправой! Любопытно только, как именно она могла это провернуть, неужто бросалась на благоверного (хотя вероятно, все же неверного) с топором?!

Я с трудом сдержала неуместное веселье от представившейся картинки и, старательно сохраняя невозмутимое выражение лица, сообщила, что согласна взяться за это дело, хотя и честно предупредила, что не уверена в его успешном завершении. Кроме того, я желала лично пообщаться с клиентом, поскольку у меня возникло немало вопросов, на которые мог дать ответ только он сам.

Миритиэль пробормотал что-то о том, что он и его Дом вполне полагаются на мой профессионализм и поторопился завершить встречу.

Я вышла из его кабинета в некоторой задумчивости. Откровенно говоря, мне не слишком понравилось то дело, которое я подрядилась вести, но об этом просил Владимир, так что я не могла беспричинно отказать, а уважительной причины не нашлось.

Клиент оказался молодым шалопаем, до боли напомнив мне Наортэля — та же отчаянная любовь к развлечениям, то же легкомыслие и твердая уверенность, что все вокруг него должно делаться исключительно по его желанию. Безусловно, и среди людей немало таких юных бездельников, детей богатых родителей, однако то ли среди эльфов началась самая настоящая эпидемия легкомыслия, то ли мне так не везет на представителей этой расы, но мне настырно попадались такие шалопутные гуляки.